Верховный Суд частично удовлетворил кассационную жалобу прокурора и отменил определение Львовского апелляционного суда – дело № 450/4166/18 возвращается на новое апелляционное рассмотрение. За этим формулировкой стоит история, которая тянется с 2018 года: групповое нападение на временное поселение ромов, закончившееся убийством, и многолетние судебные баталии, в которых точка до сих пор не поставлена.
Что случилось той ночью
В июне 2018 года трое обвиняемых – совершеннолетний ОСОБА_6 и двое несовершеннолетних, ОСОБА_14 и ОСОБА_7, – вместе с другими лицами отправились к временному поселению ромов возле перекрестка улиц Трускавецкой и Троллейбусной во Львове. У них был чёткий план: разрушить лагерь и выгнать жителей. Все были в масках и перчатках, вооружены ножами, а ОСОБА_6 – ещё и молотком.
Около 23:00 нападавшие ворвались на территорию поселения. Избивали людей ногами и заранее подготовленными предметами, крушили шатры, нецензурно ругались. Когда жители пытались защитить себя и свои семьи, нападавшие применили оружие.
ОСОБА_6 ранил ножом ОСОБА_19 в бедро и туловище, а затем ударил ОСОБА_18 в предплечье. ОСОБА_14 нанёс ОСОБА_17 многочисленные ножевые ранения в спину и грудную клетку – одно из ранений оказалось проникающим и относится к тяжким телесным повреждениям.
Главной жертвой стал ОСОБА_15. Сначала ОСОБА_6 ударил его молотком, подавляя сопротивление. А потом все трое – ОСОБА_6, ОСОБА_14 и ОСОБА_7 – нанесли ему множество ножевых ранений в голову, живот и спину. Два удара в живот проникли в брюшную полость и повредили кишечник, ещё один – в грудную клетку с повреждением лёгкого. От острой внутренней кровопотери ОСОБА_15 умер на месте.
Что решил суд первой инстанции
Сыховский районный суд г. Львова 16 апреля 2025 года признал всех троих виновными. ОСОБА_6 получил 10 лет 6 месяцев лишения свободы – ему вменили умышленное убийство из хулиганских побуждений (п. 7 ч. 2 ст. 115 Уголовного кодекса Украины), хулиганство с применением заранее заготовленных предметов (ч. 4 ст. 296 КК) и вовлечение несовершеннолетних в преступную деятельность (ч. 1 ст. 304 КК).
ОСОБА_14 получил 10 лет – его дополнительно осудили за умышленное тяжкое телесное повреждение ОСОБА_17 (ч. 1 ст. 121 КК). ОСОБА_7 тоже назначили 10 лет лишения свободы.
Суд первой инстанции опирался на значительный массив доказательств: показания потерпевших, протокол обыска гаража, где нашли нож типа «бабочка» со следами крови, заключения судебно-медицинских и генетических экспертиз, протоколы следственных экспериментов, результаты негласных следственных (розыскных) действий – то есть записи разговоров фигурантов в камере ИТТ.
Правда, суд исключил квалифицирующий признак «совершение убийства по предварительному сговору» (п. 12 ч. 2 ст. 115 КК), поскольку доказательств того, что об убийстве договорились заранее, сторона обвинения не предоставила. Умысел на лишение жизни, по версии суда, возник уже во время нападения.
Апелляция всё переиграла
Защитник ОСОБА_7 подал апелляционную жалобу. И Львовский апелляционный суд 5 ноября 2025 года кардинально изменил ситуацию для этого фигуранта.
Во-первых, суд закрыл уголовное производство в отношении ОСОБА_7 по обвинению в умышленном убийстве на основании п. 3 ч. 1 ст. 284 Уголовного процессуального кодекса Украины – из-за нехватки достаточных доказательств. Во-вторых, переквалифицировал его действия с ч. 4 на ч. 2 ст. 296 КК (простое хулиганство, без отягчающего признака применения оружия). А затем – освободил его от уголовной ответственности по срокам давности.
Кроме того, апелляция освободила ОСОБА_14 от ответственности за ч. 4 ст. 296 и ч. 1 ст. 121 КК – тоже из-за истечения сроков давности.
