Конституции Украины — 30 лет. Но второй президент Леонид Кучма, один из тех, кто стоял у истоков Основного Закона, смотрит не в прошлое. Его взгляд — туда, где война закончится и страна проснётся в новой реальности. В которой старая модель власти может просто не выдержать. Кучма не только поздравил с Днем Конституции Украины, но и дал развёрнутое интервью Укринформу к юбилею — и, честно говоря, получился не парадный спич, а довольно жёсткий разговор о том, что будет после.
Сейчас — даже не думать
Первый и главный тезис Кучмы: во время войны Конституцию не трогают. Не потому, что не хочется. Потому что нельзя.
«Это просто невозможно. Даже сама постановка такого вопроса антиконституционна, если уж быть придирчивым с правовой точки зрения», — говорит он. Основание — прямое: Конституция запрещает свой пересмотр в условиях военного или чрезвычайного положения. А военное положение в Украине действует с 5:30 утра 24 февраля 2022 года.
Кучма предупреждает: любые конституционные эксперименты сейчас — это не просто юридический нонсенс. Это риск гражданского противостояния. Это удар по поддержке союзников в Европе. И — «подарок для Путина».
Зачем в 1996-м понадобились особые полномочия
И вот тут собеседник переходит от запретов к личному опыту. А опыт у Кучмы — редкий: он дважды менял модель власти в стране.
В 1996 году он поддержал президентско-парламентскую модель. Причина была предельно конкретной: «Украина находилась на дне экономической кризисы, а парламент участвовать в её разрешении не мог и не хотел».
Это не было вопросом амбиций, настаивает Кучма. Это был вопрос выживания: расширенные президентские полномочия были инструментом, без которого страна могла просто не выбраться.
А потом — выбралась. И на рубеже тысячелетий, когда ситуация стабилизировалась, те же самые полномочия стали не нужны.
«Зачем кризисные полномочия, если нет кризиса?» — формулирует Кучма. И тогда же началась политическая реформа в сторону парламентско-президентской модели.
Янукович как аргумент
Кучма не случайно оговаривается о рисках авторитаризма. Он напоминает: когда к власти пришёл Виктор Янукович, то почти сразу «протиснул возвращение себе расширенных президентских полномочий». Результат, по словам Кучмы, известен всем.
Этот эпизод для него — доказательство: концентрация власти в одних руках опасна, даже если изначально она продиктована кризисом. Вопрос в том, кто этой властью распоряжается и умеет ли вовремя её отдать.
Что будет после войны
А дальше — самое интересное. После войны, говорит Кучма, вопрос о конституционных изменениях «может поставить сама история». И объясняет почему.
Главный аргумент: Россия никуда не денется.
«Не может быть по другому, так как никуда не денется Россия», — говорит он. Вызовы, которые будут стоять перед украинской властью после войны, он называет острыми. Реакция на них должна быть «решительной, быстрой, а то и мгновенной».
И вот ключевой момент: Кучма прямо заявляет, что такой способ работы «не присущ парламентам». А дальше — фраза, которая многое объясняет: «Кризис у нас будет часто».
Это не пессимизм, поясняет он. Это трезвая оценка. И если кризис перманентен, то и инструменты власти должны соответствовать — ровно так же, как в 1996-м.
Кто и как будет решать
При этом Кучма жёстко ограничивает круг тех, кто может принимать решение об изменениях: либо конституционное большинство Верховной Рады, либо всенародное голосование. Никаких других вариантов нет.
И главное, на чём он настаивает: стабильность правил. Конституция — «кодекс правил функционирования государства», и соблюдение её принципов «имеет кардинальное значение для будущего государства всегда».
Никаких экспериментов во время войны. А после неё — дискуссия, продиктованная не чьими-то амбициями, а самой реальностью. В которой Россия остаётся соседом, а кризис — фоном.
«Это стало бы подарком для Путина», — резюмирует Кучма разговор о попытках перекроить Основной Закон прямо сейчас.