Штурм здания Нацгвардии в Петропавловской Борщаговке 2 ноября – событие, которое стоит разобрать не только с новостной стороны. Когда люди блокируют ворота, распыляют газ в лицо военным и швыряют камни, это уже не митинг и не спор на эмоциях. Это набор конкретных составов уголовных правонарушений, и отвечать за них каждый будет отдельно.
Как всё начиналось
Формальный повод прозвучал сразу: требование выпустить военных из здания, где, по словам присутствующих, расположился временный пункт дислокации 1-го корпуса НГУ «Азов». Дальше на место приехала скорая и перекрыла ворота. Женщина в форме врача начала прямую трансляцию в соцсетях, и в кадре звучал призыв приходить, потому что в подвале якобы пытают людей.
Через какое-то время под зданием собрались местные жители, а к ним добавилось около двадцати подростков. Именно они на старте скандала и создавали впечатление огромной толпы. Потом всё вышло за пределы разговоров: люди давили на ворота и пытались попасть внутрь, распыляли слезоточивый и перцовый газ в сторону нацгвардейцев, бросали им в головы камни. Пострадали 16 военнослужащих НГУ.
Тут стоит добавить один нюанс, о котором часто забывают. Территория, где стоит подразделение Нацгвардии, имеет свой режим доступа, и заходить туда «просто посмотреть» права никому не давали. Сам по себе проход за забор – это ещё не преступление. Но в совокупности с сопротивлением, насилием и попыткой штурма он становится отягчающим обстоятельством, которое следствие непременно учтёт.
Толпа не сидит на скамье подсудимых
В уголовном праве нет такой фигуры, как толпа. Есть конкретные люди с именами, и по каждому следствие должно доказать свою часть: кто бросал камни, кто распылял газ, кто звал остальных. Роль тоже считается по-разному – организатор, подстрекатель, пособник и исполнитель отвечают по разным статьям (ст. 27 УК Украины прямо это расписывает).
Отсюда простая, но неочевидная для многих вещь. Человек из третьего ряда, который никого не ударил, тоже может получить подозрение – если именно он снимал видео с призывом «все сюда» и тем самым подстрекал толпу. И наоборот: случайный прохожий, оказавшийся рядом, не становится участником массовых беспорядков только из-за присутствия.
Какие статьи тут работают
Наиболее вероятный каркас дела после штурма здания Нацгвардии – статья 294 УК Украины, массовые беспорядки. Она описывает организацию или активное участие в действиях с насилием, погромами, уничтожением имущества или сопротивлением представителям власти. Санкция серьёзная: от пяти до восьми лет лишения свободы, а по квалифицированным признакам – до пятнадцати.
Дальше всё зависит от эпизодов:
- статья 296 УК Украины – хулиганство, если мотив явно пренебрежительный к обществу, а действия сопровождала особая дерзость;
- статья 121 или 122 – умышленные телесные повреждения. Камень в голову вполне тянет на тяжкое повреждение, если удар был опасен для жизни;
- статья 125 – лёгкие телесные повреждения, когда последствия меньше;
- статья 114-1 УК Украины – воспрепятствование законной деятельности Вооружённых Сил и других военных формирований в особый период;
- статья 259 УК Украины – заведомо ложное сообщение об угрозе безопасности граждан. Этот вариант появится, если история о пытках в подвале окажется выдумкой.
Отдельно встаёт вопрос о статье 342 УК Украины, сопротивление представителю власти. Были ли нацгвардейцы именно теми, кто в этот момент охраняет общественный порядок, или просто находились на территории своей части? От ответа зависит, добавится этот состав к делу или нет.
Подростки: возраст тут решает многое
По общему правилу уголовная ответственность наступает с 16 лет. Для части преступлений порог ниже – 14, и в том перечне есть умышленное тяжкое телесное повреждение и хулиганство (ст. 22 УК Украины). Массовых беспорядков в перечне нет.
Что это значит на практике? Если подростку 14-15 и он толкал военного или бросал камень, вполне реально подозрение по телесным повреждениям или хулиганству. Если младше – его могут направить на принудительные меры воспитательного характера, а к родителям прилететь административная ответственность за невыполнение обязанностей по воспитанию ребёнка (ст. 184 КУоАП).
Скорая, трансляция и призывы
Машина, которая перекрыла ворота, и прямой эфир с призывом собираться у здания – это не детали фона. Если следствие докажет умысел помешать выезду или заблокировать часть, эти действия станут отдельными эпизодами. А прямой эфир с призывами к неограниченному кругу людей почти наверняка оценят как подстрекательство.
К слову, форма врача сама по себе ещё ничего не доказывает – её тоже проверят. Но если человек сознательно выдавал себя за медика, чтобы придать словам веса, это совсем другая история, и работает она против него же.
А что со стороны Нацгвардии
Слезоточивый газ, физическая сила и оружие – то, что НГУ имеет право применять, но по чётким правилам. Это Закон Украины «О Национальной гвардии Украины», воинские уставы, а также статьи 36 и 39 УК Украины о необходимой обороне и крайней необходимости. Каждое применение силы фиксируют, и оно может стать предметом отдельной проверки.
Логика права тут проста. Когда в тебя летит камень, оборона допустима, и никто не требует от военного подставлять голову. Но как только угроза миновала, любое последующее применение силы выходит за пределы законного. Именно на этой границе обычно и ломаются дела в обе стороны – и против нападавших, и против тех, кто применял силу.
Что делать, если вы вдруг оказались в такой толпе
Самый полезный совет звучит негероически: выйти из зоны конфликта, пока там ещё можно дышать. Не комментировать вслух, не передавать чужие призывы дальше, не снимать то, что потом могут использовать против вас. Если камни уже полетели и кого-то ведут в наручниках, стоять с телефоном в самом эпицентре – плохая идея.
И ещё одна вещь, о которой обычно вспоминают поздно. Все, кто объяснял своё участие фразой «я был как все», в материалах дела так и остаются – «как все», только с собственной фамилией в постановлении о подозрении. Штурм здания Нацгвардии закончился, толпа разошлась. А лица на видео – нет.
