Имеет ли семья погибшего право на денежное довольствие после смерти военнослужащего – вплоть до того момента, пока командир не подпишет приказ об исключении из списков личного состава? Вопрос не чисто бюрократический. За ним стоят реальные деньги, иногда – за целый год. И вот Кассационный административный суд в составе Верховного Суда в постановлении от 18 мая 2026 года по делу №400/14430/23 дал ответ, который расставляет все точки над «i».
С чего всё началось
В окружной административный суд обратилась женщина. Она судилась с войсковой частью и требовала выплатить денежное довольствие вместе с дополнительным вознаграждением за период с 1 апреля 2022 года по 17 июля 2023 года. Речь шла о её близком человеке – водителе взвода морской пехоты роты морской пехоты батальона морской пехоты.
Помимо самих выплат, истица просила обязать войсковую часть внести изменения в приказ №202 от 17 июля 2023 года. Логика казалась простой: если приказ об исключении из списков датирован июлем 2023-го, то и выплаты должны начисляться до этой даты. Обыкновенная житейская арифметика. Размер сумм при этом следовало рассчитывать по постановлению Кабинета Министров Украины №168 от 28 февраля 2022 года – именно этот документ регулирует денежное довольствие военнослужащих на период военного положения.
Честно говоря, на первый взгляд доводы выглядели убедительно. Но суды первой и апелляционной инстанций разошлись во мнениях. Первая инстанция в иске отказала полностью. Ни копейки сверх уже выплаченного. Апелляция же решение отменила и частично требования удовлетворила – признала неправомерным отказ в выплатах, но лишь за период с 1 апреля по 1 июля 2022 года. В остальном – отказала. Почему именно так – становится ясно, если разобраться в деталях.
Почему именно эти даты
Здесь мы подходим к ключевому факту, который перевернул всё дело. На момент судебного разбирательства уже существовало решение Корабельного районного суда города Николаева от 23 марта 2023 года по делу №488/614/23. Этим решением было установлено: смерть военнослужащего наступила именно 8 марта 2022 года. Не приблизительно, не предположительно – а конкретным числом.
31 марта 2023 года на основании судебного решения орган государственной регистрации актов гражданского состояния выдал свидетельство о смерти. То есть на момент рассмотрения административного дела суды имели перед собой не ситуацию неопределённости – мол, человек пропал и неизвестно, жив он или нет. Отнюдь. Они располагали юридическим фактом смерти, зафиксированным в конкретную дату и подтверждённым официальным документом.
Это принципиально меняет всю картину. Если бы факт смерти не был установлен – работали бы совсем другие правовые механизмы. Но здесь имелась полная ясность: человек погиб 8 марта 2022 года.
Два разных мира: пропавший без вести или погибший
Верховный Суд обратил внимание на любопытную деталь. Сведения о погибшем не вносились в Единый реестр лиц, пропавших без вести при особых обстоятельствах. И истица, кстати, не оспаривала действия или бездействие уполномоченных органов по этому поводу. Возможно, сознательный выбор, возможно, упущение – но факт остаётся фактом.
Предмет спора оказался значительно уже, чем могло показаться на первый взгляд. Суд проверял лишь одно: правомерно ли войсковая часть отказала в выплате денежного довольствия после смерти военнослужащего – за период после 8 марта 2022 года, то есть после даты, установленной судебным решением и зарегистрированной по всем правилам. Не больше и не меньше.
И Кассационный административный суд в составе Верховного Суда сформулировал чёткую позицию. Применять задним числом правовой режим пропавшего без вести к периоду, по которому уже есть действующее судебное решение о смерти, – невозможно. Это означало бы, по сути, игнорирование юридической силы решения Корабельного райсуда и проведённой государственной регистрации смерти. Причём без какого-либо оспаривания этих юридических оснований. Подобный подход попросту подорвал бы саму идею правовой определённости.
Но – здесь крайне важный нюанс, о котором нельзя забывать. Позиция Верховного Суда вовсе не отрицает права семей военных на защиту в ситуациях, когда тело не эвакуировано, а судьба человека остаётся неизвестной. В таких случаях законодательство о лицах, пропавших без вести при особых обстоятельствах, Порядок №884 и реестровые механизмы – это настоящие гарантии, и они должны применяться в полном объёме. Никто не отнимает эти инструменты у тех, кому они действительно нужны.
Однако в данном конкретном деле смерть была установлена как факт, наступивший 8 марта 2022 года. И «включать» режим пропавшего без вести для периода после этой даты попросту нельзя. Это разные правовые миры, и смешивать их недопустимо. Иначе мы получили бы ситуацию, когда человек одновременно и погиб, и числится пропавшим без вести – абсурд с точки зрения права.
Что такое приказ об исключении из списков на самом деле
Теперь – о самом главном. Верховный Суд разъяснил правовую природу приказа об исключении из списков личного состава войсковой части чётко и недвусмысленно.
Этот приказ носит сугубо кадрово-учётный характер. Он не создаёт новых юридических фактов, а лишь отражает последствия события, которое уже произошло. Смерти или гибели человека. Приказ здесь – зеркало, а не источник права. Он фиксирует свершившееся, но не порождает его.
Дата издания такого приказа – сама по себе – не меняет даты смерти. Она не продлевает прохождение военной службы после гибели. И, что самое важное, дата приказа не является самостоятельным материально-правовым основанием для начисления денежного довольствия после смерти военнослужащего. Это ключевой вывод, ради которого, собственно, и писалась вся эта история.
Другими словами, нельзя заявить: «Приказ подписали аж в июле 2023-го, так что выплачивайте всё до этого времени». Смерть наступила в марте 2022-го, и именно эта дата – определяющая для прекращения начислений. Приказ лишь оформляет, фиксирует на бумаге то, что уже произошло. Не больше и не меньше. Бюрократическая процедура не способна воскресить человека даже в юридическом смысле.
Это стоит хорошо запомнить и семьям погибших, и адвокатам, которые ведут подобные дела. К слову, путаница между кадровой датой и датой смерти – одна из самых частых ошибок в спорах такого рода. Люди искренне верят, что раз приказа ещё нет, значит, service продолжается. Но право – штука более тонкая.
Как это работает на практике
Если суд установил факт смерти конкретным числом – денежное довольствие начисляется до этой даты. Точка. Никакие более поздние приказы об исключении из списков не создают права на выплаты за период после смерти. Закон в этом смысле неумолим, и постановление Кассационного административного суда в составе Верховного Суда от 18 мая 2026 года лишь подтверждает этот принцип.
Когда же ситуация иная – человек пропал без вести, факт смерти не установлен, тела нет – включаются совсем другие механизмы. Законодательство о пропавших без вести при особых обстоятельствах, реестровые процедуры и постановление Кабинета Министров Украины №168 от 28 февраля 2022 года начинают работать в полную силу. Но это уже другой сценарий и другие правила игры.
Коротко говоря, значение имеет не то, когда командир подписал бумагу, а то, когда на самом деле оборвалась жизнь. Это, пожалуй, главный урок, который стоит вынести из всей этой истории.