Апелляционное обжалование прокурором судебных решений – это не просто формальность, а процедура, где каждая деталь имеет значение. Особенно когда речь идёт о том, кто именно из должностных лиц прокуратуры вправе подать жалобу. Именно на этом и «споткнулся» первый заместитель руководителя Оболонской окружной прокуратуры г. Киева в деле № 756/6907/22, которое недавно рассмотрел Верховный Суд.
Давайте разберём эту историю. Она показательная и помогает понять, как работает механизм обжалования на практике.
С чего всё началось
В апреле 2023 года Оболонский районный суд г. Киева признал гражданина виновным в грабеже – открытом похищении чужого имущества (ч. 1 ст. 186 Уголовного кодекса Украины). Наказание назначили в виде штрафа: 2000 необлагаемых минимумов доходов граждан.
Приговор пытались обжаловать в апелляции, но Киевский апелляционный суд в августе 2023 года оставил его без изменений. Казалось бы, точка. Однако спустя два с половиной года дело получило неожиданное продолжение.
Орган пробации обратился в суд с представлением о замене наказания осуждённому. И вот тут начинается самое интересное. Оболонский районный суд в декабре 2025 года это представление отклонил. Тогда на сцену вышел первый заместитель руководителя Оболонской окружной прокуратуры – он решил обжаловать это определение.
Неожиданный поворот
Киевский апелляционный суд 20 февраля 2026 года вернул жалобу прокурора, даже не рассматривая её по существу. Аргументация была такой: заместитель руководителя окружной прокуратуры не предоставил никаких документов, которые бы подтверждали его полномочия на участие в этом конкретном производстве.
Суд прямо указал: если нет процессуального решения руководителя прокуратуры об уполномочивании конкретного лица, то это лицо не является прокурором в понимании п. 6 ч. 1 ст. 393 Уголовного процессуального кодекса Украины. А значит – не имеет права подавать апелляционную жалобу.
Прокурор с этим категорически не согласился и пошёл в Верховный Суд.
Что говорит закон
Тут важный момент. Апелляционное обжалование прокурором регулируется сразу несколькими нормами Уголовного процессуального кодекса Украины, и они работают в связке.
Во-первых, ст. 36 УПК определяет общие полномочия прокурора. Часть 4 этой статьи устанавливает базовое правило: право на обжалование имеет тот прокурор, который участвовал в судебном производстве. Логика простая – если ты был в зале, знаешь материалы, то можешь и обжаловать.
Но есть исключение. Та же часть 4 называет прокуроров высшего уровня, которые могут подавать апелляционные и кассационные жалобы независимо от участия в заседаниях. Кто именно? Генеральный прокурор, его первый заместитель и заместители, заместитель Генерального прокурора – руководитель Специализированной антикоррупционной прокуратуры и его заместители, руководитель областной прокуратуры, его первый заместитель и заместители.
Обратите внимание: руководителя окружной прокуратуры или его заместителей в этом перечне нет. И это принципиально.
Почему заместитель не смог обжаловать определение
Верховный Суд, проверив материалы дела, согласился с апелляционным судом. И вот почему.
Для участия в рассмотрении представления органа пробации был уполномочен другой прокурор – не заместитель руководителя, а рядовой работник той же прокуратуры. Именно он, согласно материалам дела, имел бесспорное право обжаловать судебное решение. Но не воспользовался им.
Кроме того, в материалах дела не нашлось ни одного документа, который бы подтверждал полномочия заместителя руководителя окружной прокуратуры на участие в этом конкретном производстве. Не было таких доказательств ни в приложениях к кассационной жалобе, ни в ней самой.
Прокурор ссылался на Приказ Генерального прокурора № 309 от 30 сентября 2021 года и на ст. 17 Закона Украины «О прокуратуре». Дескать, первый заместитель руководителя окружной прокуратуры является прокурором высшего уровня для прокуроров этой же прокуратуры. А раз так – то и право на обжалование у него есть.
Но Верховный Суд чётко разграничил: быть прокурором высшего уровня в административном смысле – это одно. А иметь процессуальное право на апелляционное обжалование прокурором, который не участвовал в заседании – совсем другое. Уголовный процессуальный кодекс Украины даёт исчерпывающий перечень таких лиц, и заместитель руководителя окружной прокуратуры в него не входит.
Ещё один важный аргумент
Прокурор настаивал: даже если апелляционный суд считал, что с жалобой что-то не так, он должен был оставить её без движения согласно статьям 396 и 399 УПК, а не возвращать сразу. Где-то здесь можно было бы и поспорить.
Но дело в том, что оставление жалобы без движения применяется тогда, когда недостаток можно исправить – скажем, дописать мотивировочную часть или добавить копии. Отсутствие же полномочий на подачу жалобы – это не технический огрех. Это фундаментальное препятствие, которое невозможно устранить «дооформлением» документов. Если лицо вообще не имеет права на обжалование, то и исправлять нечего.
Именно поэтому Верховный Суд оставил определение апелляционного суда без изменений, а кассационную жалобу прокурора – без удовлетворения.
Что стоит запомнить
УПК не даёт заместителю руководителя окружной прокуратуры автоматического права на апелляционное обжалование прокурором судебных решений, если он не участвовал в рассмотрении дела. Для этого нужно отдельное процессуальное решение руководителя прокуратуры – документ, который чётко уполномочивает конкретное лицо действовать в конкретном производстве.
Иными словами, сама по себе должность – даже руководящая – не даёт carte blanche на обжалование любого судебного решения. Процессуальный закон в этом вопросе формален, и суды следят за его соблюдением довольно придирчиво.
Это дело – хороший пример того, как важно не путать административные полномочия внутри прокуратуры с процессуальными правами, которые предоставляет Уголовный процессуальный кодекс. Граница между ними тонкая, но последствия её пересечения могут быть весьма ощутимыми: возврат жалобы, потеря времени, а в худшем случае – пропуск сроков на обжалование.