Мобилизация в Украине – тема, которая вызывает больше эмоций, чем любая другая. Откровенное заявление заместителя командира полка беспилотных систем KRAKEN Константина Немичева прозвучало как холодный душ для системы, зависшей между советским прошлым и цифровым будущим. Он не просто признал проблемы, а фактически сказал то, о чем молчат другие.
Поговорим об этом спокойно, без истерик. Армия без мобилизации не выживет – это аксиома, когда в стране идет полномасштабная война. Но если сам механизм ломается, а общество воспринимает его как карательный инструмент, пора что-то менять. Немичев как раз об этом: инструмент нужен, но его надо настроить по-человечески.
Почему ТЦК не должны ловить людей на улицах
Военный заявил простую, но неудобную для многих вещь: «Искать тех, кто уклоняется от службы, должны профессионалы с соответствующими навыками». Сейчас этим занимаются сотрудники ТЦК, которых никогда не учили розыскной работе. Результат предсказуем: уличные задержания, конфликты, испорченная репутация самой идеи защиты государства. Люди не идут в армию не потому, что все поголовно предатели, а потому, что боятся попасть в неизвестность с унижениями.
Ключевое, что предлагает Немичев, – перевести работу с уклонистами в правовое поле. На практике это означает: заводить дела в Едином реестре досудебных расследований и подключать полицию или спецназовцев МВД. Эти люди умеют работать с законом, открывать уголовные производства, проводить следственные действия. Вместо силовых сцен на глазах у прохожих мы получаем цивилизованный процесс: повестка вручается после внесения данных в реестр, а не после «задержания на остановке».
Понимаете, в чем разница? Когда полицейский приходит к вам домой с документами, это вызывает меньше паники, чем когда трое людей в военной форме хватают вас у метро. Суть не в том, чтобы сделать наказание мягче, а в том, чтобы процесс перестал быть унизительным.
Четкие сроки службы – это не роскошь, а базовое уважение
Теперь о сроках. Вы когда-нибудь слышали, чтобы мобилизованному четко сказали, на сколько он мобилизуется? Обычно ответ размытый: «до окончания военного положения» или «до отдельного распоряжения». Для психики это катастрофа. Константин Немичев настаивает: должны быть четкие сроки службы, то есть контракты. Представьте, что вам говорят: «Вы будете служить 12 месяцев, потом ротация». Это уже не билет в один конец, это понятный отрезок жизни, который можно спланировать.
Когда нет определенности, человек чувствует себя заложником. Отсюда и побеги, и самовольное оставление части, и тотальное недоверие. А возьмите пример с полка KRAKEN – там вообще нет принудительно мобилизованных через ТЦК. При этом бывали случаи, когда люди сбегали из других подразделений, куда попали принудительно, чтобы перевестись именно к ним. Они сознательно шли на нарушение закона, чтобы стать добровольцами в конкретном коллективе. Парадокс? Нет, просто там более человечное отношение.
Рекрутинг не заменит мобилизацию в Украине, но может ее улучшить
Кстати, о рекрутинге. Есть соблазн сказать: давайте полностью заменим мобилизацию рекрутингом. Но это ловушка. Немичев прямо говорит: «Рекрутинг есть лишь в единичных подразделениях, а фронт держат около 150 боевых бригад». Только за счет добровольного набора всю армию не укомплектовать. Кто-то должен идти на менее престижные должности, кто-то на рутинную работу. И здесь без мобилизации в Украине не обойтись.
Но подход должен быть другим. ТЦК нужны, никто не говорит их распускать. Просто функция розыска и принуждения должна отойти правоохранителям, а учетные центры будут заниматься тем, чем и должны: вести учет, проводить медосмотры, оформлять документы. Если хотите аналогию, это как разделить работу скорой помощи и хирургического отделения: оба нужны, но задачи разные.
Человеческое отношение – ключ к доверию
Отдельно стоит остановиться на человеческом отношении. Это не про «печенье и чай» на КПП. Немичев имеет в виду базовое уважение к человеку. Когда в ТЦК общаются, как с нарушителем, которого поймали с поличным, а не как с гражданином, которому предстоит выполнить обязанность, это отталкивает. И наоборот: когда коммуникация строится на объяснении, что именно человек будет делать, куда попадет, какие получит гарантии, сопротивление падает в разы.
На самом деле это не выдумки. В подразделениях, где командиры общаются с людьми как со взрослыми, а не как с солдатами-срочниками 1980-х годов, проблем с мотивацией значительно меньше. Люди готовы выполнять сложную работу, когда понимают ее смысл и чувствуют справедливость.
Откровенное заявление из полка KRAKEN – это не просто набор пожеланий. Это три конкретных шага:
- Ввести понятные сроки службы, которые фиксируются в контракте.
- Передать работу с уклонистами полиции, чтобы процесс стал правовым и цивилизованным.
- Научить сотрудников ТЦК нормальному человеческому общению и оставить за ними сугубо учетные функции.
Мобилизация в Украине не станет праздником, но она может перестать быть тем ужасом, которым ее рисуют в соцсетях. Просто кто-то должен решиться и сказать: да, мы ошибались, давайте исправлять. Собственно, KRAKEN это уже сделал. Дело за теми, кто принимает решения.