Представьте: госпредприятие объявляет тендер на закупку нового автокрана, победитель получает почти 2,5 миллиона гривен, а взамен поставляет старую технику 2008 года выпуска. Именно такую историю рассматривал Верховный Суд в деле № 991/6646/20, и его выводы – готовое пособие о том, как нельзя вести себя должностным лицам при публичных закупках.
Давайте разберём эту историю подробнее. Она примечательна тем, что суд первой инстанции сначала оправдал обоих обвиняемых, а вот Апелляционная палата Высшего антикоррупционного суда вынесла обвинительный приговор. Верховный Суд 14 июля 2026 года поставил точку – приговор оставлен без изменений.
С чего всё началось
Бердянский филиал Государственного предприятия «Администрация морских портов Украины» (далее – БФ АМПУ) в мае 2018 года объявил открытые торги на закупку автокрана. Ожидаемая стоимость – 2,5 млн грн. В тендере приняли участие три компании, а победителем признали Днепровский филиал ООО «Харьковское монтажно-производственное предприятие «Электропівденмонтаж» (ДФ ХМВПЭ). Его предложение – 2 075 000 грн без НДС – оказалось самым низким.
Но, как выяснилось позже, тендерное предложение победителя имело целый ряд изъянов. В нём не было справки об опыте выполнения аналогичных договоров, технические требования не содержали обязательной информации о новизне товара, его сертификации, гарантийных обязательствах. Более того – справка об отсутствии налоговой задолженности оказалась просроченной.
Сигнал, который проигнорировали
Здесь важный момент. Уполномоченный по антикоррупционной деятельности БФ АМПУ категорически отказался визировать проект договора. Он предоставил письменное обоснование, где чётко перечислил выявленные недостатки: несоответствие тендерного предложения документации, отсутствие гарантийного срока в проекте договора, худшие параметры предложенного товара по сравнению с заказанным.
Это был прямой сигнал: торги нужно отменять согласно статье 31 Закона Украины «О публичных закупках». Антикоррупционный уполномоченный – не просто формальная фигура в этом процессе. Его виза обязательна согласно Положению о ведении договорной работы в ГП АМПУ.
Однако начальник БФ АМПУ, имея на руках это мотивированное возражение, 25 июня 2018 года всё равно подписал договор с ДФ ХМВПЭ на сумму 2 490 000 грн с НДС. По условиям договора поставщик должен был передать новый автокран QCQLY16T 2018 года выпуска.
Подмена, которую пытались скрыть
Когда подошло время поставки, начались странные вещи. Сначала поставщик просил перенести сроки из-за загруженности производства в Китае. Затем, после угроз расторгнуть договор, в конце декабря 2018 года на территорию порта заехал автокран.
Вот только это был не новый кран 2018 года, а старый – 2008 года выпуска. Его идентификационный номер совпадал с краном, который ранее принадлежал ООО «ПКТБ «Конкорд» – компании, где директором было то же лицо, что руководило и ДФ ХМВПЭ.
Несмотря на это, должностные лица БФ АМПУ подписали расходную накладную, акт приёма-передачи товарно-материальных ценностей и другие документы, которыми официально подтвердили выполнение договора. А 9 января 2019 года перечислили поставщику остаток суммы – 1 743 000 грн.
Чтобы скрыть аферу, составили акт о выявленных недостатках – дескать, не работает блок гидравлики. Кран вернули поставщику «для устранения дефектов», а впоследствии получили другой – который тоже имел маркировку, не предусмотренную договором.
К слову, начальник филиала на период приёмки крана оформил учебный отпуск именно на те дни, когда должна была происходить поставка, а затем – часть ежегодного отпуска. Суд расценил это как намеренное создание видимости непричастности.
Что сказали суды
Суд первой инстанции – Высший антикоррупционный суд – в ноябре 2022 года признал обоих обвиняемых невиновными в злоупотреблении служебным положением (ст. 364 Уголовного кодекса Украины). Он счёл недопустимыми часть доказательств, в частности протокол обыска и справку Государственной аудиторской службы.
Апелляционная палата ВАКС подошла к оценке доказательств иначе. Судьи установили: протокол обыска был составлен на основании определения следственного судьи, а допущенная в нём описка в адресе не оставляла сомнений относительно помещения, где проводился обыск. Справку Госаудитслужбы признали надлежащим доказательством – ведь НАБУ имеет право привлекать специалистов для проверок, что прямо предусмотрено законом.
В мае 2025 года апелляция вынесла новый приговор: начальник БФ АМПУ получил 4 года лишения свободы по ч. 2 ст. 28, ч. 2 ст. 364 УК Украины, а директор ДФ ХМВПЭ – 3 года за пособничество в злоупотреблении служебным положением.
Почему Верховный Суд согласился
14 июля 2026 года коллегия судей Кассационного уголовного суда оставила приговор апелляции без изменений. В своём постановлении Верховный Суд сформулировал несколько важных правовых позиций.
Первое: коллегиальность тендерного комитета не исключает ответственности его председателя. Да, решение о признании победителя принимается совместно, но каждый член комитета – и особенно его руководитель – может оказать решающее влияние через активное личное участие в заседании, инициирование вопросов, убеждение остальных.
Второе: злоупотребление служебным положением может заключаться и в формально правомерных действиях. Сам факт, что лицо имело право подписывать договор, ещё не означает отсутствия состава преступления. Если эти действия совершены вопреки интересам службы – ответственность неизбежна.
Третье: для квалификации по ст. 364 УК не обязательно доказывать личное знакомство должностного лица с теми, кто получил выгоду. Суд сослался на правовую позицию Объединённой палаты ККС ВС от 10 февраля 2025 года.
Четвёртое: тяжкими последствиями в этой категории дел признаётся ущерб, превышающий 250 необлагаемых минимумов доходов граждан. Здесь сумма – 2,49 млн грн – явно перекрывала этот порог. И даже последующее добровольное возмещение не опровергает факта причинения тяжких последствий, ведь преступление с материальным составом считается оконченным в момент нанесения ущерба.
Верховный Суд также отклонил доводы защиты о нарушении правил подследственности. Судьи отметили: уголовное производство по совокупности преступления и уголовного проступка велось с соблюдением установленного порядка, а выделение материалов в отдельное производство было невозможно без ущерба для дальнейшего расследования.
Кстати, насчёт наказания. Суд учёл степень тяжести содеянного, личность виновного – положительные характеристики, наличие на иждивении несовершеннолетнего ребёнка, отсутствие судимостей. Отягчающим обстоятельством признали совершение преступления группой лиц по предварительному сговору. В итоге наказание назначили ближе к минимальной границе санкции – 4 года вместо возможных шести.
Главное, что стоит вынести из этого дела каждому должностному лицу: антикоррупционные предохранители в публичных закупках существуют не для галочки. Попытка их обойти рано или поздно получает надлежащую уголовно-правовую оценку – и Верховный Суд в деле № 991/6646/20 это наглядно подтвердил.
