Оспаривание санкций СНБО – тема, которая ещё недавно казалась почти безнадёжной. Представьте: однажды утром вы узнаёте, что ваши счета заблокированы, имущество арестовано, а бизнес остановлен. Причина – вы попали в санкционный список Совета национальной безопасности и обороны Украины. Что делать? Куда бежать? До недавнего времени суды проверяли такие решения преимущественно формально: есть ли у Президента полномочия, соблюдена ли процедура. Но теперь ситуация изменилась кардинально.
28 апреля 2026 года Большая Палата Верховного Суда приняла постановление по делу № 990/224/23, которая фактически переформатирует подход к оспариванию санкций СНБО. Давайте разберёмся, что именно произошло и почему это дело важно для каждого, кто сталкивается с санкционным механизмом.
О чём вообще спор
Фабула достаточно типичная. Гражданин, имевший паспорт российской федерации, а впоследствии получивший гражданство Израиля, попал под санкции согласно Указу Президента Украины № 279/2023 от 12 мая 2023 года. Ему заблокировали активы, ограничили торговые операции, запретили транзит ресурсов по территории Украины – весь стандартный набор из десяти ограничительных мер сроком на пять лет.
Истец категорически не соглашался. Его аргументы: с 2018 года он не живёт в россии, является налоговым резидентом Израиля, не поддерживает режим страны-агрессора, никаких денег в российский бюджет не направлял. Ни один из адвокатских запросов в СБУ, СНБО или Офис Президента не получил содержательного ответа – почему именно к нему применили санкции, осталось загадкой.
Кассационный административный суд в составе Верховного Суда как первая инстанция в иске отказал. Логика была простой: процедура соблюдена, полномочия у Президента есть, а в оценку угроз национальной безопасности суд не вмешивается. Истец пошёл в апелляцию – и тут началось самое интересное.
Откуда взялся новый стандарт проверки
Ключевым поворотным моментом стало решение Европейского суда по правам человека от 16 октября 2025 года по делу «ООО «М.С.Л.» против Украины». ЕСПЧ тогда чётко сказал: суды не могут ограничиваться лишь проверкой формальной процедуры, когда речь идёт о санкциях. Они обязаны смотреть глубже – есть ли достаточная фактическая основа для вывода об угрозе.
И вот Большая Палата, опираясь на это решение, пошла на беспрецедентный шаг: конкретизировала собственную предыдущую правовую позицию. Ранее, в делах № 9901/405/19 и № 800/162/16, суд говорил: оценка реальности угроз – это дискреция Президента, суд туда не лезет. Теперь же было признано, что такой подход не соответствует стандартам Конвенции о защите прав человека и основных свобод.
Честно говоря, это настоящий тектонический сдвиг в практике оспаривания санкций СНБО.
Пять критериев, которые теперь будет проверять суд
Большая Палата сформулировала новый, значительно более широкий объём судебного контроля. Отныне он включает проверку пяти аспектов.
Первый – процедурный. Это то, что суды проверяли и раньше: соблюдена ли процедура принятия решения, имели ли органы полномочия, введено ли решение СНБО в действие указом Президента.
Второй – фактическая основа. Вот здесь главная новелла. Суд теперь должен проверять, базируется ли решение о санкциях на достаточном фактическом основании. Иными словами, есть ли доказательства, которые с достаточной степенью убедительности поддерживают вывод об угрозе.
Третий – правовая квалификация. Подпадают ли установленные обстоятельства под основания статьи 3 Закона Украины от 14 августа 2014 года № 1644-VII «О санкциях».
Четвёртый – пропорциональность. Являются ли применённые ограничения соразмерными цели, не несёт ли лицо чрезмерного индивидуального бремени.
И пятый – отсутствие произвола. Суд должен убедиться, что решение не является явно необоснованным, дискриминационным или принятым с иной целью, нежели защита национальной безопасности.