Кассационная жалоба прокурора: чем недовольна сторона обвинения
Прокурор обжаловал определение апелляционного суда в Верховном Суде. В кассационной жалобе он настаивал: апелляция допустила существенные нарушения уголовного процессуального закона.
Ключевые аргументы прокурора сводились вот к чему. Апелляционный суд отбросил ряд доказательств, не исследовав их непосредственно в судебном заседании. Речь о заключениях судебно-медицинских экспертиз, протоколах следственных экспериментов, результатах негласных следственных действий. То есть суд дал им новую оценку, фактически отменив выводы первой инстанции, но при этом не соблюдал принцип непосредственности исследования доказательств (ст. 23 КПК).
Отдельно прокурор обращал внимание на странную логику апелляции относительно следственных экспериментов. Суд признал их недопустимыми лишь потому, что следственные действия проводились днём, а преступление произошло ночью. Но ведь важно, какие именно обстоятельства проверялись: если речь шла о пространственном расположении или механизме действий, время суток могло и не иметь существенного значения. Апелляция этот вопрос даже не выяснила.
Не согласился прокурор и с выводом о невозможности идентифицировать нож типа «бабочка» только из-за того, что в разных документах он описывался по-разному. Да, есть определённые недостатки фиксации, но они не опровергают факта изъятия ножа со следами крови потерпевшего.
Почему Верховный Суд встал на сторону прокурора
Коллегия судей Третьей судебной палаты Кассационного уголовного суда частично удовлетворила кассационную жалобу. Дело № 450/4166/18 рассмотрели по существу, и вот что именно не понравилось Верховному Суду в решении апелляции.
Главная проблема – нарушение принципа непосредственности. Это не просто формальность. Когда апелляционный суд отбрасывает доказательства, на которых держался приговор первой инстанции, он обязан сам непосредственно исследовать эти доказательства. Нельзя просто написать «заключения экспертиз недостаточны» или «протоколы следственных экспериментов недопустимы», не открыв этих материалов в заседании и не оценив их по критериям ст. 94 КПК.
Апелляционный суд этого не сделал. Он отклонил заключения экспертов, не исследовав их. Поставил под сомнение протоколы предъявления вещей для опознания, но не объяснил, какие именно процессуальные недостатки на это повлияли. Раскритиковал результаты негласных следственных (розыскных) действий общими фразами о «предположениях», хотя там зафиксированы конкретные высказывания фигурантов, касающиеся обстоятельств нападения.
Отдельно Верховный Суд подчеркнул: само по себе различие между временем проведения следственного эксперимента и временем события не является безусловным основанием для признания результатов недопустимыми. В каждом случае нужно выяснять, имело ли это различие существенное значение. Апелляция же ограничилась формальной ссылкой.
Коллегия судей также обратила внимание на преждевременность вывода о невозможности идентификации ножа «бабочка». Разные описания одного и того же предмета в процессуальных документах могут свидетельствовать о недостатках фиксации, но не опровергают автоматически его связи с событием преступления.
Что дальше
Определение Львовского апелляционного суда отменено. Дело № 450/4166/18 направлено на новое апелляционное рассмотрение. ОСОБА_6 и ОСОБА_14 остаются под стражей – Верховный Суд избрал им меру пресечения в виде содержания под стражей на 60 дней, до 22 октября 2026 года.
Теперь апелляционному суду придётся повторно пройти весь путь: оценить доказательства по критериям относимости, допустимости, достоверности и достаточности, при необходимости – повторно исследовать материалы, предоставленные стороной обвинения, и вынести законное и мотивированное решение.
Верховный Суд отдельно указал на то, что производство по делу № 450/4166/18 длится с 2018 года, а значит, новый апелляционный пересмотр должен состояться в разумные сроки – как того требует ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Для потерпевших, которые уже восемь лет ждут окончательного судебного решения, это особенно важно.
Коллегия судей не решала наперёд вопрос о доказанности или недоказанности обвинения. Но она чётко указала: без непосредственного исследования доказательств в апелляции решение о закрытии производства по обвинению в убийстве не может считаться законным. И это, пожалуй, главный посыл постановления: процессуальная форма – не бюрократическая прихоть, а гарантия того, что суд действительно разберётся в сути дела.
