Исключение из воинского учета – казалось бы, процедура, которая должна происходить автоматически после решения ВЛК. Но на практике она может превратиться в многомесячную войну с государственной системой. Именно такую историю недавно рассмотрел Третий апелляционный административный суд – и его решение стоит знать каждому, кто сталкивался с равнодушием ТЦК.
Представьте себе: вы получили справку о полной непригодности к службе, но через два года приложение «Резерв+» показывает, что вы – военнообязанный, да ещё и в розыске. Именно в такую ловушку попал истец по делу №340/6589/25. И речь тут не просто о бумажной волоките, а о том, как государственный орган годами игнорировал собственные обязанности.
Два года со справкой ВЛК – и ноль реакции
Ещё в мае 2023 года мужчина прошёл военно-врачебную комиссию. Диагноз однозначный: непригоден к военной службе. Справку ВЛК утвердила вышестоящая комиссия 15 июня того же года. Казалось бы, на этом должна была стоять точка. Человека обязаны были исключить из учёта – это же прямое требование пункта 3 части 6 статьи 37 Закона Украины «О воинской обязанности и военной службе».
Но что-то пошло не так.
Проверив информацию о себе в «Резерв+», мужчина с удивлением обнаружил: он всё ещё на учёте как военнообязанный. Хуже того – система светила отметку о розыске ТЦК. То есть вместо статуса человека, который по состоянию здоровья не может служить, электронный реестр «Оберіг» рисовал портрет уклониста.
Дальше всё пошло по грустному сценарию. Истец написал заявление в территориальный центр комплектования: мол, уважаемые, вот мои документы, внесите наконец правдивые данные в реестр. Ответа – ноль. Никакой реакции. И это при том, что Закон Украины «Об обращениях граждан» устанавливает чёткие сроки для ответа. Классика.
Суд первой инстанции: полумеры вместо решения
Пришлось идти в суд. Кировоградский окружной административный суд 25 февраля 2026 года вынес решение – частично удовлетворил иск. Из хорошего: бездействие ТЦК признали противоправным. Это важно. Но вместо того, чтобы чётко обязать ответчика внести конкретные данные, суд ограничился формулировкой «принять меры, направленные на получение и внесение актуальной информации».
Честно говоря, такое постановление мало чем помогает реальному человеку. Потому что что значит «принять меры»? Написать ещё одно письмо? Создать рабочую группу? Провести совещание? Для гражданина, который два года не может добиться, чтобы в государственном реестре были правдивые сведения о нём, такое решение проблемы не решало.
Поэтому истец подал апелляционную жалобу.
«У нас документы изъяли»: аргумент, который не сработал
На стадии апелляции всплыла интересная деталь. ТЦК объяснял собственное бездействие тем, что медицинские и учётные документы истца… изъяли правоохранители. Обыски, следственные действия, уголовное производство №42023121550000067. Нет оригиналов – нет оснований вносить изменения в реестр. Логика, на первый взгляд, понятная. Но только на первый.
Коллегия судей Третьего апелляционного административного суда разобрала этот довод по косточкам. И вот почему он не выдержал критики.
Во-первых, ТЦК должен был внести данные об исключении из воинского учета ещё в июне 2023 года, сразу после утверждения справки ВЛК вышестоящей комиссией. А обыски, как свидетельствуют материалы дела, произошли значительно позже. То есть бездействие началось задолго до любых следственных действий. Поэтому ссылаться на изъятие документов задним числом – приём сомнительный.
Во-вторых – и это ключевое – даже если оригиналы действительно находятся в материалах уголовного производства, это не освобождает государственный орган от выполнения его прямых функций. Есть копии? Работайте с копиями. Нет копий? Сделайте официальный запрос следователям. Но не перекладывайте бремя собственных проблем на плечи гражданина.
Суд прямо указал: изъятие документов в ТЦК – это внутренняя проблема самого органа и следствие его же предположительно противоправной деятельности. Примечательно, что эту позицию зафиксировано в материалах дела (лист 64).