Важная оговорка: суд не подменяет Президента
Тут критический момент. Большая Палата специально подчеркнула: расширение судебного контроля не означает, что суд теперь будет переоценивать каждый вывод СБУ или СНБО. Окончательную ответственность за оценку рисков для национальной безопасности всё равно несут Президент и СНБО. Суд лишь проверяет, не является ли их решение произвольным, опирается ли оно на достаточную фактическую основу и соответствует ли требованиям Закона Украины от 14 августа 2014 года № 1644-VII «О санкциях».
Кстати, именно здесь проходит тонкая грань между эффективной судебной защитой и вторжением в конституционные полномочия главы государства. Суд признал: он не может заменить своей оценкой рисков ту оценку, которую дали компетентные органы. Но он обязан проверить, была ли эта оценка хоть сколько-нибудь обоснованной.
Чем всё закончилось в конкретном деле
Исследовав материалы, в том числе документы с ограниченным доступом, Большая Палата пришла к выводу: фактическая основа для санкций в отношении истца всё же имелась. СБУ собрала информацию с использованием контрразведывательных, поисковых, режимных и административно-правовых мероприятий. Эти данные с достаточной степенью убедительности подтверждали наличие потенциальных угроз национальной безопасности.
Апелляционную жалобу удовлетворили частично – изменили мотивировочную часть решения первой инстанции, изложив её в редакции постановления Большой Палаты. Но резолютивную часть оставили без изменений: в удовлетворении иска – отказать.
Кроме того, суд обратил внимание на ещё один важный аспект. Текст самого решения СНБО и Указа Президента содержал лишь стандартную отсылку к пункту 1 части первой статьи 3 Закона Украины «О санкциях» – без какой-либо конкретизации, что именно стало основанием для санкций в отношении данного конкретного лица. Большая Палата признала это недостатком, который не согласуется со стандартами ЕСПЧ. Однако в данном конкретном деле недостаток был компенсирован полноценным судебным пересмотром с допуском адвоката к материалам с ограниченным доступом.
Вместе с тем суд дал чёткий сигнал на будущее: от СНБО и Президента ожидается хотя бы краткое, обобщённое изложение основных оснований применения санкций к конкретному лицу непосредственно в тексте публичного акта.
Автономность санкций: что это означает на практике
Отдельно Большая Палата подчеркнула правовую природу санкций. Они не являются видом юридической ответственности – ни уголовной, ни административной. Санкции по Закону Украины от 14 августа 2014 года № 1644-VII «О санкциях» – это автономный инструмент защиты национальной безопасности. Для их применения не требуется доказывать вину лица или состав правонарушения. Достаточно обоснованного вывода о наличии реальной или потенциальной угрозы.
Именно поэтому аргументы истца о том, что он не живёт в россии, не платит там налоги и имеет израильский паспорт, не опровергли выводов компетентных органов. Оценка угроз – это комплексный анализ всей совокупности обстоятельств, а не механическое применение формальных критериев. Тут важно понимать: суд смотрит не только на гражданство или налоговое резидентство, но и на предыдущие связи лица, его бизнес-структуру, возможность влияния на него или использования в интересах, противоречащих национальной безопасности Украины.
Суд также отклонил довод о том, что СБУ действовала вразрез с требованиями Закона Украины «О контрразведывательной деятельности». Для внесения предложений о санкциях не требуется обязательного заведения контрразведывательного дела – это отдельная, самостоятельная процедура. К слову, сам факт отсутствия ответов на адвокатские запросы тоже не стал основанием для отмены санкций: законодательство не обязывает СБУ или СНБО давать детальные пояснения до суда, но гарантирует лицу возможность полноценной судебной защиты.
Дело № 990/224/23 стало знаковым не результатом для конкретного истца, а тем новым стандартом, который оно зафиксировало. Отныне оспаривание санкций СНБО в административном суде – это не формальная процедура с предсказуемым финалом, а полноценный судебный процесс, где суд действительно смотрит на доказательства, а не просто констатирует наличие полномочий у Президента. И хотя граница между судебным контролем и президентской дискрецией сохраняется, она теперь проходит значительно ближе к интересам личности, чем это было раньше.