Верховный Суд подтвердил законность приговора за злоупотребление служебным положением при проведении публичных закупок – и это дело заслуживает внимания, поскольку расставляет важные точки над «i» в вопросе ответственности руководителей госпредприятий за тендерные махинации.
История началась в 2018 году в Бердянске. Бердянский филиал Государственного предприятия «Администрация морских портов Украины» (БФ АМПУ) объявил тендер на закупку автокрана. Ожидаемая стоимость – 2,5 миллиона гривен. Обычная, на первый взгляд, процедура: план капитальных инвестиций, открытые торги в системе ПроЗорро, три участника. Но то, что произошло дальше, стало предметом рассмотрения сразу трёх судебных инстанций – вплоть до кассации.
Как всё происходило: хронология тендера с душком
14 мая 2018 года тендерный комитет БФ АМПУ утвердил документацию для закупки автокрана. Требования были чёткими: кран должен быть новым, 2018 года выпуска, сертифицированным в Украине, с предпродажной подготовкой и гарантией. Через два дня объявление появилось в ПроЗорро.
Поступило три предложения. Победителем признали Днепровский филиал ООО «Харьковское монтажно-производственное предприятие «Электропівденмонтаж» (ДФ ХМВПЕ) – его цена была самой низкой: 2 075 000 грн без НДС.
Но, как выяснилось позже, предложение победителя не соответствовало тендерной документации сразу по нескольким пунктам. В нём не было информации об участнике в проекте договора, отсутствовала справка об опыте выполнения аналогичных договоров, а справка об отсутствии налоговой задолженности оказалась просроченной. Кроме того, технические требования к товару заполнили с очевидными пробелами: не указано, новый ли кран, сертифицирован ли, прошёл ли предпродажную подготовку.
Несмотря на это, тендерный комитет не отклонил предложение – что прямо противоречило пункту 4 части 1 статьи 30 Закона Украины «О публичных закупках».
Антикоррупционный предохранитель, который проигнорировали
Тут важный момент. Уполномоченный по антикоррупционной деятельности БФ АМПУ отказался визировать проект договора. Он предоставил письменное обоснование от 18 июня 2018 года, где перечислил выявленные нарушения: несоответствие тендерного предложения документации, худшие параметры предлагаемого товара по сравнению с заказанным, отсутствие документов о гарантийном сроке и соответствии экологическим требованиям.
Выявленные недостатки не были техническими ошибками. Они требовали отмены торгов на основании статьи 31 того же Закона «О публичных закупках». Но начальник БФ АМПУ – именно то должностное лицо, которое обвиняют по этому делу – 25 июня 2018 года всё равно подписал договор № 48-В-БЕФ-18 на сумму 2 490 000 грн с НДС.
Коллегиальность решений тендерного комитета, к слову, не стала аргументом для защиты. Суд апелляционной инстанции справедливо заметил: коллегиальная форма принятия решений не исключает возможности злоупотребления служебным положением председателем комитета. Каждый член коллегиального органа может оказать решающее влияние на общее решение – через инициирование вопросов, убеждение коллег, активное личное участие.
Кран-призрак: что на самом деле приехало в порт
По условиям договора, в течение 120 календарных дней после получения заказа поставщик должен был доставить новый автокран 2018 года выпуска. Срок истекал 27 октября 2018 года. Но поставщик попросил отсрочку – мол, китайский производитель перегружен.
14 декабря начальник БФ АМПУ направил письмо о намерении расторгнуть договор. А уже 22 декабря поставщик сообщил: кран прибудет 26 декабря. Что интересно – никаких реальных действий по расторжению договора после этого не произошло.
И вот тут самое интересное. Как установил суд, вместо нового крана 2018 года выпуска на территорию порта заехал кран 2008 года, который до этого принадлежал ООО «ПКТБ «Конкорд». Его директором, кстати, было то же лицо, которое подписывало документы от имени поставщика.
Вопреки очевидному несоответствию, 26 декабря 2018 года должностные лица БФ АМПУ подписали расходную накладную, акт приёма-передачи товарно-материальных ценностей и счёт на оплату. 9 января 2019 года филиал перечислил остаток суммы – 1 743 000 грн. Всего за кран, который не соответствовал условиям договора, государственное предприятие заплатило 2 490 000 гривен.
Судебная одиссея: от оправдания к реальному сроку
Дело № 991/6646/20 прошло три инстанции. Высший антикоррупционный суд 11 ноября 2022 года оправдал начальника филиала по обвинению в злоупотреблении служебным положением. Суд первой инстанции признал недопустимыми ряд доказательств, в частности протокол обыска от 19 февраля 2020 года и справку Государственной аудиторской службы.
Апелляционная палата Высшего антикоррупционного суда 19 мая 2025 года с таким подходом не согласилась. Она установила, что обыск провели на основании определения следственного судьи – описка в адресе не ставила под сомнение законность разрешения. Справку Госаудитслужбы суд признал надлежащим доказательством, поскольку её составили специалисты, привлечённые детективами НАБУ в пределах их полномочий, определённых Законом Украины «О Национальном антикоррупционном бюро Украины».
В результате апелляция вынесла новый приговор: 4 года лишения свободы за злоупотребление служебным положением, совершённое по предварительному сговору группой лиц (ч. 2 ст. 28, ч. 2 ст. 364 Уголовного кодекса Украины), с лишением права занимать определённые должности на 3 года и штрафом 8 500 грн. За служебный подлог (ч. 1 ст. 366 УК) осуждённого освободили от наказания в связи с истечением сроков давности.
Верховный Суд 14 июля 2026 года оставил приговор апелляции без изменений.
Почему это важно: несколько принципиальных позиций
Во-первых, Суд чётко указал: правомерность формальных действий не является достаточной для вывода об отсутствии состава злоупотребления. Это преступление может быть совершено и через формально правомерные действия, если они совершаются вопреки интересам службы.
Во-вторых, коллегиальность тендерного комитета не освобождает его председателя от индивидуальной уголовной ответственности. Ссылки на то, что решение принималось совместно, суд признал безосновательными.
В-третьих, Верховный Суд подтвердил: факт последующего добровольного возмещения ущерба не опровергает причинения тяжких последствий. Преступление с материальным составом считается оконченным с момента причинения ущерба.
И напоследок – о размере ущерба. Суд констатировал, что государственным интересам причинён ущерб на 2 490 000 грн. Это более чем в 250 раз превышает необлагаемый минимум доходов граждан, что согласно примечанию к статье 364 Уголовного кодекса Украины квалифицируется именно как тяжкие последствия.