Что говорит закон об «Обереге» и почему это важно
Давайте на минуту отойдём от конкретного дела и посмотрим на правовую базу. Она довольно чёткая.
Единый государственный реестр призывников, военнообязанных и резервистов (собственно, «Оберіг») – это электронная база, которая аккумулирует данные обо всех военнообязанных украинцах. Именно из неё приложение «Резерв+» и подтягивает информацию о вашем статусе. Закон Украины «О Едином государственном реестре призывников, военнообязанных и резервистов» определяет, что ведение реестра должно быть обязательным, своевременным и полным. Актуализация данных – не прихоть, а прямое законодательное требование.
Кроме того, постановление Кабинета Министров Украины от 30 декабря 2022 года №1487 (Порядок организации и ведения воинского учета) в пункте 79 чётко возлагает функции ведения «Оберега» именно на районные и городские ТЦК. То есть территориальный центр комплектования – это не просто «окошко для выдачи повесток». Это полноценный администратор государственной базы данных. И ответственность за её корректное наполнение лежит именно на нём.
А теперь представьте практическую сторону проблемы. Человек со справкой о непригодности и военным билетом на руках отображается в «Резерв+» как находящийся в розыске. Полиция останавливает его на улице, видит отметку – и вот вам риск неправомерного задержания. Или вручения повестки лицу, которое по закону не подлежит призыву. Это не гипотетические страхи – это прямые последствия бездействия должностных лиц.
Эффективная защита: почему апелляция постановила иначе
Судьи апелляционной инстанции подошли к делу принципиально иначе, чем их коллеги из первой. В основу легла статья 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Она гарантирует каждому, чьи права нарушены, право на эффективное средство правовой защиты.
Тут важный момент. Европейский суд по правам человека в деле «Афанасьев против Украины» подчеркнул: средство защиты должно быть действенным не только на бумаге, но и на практике. Его использование не должно осложняться действиями или недосмотром органов власти. Иными словами, судебное решение должно действительно восстанавливать нарушенное право, а не создавать иллюзию защиты с размытыми формулировками.
Именно поэтому апелляционный суд не ограничился абстрактным «принять меры». Решение сформулировано предельно конкретно:
– признать противоправными действия ТЦК по внесению в «Оберіг» сведений о нахождении истца на воинском учете;
– обязать ТЦК внести в реестр данные о признании истца непригодным к военной службе с исключением из воинского учета;
– основание для внесения: справка ВЛК №99т7 от 2 мая 2023 года и военный билет от 30 мая 1994 года.
Суд также взыскал в пользу истца 2422,40 гривен судебных расходов – и за подачу иска, и за апелляцию.
Коллегия судей отдельно подчеркнула важную деталь: бездействие ТЦК в этом деле не касается дискреционных полномочий. Что это означает простыми словами? Дискреция – это когда чиновник имеет право выбора между несколькими законными вариантами действий. Но здесь алгоритм определён законодательством чётко: получил справку ВЛК о непригодности – внёс данные в реестр – исключил человека из учёта. Вариантов нет. Поэтому обязательство суда внести конкретные сведения не является вмешательством в дискрецию – это лишь принуждение к выполнению того, что ТЦК и так должен был сделать ещё два года назад.
Полезный прецедент и простой практический вывод
Постановление Третьего апелляционного административного суда от 2 июня 2026 года по делу №340/6589/25 показывает: нежелание ТЦК обновлять данные в «Обереге» не является непреодолимой стеной. Это можно и нужно обжаловать. Причём не просто требовать «принять меры», а добиваться конкретного обязательства – внести правдивую информацию в реестр.
И ещё одно. Ссылки госорганов на «внутренние проблемы» – изъятие документов, следственные действия, отсутствие оригиналов – не должны блокировать права граждан. Если у вас на руках официальный документ (справка ВЛК, военный билет или любой другой), игнорировать его ТЦК не имеет права. Независимо от того, что там у них происходит внутри.
Ну и напоследок: проверяйте свой статус в «Резерв+». Потому что иногда между бумажной реальностью и тем, что показывает система, пролегает пропасть. И преодолевать её порой приходится через два суда.