Конфискация вещественных доказательств – это всегда болезненная тема для собственника имущества, особенно когда речь идёт о дорогом транспортном средстве. Представьте: ваш грузовик изъяли, потому что кто-то уничтожил на нём номер шасси. Вы здесь ни при чём, преступника так и не нашли, сроки давности истекли. А суд первой инстанции берёт – и передаёт ваше авто государству. Именно такая история произошла с владельцем седельного тягача DAF XF 105.460, и точку в ней поставил Верховный Суд.
Давайте разберём это дело – дело № 344/15325/25 – потому что оно отлично показывает, где проходит граница между законным наказанием и безосновательным лишением права собственности.
С чего всё началось
В июне 2022 года правоохранители изъяли автомобиль марки DAF модели XF 105.460, 2008 года выпуска. Причина – уголовное производство по статье 290 Уголовного кодекса Украины. Это та самая статья, которая наказывает за уничтожение, подделку или замену идентификационного номера транспортного средства. Проще говоря – кто-то «перебил» номер шасси на грузовике.
Следствие длилось, но лицо, совершившее это правонарушение, установить так и не удалось. Прошло три года – именно столько составляет срок давности привлечения к уголовной ответственности по статье 290 УК Украины.
И вот в сентябре 2025 года прокурор обратился в Ивано-Франковский городской суд с ходатайством: закрыть производство, ведь сроки вышли, а виновного не нашли. Суд ходатайство удовлетворил. Логично.
Но дальше началось самое интересное.
Первая инстанция: конфисковать, и точка
Местный суд, закрывая производство, заодно решил судьбу вещественных доказательств. И решение это было жёстким: автомобиль DAF, ключи к нему – конфисковать в доход государства. Металлическую пластину с номером шасси и свидетельства об иностранной регистрации – уничтожить.
Свою позицию суд аргументировал так: информации об этом транспортном средстве в таможенных базах нет, законного владельца не установлено, а само авто является предметом уголовного правонарушения. Ну и сослался на пункт 5 части 9 статьи 100 Уголовного процессуального кодекса Украины, которая разрешает конфискацию вещественных доказательств.
Вот только была одна проблема. Владелец у автомобиля всё-таки был – гражданин, который приобрёл этот грузовик в Польше. И документы о покупке у него имелись вполне реальные.
Апелляция: стоп, это уже слишком
Адвокат владельца подал апелляционную жалобу. Ивано-Франковский апелляционный суд в марте 2026 года посмотрел на дело иначе. Он придал ключевое значение тому факту, что уголовное производство закрыли по пункту 3-1 части 1 статьи 284 УПК Украины – из-за неустановления лица, совершившего правонарушение, и истечения сроков давности.
Апелляционный суд рассудил просто и убедительно: нет обвинительного приговора – нет оснований для конфискации. Ведь конфискация вещественных доказательств по своей природе является мерой, имеющей карательный характер. Как можно наказывать человека, который даже не является подозреваемым в этом производстве? Никак.
К тому же адвокат предоставила суду копии польских документов: фактуру о покупке, децизии (так называют административные решения польских органов), разрешительные документы. Всё это подтверждало – автомобиль был честно приобретён за границей.
Апелляционный суд постановил: грузовик и ключи вернуть законному владельцу.
Что сказал Верховный Суд
Прокурор не сдался и подал кассационную жалобу. Его логика была такой: автомобиль с уничтоженным номером шасси нельзя допустить к гражданскому обороту, нельзя зарегистрировать в органах МВД, нельзя законно эксплуатировать. Следовательно – единственный правильный вариант, это конфискация вещественных доказательств в пользу государства.
Верховный Суд с этим категорически не согласился. В постановлении от 26 августа 2026 года коллегия судей Третьей судебной палаты Кассационного уголовного суда подробно объяснила почему.
Во-первых, статья 100 УПК Украины действительно регулирует вопрос судьбы вещественных доказательств. Но ведь часть 4 статьи 174 того же Кодекса прямо требует: суд отменяет арест имущества, в частности, в случае закрытия уголовного производства, если имущество не подлежит специальной конфискации. А как может подлежать специальной конфискации имущество лица, которое вообще не имеет процессуального статуса в этом деле?
Во-вторых, Верховный Суд подчеркнул: при отсутствии обвинительного приговора применение конфискации имущества лицу, которое не является ни подозреваемым, ни обвиняемым, приобретает признаки противоправного ограничения права собственности. А это уже прямое нарушение конституционных гарантий.
И в-третьих – суд отклонил аргумент о «невозможности эксплуатации». Ну не может владелец ездить на этом грузовике по дорогам общего пользования – и что с того? Он имеет полное право разукомплектовать его на запчасти, продать узлы, которые не претерпели изменений, или сдать на металлолом. Право владения и право пользования – это разные вещи. Ограничение второго не отменяет первого.
Коллегия судей также обратила внимание, что ссылка прокурора на предыдущую практику Верховного Суда была некорректной. В деле № 166/724/22, на которое указывал прокурор, был обвинительный приговор в отношении конкретного лица, признанного виновным. А здесь – совсем иная ситуация: производство закрыто, виновного не нашли.
Почему это дело важно для каждого
Ключевой принцип, который подтвердил Верховный Суд, звучит так: положения статьи 100 Уголовного процессуального кодекса Украины нельзя толковать расширительно. Они не могут служить основанием для фактической конфискации имущества без уголовно-правового решения, устанавливающего факт совершения преступления конкретным лицом.
Иначе говоря, конфискация – это следствие доказанной вины. Нет вины – нет конфискации. Просто и честно.
Это решение защищает не только конкретного владельца грузовика DAF. Оно защищает каждого, чьё имущество может оказаться в уголовном производстве как вещественное доказательство. Даже если вещь была предметом правонарушения, даже если её техническое состояние не позволяет полноценного использования – государство не имеет права её забирать без обвинительного приговора суда.
А что же сам автомобиль? Он возвращается к владельцу – со всеми своими проблемами касательно идентификационных номеров. И что будет делать с ним собственник – это уже его личное решение. Закон на его стороне.