Европейская комиссия предложила изменить правила временной защиты для украинцев призывного возраста, и эта новость уже вызвала острую реакцию в Германии. Пока в Брюсселе думают, как быть с мужчинами от 23 до 60 лет, немецкие политики называют такие планы ошибочными, а кое-кто прямо говорит о недопустимости принуждения к военной службе.
Антон Гофрайтер, депутат от партии «Зеленых» и глава Комитета по европейским делам Бундестага, занял четкую позицию. «Я отстаиваю право на отказ от военной службы по убеждениям», – заявил он в интервью. Политик убежден: никого нельзя заставлять брать в руки оружие, если это противоречит совести человека. И это не просто риторика – в Германии такое право закреплено в Основном законе (статья 4 Конституции ФРГ гарантирует свободу совести и вероисповедания).
Что именно предлагает Еврокомиссия
Давайте разберем суть предложения. Европейская комиссия хочет продлить временную защиту для украинцев до марта 2028 года. На первый взгляд, хорошая новость: люди, которые уже получили статус, смогут и дальше жить в странах ЕС легально. Но есть нюанс, и довольно существенный.
Перемены касаются вновь прибывших мужчин в возрасте от 23 до 60 лет – тех, кто по украинскому законодательству подлежит мобилизации. Именно для этой категории автоматическое предоставление временной защиты хотят прекратить. Иными словами, если мужчина призывного возраста только сейчас приедет в ЕС, он уже не сможет рассчитывать на быстрое оформление статуса по упрощенной процедуре.
А вот те, кто оформил документы раньше – остаются под защитой без всяких ограничений. Тут важный момент: это не о депортации, а об изменении правил игры для новых заявителей.
Почему это вызвало сопротивление в Германии
Позиция Антона Гофрайтера отражает более широкую дискуссию, которая идет в немецком обществе. Право на отказ от военной службы по соображениям совести (Kriegsdienstverweigerung) – это не абстрактный принцип, а реальный правовой институт. В Германии еще с 1949 года действует норма, по которой никто не может быть принужден к военной службе с оружием против своей воли.
Когда Еврокомиссия предлагает отказывать украинцам призывного возраста в защите, немецкие политики видят здесь косвенное принуждение. Логика простая: не даем тебе статус – ты вынужден возвращаться домой, где тебя уже ждет мобилизация. И это, по мнению Гофрайтера, противоречит фундаментальным правам человека.
Кстати, похожую позицию высказывал и комиссар по правам человека Совета Европы Майкл О’Флаэрти. По его словам, по состоянию на март 2026 года в странах ЕС находилось около 4,3 миллиона украинцев с временной защитой. И если помощь резко сократить, люди будут возвращаться не потому, что сами так решили, а под давлением финансовых и правовых проблем. А это уже граничит с нарушением принципа добровольности.
Что стоит за инициативой Брюсселя
Когда читаешь о таких предложениях, возникает естественный вопрос: почему именно сейчас? Дело в том, что Директива Совета ЕС 2001/55/ЕС, которая регулирует временную защиту, изначально не предусматривала такого долгого срока действия. Ее активировали для украинцев в марте 2022 года, и с тех пор защиту несколько раз продлевали.
Но полномасштабная война заставляет европейских чиновников искать баланс между гуманитарными обязательствами и политическими реалиями. Украина нуждается в мобилизационном ресурсе, и это ни для кого не секрет. В то же время ЕС пытается избежать ситуации, когда его территория становится местом уклонения от воинской обязанности.
Тут кроется главная дилемма. С одной стороны – суверенное право Украины защищаться и призывать граждан на службу (статья 65 Конституции Украины прямо говорит об обязанности защиты Отечества). С другой – международные обязательства европейских стран по праву на убежище и запрету принудительного возвращения.
Правовая коллизия или политический компромисс
То, что мы видим сейчас – это попытка найти компромисс, который бы учитывал интересы и Киева, и стран-членов ЕС. Но формулировка «прекращение автоматического предоставления защиты» звучит как юридическая хитрость. Фактически это означает: мужчины призывного возраста больше не подпадают под упрощенную процедуру.
Однако это не отменяет возможности подать заявление на получение статуса беженца по индивидуальной процедуре. Правда, она значительно сложнее, дольше и не гарантирует положительного решения. То есть формально дверь не закрыта, но проход стал гораздо уже.
Критика Гофрайтера и других немецких политиков – это не просто гуманитарная риторика. За ней стоит юридическая логика: если человек имеет право на отказ от военной службы по убеждениям (а Конституция Германии это гарантирует), то государство не должно создавать условия, которые вынуждают человека от этого права отказываться.
Чего ждать дальше
Предложение Еврокомиссии – это пока лишь проект. Его должны рассмотреть страны-члены, и учитывая реакцию Германии, дискуссия будет непростой. Позиция Берлина здесь имеет особый вес – именно Германия приняла больше всего украинцев среди всех стран ЕС.
Отдельно стоит следить за позицией Совета Европы. Если комиссар по правам человека уже выразил обеспокоенность, это может повлиять на окончательное решение. Международное гуманитарное право и принцип невысылки (non-refoulement) – это не просто красивые слова, а нормы, которые ограничивают государства в их решениях в отношении иностранцев.
Ситуация напоминает сложный пазл, где каждая сторона тянет в свою сторону. Украина напоминает о мобилизации и потребности в людях. Еврокомиссия ищет формулу, которая устроила бы всех. А немецкие политики напоминают о фундаментальных правах, которые нельзя приносить в жертву политической целесообразности. Чем закончится эта история – покажет время, но уже понятно: легких решений здесь не будет.