Представьте ситуацию: четверо мужчин месяцами следят за человеком, разрабатывают план нападения, покупают для конспирации одноразовый телефон, тренируются в лесополосе – и всё ради того, чтобы завладеть чужими деньгами. Возникает логичный вопрос: это просто группа лиц по предварительному сговору или уже полноценная вооружённая банда? Именно на него пришлось отвечать Верховному Суду в деле № 243/8566/19.
История, о которой пойдёт речь, началась в конце 2018 года в Славянске. Двое знакомых – назовём их организаторами – решили, что неплохо бы завладеть деньгами местного валютчика. Мужчина регулярно обменивал крупные суммы и часто имел при себе наличные. Но была проблема: потерпевший знал обоих в лицо и поддерживал с ними товарищеские отношения. Поэтому организаторы привлекли ещё двоих исполнителей – тех, кого потерпевший не знал.
Как всё происходило: хроника подготовки
С января 2019 года четвёрка начала следить за будущей жертвой. Использовали три автомобиля, в том числе специально отремонтированный за общие средства ВАЗ 11193 «Калина». На протяжении нескольких недель они изучали распорядок дня потерпевшего, маршруты его передвижения, места обмена валют.
30 и 31 января 2019 года, сидя в той самой «Калине», сообщники детально обсудили план. Выбрали место для нападения – неосвещённую площадку возле спорткомплекса «Локомотив», распределили роли, продумали варианты действий, в том числе с применением оружия. 20 и 21 февраля один из исполнителей дважды встречался с потерпевшим под предлогом обмена небольших сумм – это должно было усыпить бдительность жертвы перед основным ударом.
22 февраля 2019 года план привели в действие. Потерпевшему назначили встречу якобы для обмена 3,5 миллиона рублей. Когда тот приехал на место, исполнители напали на него в салоне автомобиля, нанесли удары, угрожали убийством. Нападение сорвали правоохранители – они вовремя вмешались и задержали нападавших. Сумма, на которую покушались злоумышленники, составляла 1 424 500 гривен.
Два обвинения – два разных результата
Следствие квалифицировало действия фигурантов сразу по двум статьям Уголовного кодекса Украины: ч. 4 ст. 187 УК (разбой, направленный на завладение имуществом в особо крупных размерах, совершённый по предварительному сговору группой лиц) и ст. 257 УК (бандитизм).
И вот тут – самое интересное. Славянский горрайонный суд Донецкой области приговором от 21 сентября 2021 года признал всех четверых виновными в разбое, но оправдал по статье 257 УК. Суд первой инстанции не увидел в их действиях состава бандитизма. Днепровский апелляционный суд определением от 5 февраля 2026 года оставил этот приговор без изменений. И вот – дело дошло до Верховного Суда.
Прокурор в кассационной жалобе настаивал: четвёрка создала настоящую банду. Мол, здесь было всё – и длительная подготовка, и распределение ролей, и конспирация, и оружие. А сторона защиты, наоборот, просила отменить определение апелляционного суда из-за процессуальных нарушений.
Почему это не банда: ключевые аргументы судов
Чтобы понять логику Верховного Суда, стоит сначала разобраться, что же такое банда в понимании ст. 257 УК. Это не просто группа людей, договорившихся совершить преступление. Это вооружённая организованная группа или преступная организация, созданная для нападений. Ключевые признаки – устойчивость, иерархия, цель совершать не одно, а серию нападений (или одно, но такое, которое требует особо тщательной подготовки).
И вот что установили суды в этом деле:
Во-первых, между участниками не было чёткой иерархии. Да, один из них играл роль организатора – финансировал подготовку, предлагал план. Но решения принимались совместно. Каждый мог высказывать возражения, предлагать изменения. Никаких приказов или беспрекословного подчинения зафиксировано не было.
Кроме того, все разговоры и действия четвёрки касались исключительно одного конкретного потерпевшего. Они не планировали других нападений, не обсуждали будущей преступной деятельности. Длительная подготовка, слежка, конспирация – всё это свидетельствовало о тщательной подготовке к разбою, а не о создании устойчивого преступного объединения.
И ещё один важный нюанс касательно вооружённости. У одного из фигурантов действительно нашли пистолет Макарова с патронами. Но суд установил: организатор не знал о наличии этого оружия. А без осведомлённости всех участников об оружии и возможности его применения признак вооружённости банды не срабатывает.
Почему это всё-таки разбой
Действия организатора квалифицировали по частям 3, 4, 5 ст. 27 и ч. 4 ст. 187 УК – то есть он выступал и организатором, и подстрекателем, и пособником разбоя. Остальные получили наказание непосредственно по ч. 4 ст. 187 УК.
Квалифицирующий признак «особо крупный размер» также был предметом спора. Защита утверждала, что сторона обвинения не доказала этого признака. Но Верховный Суд напомнил простой арифметический расчёт: в 2019 году минимальная граница особо крупного размера составляла 576 300 грн (600 необлагаемых минимумов по 960,50 грн). Сумма, на которую покушались нападавшие – 1 424 500 грн – превышала эту границу более чем вдвое.
Каждый из осуждённых получил от 8,5 до 9 лет лишения свободы с конфискацией имущества. Прокурор считал такое наказание слишком мягким, но Верховный Суд не согласился: суды первой и апелляционной инстанций тщательно учли все обстоятельства – и характер преступления, и личность каждого осуждённого, и отсутствие раскаяния.
Процессуальный аспект: законно ли использовали материалы НСРД
Защита также оспаривала допустимость доказательств, полученных в ходе негласных следственных (розыскных) действий. Аргумент был такой: НСРД проводились в рамках другого уголовного производства – по факту разбойного нападения на иное лицо. А для использования этих материалов в новом производстве требовалось отдельное определение следственного судьи в соответствии со ст. 257 Уголовного процессуального кодекса Украины.
Верховный Суд отклонил этот аргумент. Дело в том, что оба уголовных производства были объединены в одно, а впоследствии – выделены. А по устоявшейся практике, в выделенном производстве можно использовать результаты НСРД из первичного без дополнительных разрешений. Это совсем иная ситуация, чем передача материалов между не связанными между собой производствами.
Кстати, в ходе апелляционного рассмотрения возникла интересная техническая проблема: один из дисков с записями разговоров не удалось воспроизвести. Но суд исследовал протокол осмотра этого диска, составленный ранее. И, что важно, невозможность повторного воспроизведения не помешала суду принять решение в пользу осуждённых – апелляционный суд как раз и согласился с оправданием по ст. 257 УК.
Верховный Суд оставил кассационные жалобы и прокурора, и защитника без удовлетворения. Определение апелляционного суда от 5 февраля 2026 года вступило в законную силу окончательно.
Это дело – хорошая иллюстрация того, как на практике работает разграничение между бандитизмом и групповым преступлением. Сама по себе длительная подготовка, даже с элементами конспирации и распределением ролей, ещё не делает группу бандой. Для ст. 257 УК нужен более высокий уровень организации – устойчивость объединения, направленность на систематическую преступную деятельность и, что критически важно, осведомлённость всех участников об оружии. Если хотя бы один из этих элементов отсутствует – перед вами не банда, а группа лиц по предварительному сговору. И разница здесь не только в названии статьи, а в принципиально разном подходе к квалификации действий и назначению наказания.