Готовность Индии подключиться к урегулированию российско-украинской войны публично озвучил пресс-секретарь Кремля Дмитрий Песков. По его словам, индийская сторона заявляет о готовности внести «посильный вклад» в разрешение ситуации вокруг Украины. И второе он тоже признал: Нью-Дели уже передал Москве некие предложения о завершении войны. Деталей чиновник не раскрыл.
С правовой точки зрения сказанное – пока не более чем политическое заявление. Ни текста предложений, ни официального подтверждения от индийского МИД нет. Так что давайте разберёмся, как в международном праве вообще устроено посредничество и что из этого может выйти на практике.
Что такое мирное разрешение споров по Уставу ООН
Основу здесь даёт статья 33 Устава ООН. Она требует: если спор может угрожать международному миру и безопасности, стороны должны искать разрешения прежде всего через переговоры, обследование, посредничество, примирение, арбитраж или судебное разбирательство. Либо обратиться к региональным органам. Либо выбрать любой другой мирный способ на своё усмотрение.
Обратите внимание: перечень открытый. Единого «правильного» формата не существует. И это хорошо, потому что даёт сторонам пространство для манёвра.
Рядом стоит пункт 4 статьи 2 того же Устава. Он запрещает применение силы против территориальной целостности и политической независимости другого государства. Именно поэтому любой разговор о мире начинается не с вопроса о формате стола переговоров, а с вопроса о прекращении агрессии как факта. Для урегулирования российско-украинской войны это означает простую вещь: сначала прекращается то, что нарушает Устав, и лишь потом обсуждаются условия.
Посредник – не судья и не арбитр
Дальше тонкость, которую часто путают. Посредничество, или медиация, – это когда третья сторона помогает конфликтующим договориться. Она не выносит решений и не имеет полномочий что-либо присудить. Её результат – не приговор, а предложения, которые стороны могут принять или отклонить.
Арбитраж выглядит иначе. Там стороны заранее договариваются, что решение арбитра будет для них обязательным. Судебное разбирательство – это уже Международный Суд ООН, где решения так же обязательны. Но ни арбитраж, ни суд не работают без согласия обеих сторон на саму процедуру.
Отсюда два условия, без которых у посредника нет шансов:
- согласие обеих сторон конфликта на его участие;
- приемлемость медиатора для каждой из них, то есть хотя бы видимая нейтральность.
Почему именно Индия и почему всё не так просто
У Индии долгая история посредничества. Ещё в 1953 году она председательствовала в Комиссии по репатриации военнопленных, которая помогла завершить корейскую войну. Страна десятилетиями участвует в миротворческих операциях ООН. Наследие Движения неприсоединения тоже работает на такой имидж.
Но есть и другая сторона. Во время голосований в Генеральной Ассамблее ООН по Украине Индия воздержалась, в том числе при принятии резолюции от 2 марта 2022 года, осудившей агрессию. Страна также существенно нарастила закупки российской нефти после 2022 года и не присоединилась к санкциям.
Делает ли это её плохим медиатором? Не обязательно. Посредник не обязан быть союзником. Иногда именно тот, у кого есть каналы влияния на агрессора, способен сдвинуть процесс. Вопрос в другом: готов ли посредник называть вещи своими именами в итоговом документе.
Предложения – это ещё не договор
Тут стоит остановиться отдельно, потому что это ключ к пониманию новости. Даже если Нью-Дели действительно передал Москве какой-то документ, юридической силы он не имеет.
Чтобы договорённость стала обязательной, нужен международный договор. То есть текст, подписанный уполномоченными представителями, с чёткими обязательствами, механизмом контроля и, чаще всего, ратификацией парламентами. Иначе получается документ вроде Минских договорённостей 2014 и 2015 годов. Они были политическими заявлениями, а не договорами, и именно поэтому их невозможно было исполнить через суд.
К слову, поэтому юристы всегда смотрят не на количество подписей под фотографией, а на три вещи: предмет обязательства, сроки исполнения и орган, который будет разрешать споры.
Красные линии, которые невозможно обойти
Самая сложная часть – не процедура, а содержание. Вот несколько моментов, которые никакой посредник не уберёт одним взмахом руки.
Будапештский меморандум 1994 года. Его подписали Украина, Россия, США и Великобритания в обмен на отказ Киева от ядерного оружия. Россия обязалась уважать границы и не применять силу. Это обязательство она нарушила.
Ордер Международного уголовного суда, выданный 17 марта 2023 года в отношении высшего руководства РФ, в частности за депортацию украинских детей. Индия не является участницей Римского статута. А статья 16 этого статута позволяет Совету Безопасности ООН отложить расследование на 12 месяцев. Вот только в Совбезе вето действует во всех непроцедурных вопросах, а значит Россия такую попытку заблокирует.
И ещё один узел – территориальная целостность. Устав ООН не предусматривает способа легитимно закрепить добытое силой. Ни одна резолюция, ни одна декларация и ни один меморандум не способны этого изменить.
Что из этого для Украины
Ни одна страна, включая Индию, не может навязать Киеву посредника. Это прямо вытекает из принципа суверенного равенства государств. Любой формат работает только с согласия Украины.
Так что к урегулированию российско-украинской войны Индия подходит пока что как сторона, которая предлагает услугу, а не как сторона, у которой есть мандат. Проверяется такое предложение просто: готов ли медиатор публично признать факт агрессии и настаивать на выводе войск. Если да, разговор имеет смысл. Если же всё сводится к «заморозить по линии фронта», то это уже не посредничество, а попытка закрепить последствия преступления в документе.
Пока что известно только о готовности. Текст предложений не опубликован, и именно поэтому любые выводы о реальных намерениях Нью-Дели были бы преждевременными. Первый документ, который появится, покажет больше, чем все заявления пресс-секретарей вместе взятые.