Вы когда-нибудь задумывались, почему суды так часто отказывают в признании необходимой обороны? Казалось бы, человек защищался – что тут доказывать? Но на практике всё гораздо сложнее. Свежее постановление Верховного Суда по делу №701/1167/23 от 14 июля 2026 года отлично показывает, где проходит граница между самообороной и обычной дракой.
Давайте разберёмся, что произошло. В августе 2023 года в селе Иваньки Черкасской области разгорелся конфликт. На место прибыли работники «Уманских энергетических сетей» – рядовая рабочая ситуация, каких в Украине случается масса. Но вместо спокойного решения вопросов мужчина достал из собственного автомобиля деревянный черенок для лопаты и начал размахивать им перед людьми.
Дальше – хуже. Он нанёс потерпевшему два удара в левое бедро, по одному удару в живот, левое плечо и кисть левой руки. К счастью, обошлось лёгкими телесными повреждениями. Но сам факт остаётся: человек в публичном месте, на глазах у работников облэнерго, решил «разобраться» с помощью палки.
Маньковский районный суд Черкасской области признал мужчину виновным по части 4 статьи 296 Уголовного кодекса Украины – то есть хулиганство с применением предмета, заранее заготовленного для нанесения телесных повреждений. Приговор: 5 лет лишения свободы, но с освобождением от отбывания наказания с испытательным сроком 3 года на основании статьи 75 УК Украины. Кроме того, суд взыскал с осуждённого материальный ущерб в размере 1013,42 грн и моральный – 5000 грн. Так что реального заключения удалось избежать, но судимость и финансовые обязательства остались.
И вот тут начинается самое интересное. Осуждённый подал апелляцию, а затем и кассационную жалобу в Верховный Суд. Его главный аргумент звучал так: «Я находился в состоянии необходимой обороны! На меня напали около десяти мужчин, вооружённых железными предметами, а потерпевший имел сначала палку, а потом косу. Я просто защищался».
Звучит убедительно, не так ли? Будь это правдой, то согласно статье 36 Уголовного кодекса Украины такие действия действительно могли бы считаться необходимой обороной. Более того, часть 5 этой же статьи вообще освобождает от уголовной ответственности, если лицо защищалось от нападения вооружённой группы. То есть теоретически – идеальная защита.
Но суд первой инстанции тщательно допросил свидетелей – и картина оказалась совсем другой. Пятеро свидетелей последовательно подтвердили: первым удары начал наносить именно осуждённый. Причём палку он заранее достал из собственного автомобиля. А потерпевший в этот момент держал в руках только папку с документами – никакой косы, никаких железных предметов. Эти данные полностью согласовывались с протоколами следственных экспериментов и выводами экспертизы о локализации и характере повреждений.
Тут важный момент, который Верховный Суд подчеркнул отдельно. Необходимая оборона – это всегда реакция на реальное посягательство. Ключевое слово – «реальное». Если же насилие спровоцировал сам человек, он не может потом ссылаться на состояние обороны. Спровоцированное насилие не является «посягательством» в понимании статьи 36 УК Украины. Проще говоря: нельзя самому начать драку, а потом кричать «я защищался».
Суд также обратил внимание на ещё один критерий, о котором часто забывают. Когда определяющим в поведении человека было не отражение нападения, а желание расправиться с потерпевшим – это уже не самооборона, а обычное преступление. И оценивать такие действия нужно на общих основаниях.
В этой конкретной ситуации хулиганский мотив просматривался чётко. Публичное место, присутствие посторонних людей, выполнявших служебные обязанности, заранее подготовленная палка – всё это свидетельствовало не о защите, а о демонстративном пренебрежении к общественным нормам и желании решить спор насилием.
Впрочем, осуждённый выдвинул и другие аргументы. Он утверждал, что прокурор якобы уничтожил материалы досудебного расследования путём их «расшивания» и предоставил суду лишь отдельные документы. Честно говоря, обвинение серьёзное. Однако Верховный Суд отклонил его с чётким обоснованием: Уголовный процессуальный кодекс Украины не обязывает прокурора предоставлять суду абсолютно все собранные доказательства. Сторона обвинения вправе самостоятельно определять, какие доказательства необходимы и достаточны. Это её процессуальная дискреция, а не фальсификация.
Ещё один довод защиты – отсутствие в материалах дела той самой палки как вещественного доказательства. Действительно, правоохранители не изымали её ни при осмотре места происшествия, ни при обысках. Но суд пояснил: факт использования палки доказан иными средствами – показаниями свидетелей, протоколами следственных экспериментов, выводами экспертизы. Отсутствие одного вещественного доказательства не разрушает обвинение, если его подтверждает вся совокупность собранных материалов.
Отдельно осуждённый просил закрыть уголовное производство на основании пункта 10 части 1 статьи 284 УПК Украины. Но этот пункт содержит чёткое исключение: он не применяется по делам о тяжких или особо тяжких преступлениях против жизни и здоровья. И здесь кроется важный юридический нюанс, который стоит запомнить.
Часть 4 статьи 296 УК Украины – это хулиганство, формально отнесённое к преступлениям против общественного порядка (Раздел XII Особенной части УК). Но Верховный Суд напомнил: понятие «преступления против жизни и здоровья» в контексте этой нормы охватывает не только раздел II, но и те составы, где жизнь и здоровье выступают дополнительным объектом посягательства. Хулиганство с применением оружия – как раз такой случай, ведь дополнительным обязательным объектом здесь является здоровье и физическая неприкосновенность человека. Поэтому закрыть дело по данному основанию невозможно.
Была и ещё одна процессуальная деталь. Суд первой инстанции по какой-то причине не отразил в тексте приговора показания потерпевшего, хотя того допросили в заседании ещё в апреле 2024 года. Апелляционный суд заметил этот недостаток, самостоятельно прослушал аудиозапись и детально изложил все показания в своём решении. Верховный Суд признал, что такое исправление полностью устранило проблему – техническое упущение не повлияло на справедливость разбирательства в целом.
Напоследок – ещё один практический аспект. Осуждённый жаловался, что апелляционный суд необоснованно отказал в повторном исследовании доказательств. Однако статья 404 УПК Украины чётко разграничивает: повторное исследование – это право, а не обязанность апелляционного суда. И простое несогласие стороны защиты с оценкой доказательств не создаёт для суда обязанности исследовать их повторно. Как неоднократно подчёркивал Верховный Суд, отказ в таком ходатайстве не свидетельствует о нарушении процессуального закона.
14 июля 2026 года Верховный Суд постановил: приговор Маньковского районного суда и определение Черкасского апелляционного суда оставить без изменения, а кассационную жалобу осуждённого – без удовлетворения. Эта позиция окончательна и обжалованию не подлежит – точка в деле, которое наглядно показывает, что ссылки на необходимую оборону работают лишь тогда, когда они подкреплены реальными фактами, а не голословными утверждениями.