Мобилизация в Украине фактически сорвана – так оценил ситуацию народный депутат от «Европейской солидарности» Николай Княжицкий. Он входит в парламентский Комитет по вопросам гуманитарной и информационной политики, так что видит процесс изнутри. Причину, на которую указывает политик, искать в окопах не стоит. Она лежит в кабинетах и называется просто: политические ожидания выборов.
Что именно сказал депутат
Ключевой тезис Княжицкого звучит так: долгое время политики рассчитывали на возможность проведения выборов. Именно с этим расчётом он связывает их готовность поддерживать нужные мобилизационные решения. Иными словами, каждое непопулярное голосование казалось слишком дорогим политически.
Тут важный момент. Речь не о прямом саботаже и не о сговоре. Речь о привычке откладывать сложное на потом. Мол, примем, когда станет понятнее политическая картина. А картина не прояснялась ни через месяц, ни через год.
Вопрос выборов при этом совсем не абстрактный. Он прямо влияет на то, как чиновник считает риски. Если выборы «вот-вот», то любое жёсткое решение – это потерянные голоса. Если выборов нет, считать приходится иначе: через ответственность за результат, а не за рейтинг.
Что говорит закон
Юридическая рамка здесь прописана давно и довольно детально. Статья 65 Конституции Украины называет защиту Отечества, независимости и территориальной целостности обязанностью граждан. Механику определяет Закон «О мобилизационной подготовке и мобилизации».
В апреле 2024 года парламент принял закон № 3633-IX, который серьёзно переписал правила игры. Призывной возраст снизили с 27 до 25 лет. Появился электронный кабинет призывника. Вместо срочной службы ввели базовую общевойсковую подготовку. А уточнить свои данные мужчины должны были в течение 60 дней.
Формально процедура одинакова для всех. Территориальные центры комплектования и социальной поддержки работают по общим правилам, а данные можно обновить и через приложение «Резерв+», и лично. На практике разница между регионами ощутима: где-то очереди, где-то спокойно, а где-то к человеку относятся как к нарушителю ещё до первого вопроса.
Отдельно напомню: проводить выборы во время военного положения закон прямо запрещает. Это статья 19 Закона «О правовом режиме военного положения». Юридически избирательного процесса нет. Но политические ожидания живут отдельно от юридических запретов, и именно они, по версии Княжицкого, тормозили решения.
Две части одного общества
Депутат согласился с оценкой Павла Казарина, военного и журналиста. Тот говорил о фактическом разделении украинского общества на две части, и это разделение описывает реальность точнее любой социологии.
- Первая часть – военные. Они ощущают нехватку личного состава и не имеют перспективы ротации.
- Вторая – гражданские. Они продолжают жить привычной жизнью: работа, школа, кофе утром, планы на отпуск.
Такое разделение не новость. О нём говорят с 2022 года, просто каждый раз тише. Проблема не в том, что кто-то «плохой», а кто-то «хороший». Проблема в том, что два опыта почти не пересекаются. Человек, который третий год в части, и человек, который третий год ходит в офис, живут в разных реальностях. И договориться им становится всё труднее.
Разрыв растёт тихо. Начинается с мелочей: коллега не понимает, почему ты не радуешься корпоративу, а ты не понимаешь, как вообще можно шутить про повестки. Потом мелочи складываются в стену, и разговаривать уже не о чем.
И тут всплывает неприятная деталь. Человек, которого война почти не коснулась лично, невольно задаёт вопрос: а почему именно я? Это не предательство и не трусость. Это нормальная реакция на непропорциональность. Именно поэтому разговор о справедливости – не гуманитарная мелочь, а составляющая обороноспособности.
Как это выглядит для обычного человека
Вот здесь начинается практика, а не политика. Для мужчины призывного возраста мобилизация – не абстрактная дискуссия, а вполне конкретные шаги:
- уточнить персональные данные;
- пройти военно-врачебную комиссию;
- получить решение о пригодности;
- выяснить, есть ли основания для отсрочки;
- проверить, сохраняется ли бронирование на работе.
Каждый пункт имеет свою процедуру и свой срок. Каждый можно обжаловать – через суд или через комиссию высшего уровня. Но люди редко жалуются на саму процедуру. Чаще жалуются на непредсказуемость: сегодня правило одно, завтра другое, а объяснений никто не даёт.
К слову, именно непредсказуемость, а не строгость, больше всего разрушает доверие. Строгие правила можно принять, если они понятны и одинаковы для всех. А вот правила, которые переписывают ежемесячно, не принимает никто.
Почему этот вопрос не только военный
Посмотрите на логику шире. Мобилизация в Украине держится на трёх вещах: справедливости правил, качестве подготовки и честном разговоре о сроках. Если хотя бы одно звено хромает, остальные тянут его на себе.
Справедливость – это когда нет «своих» и «чужих» в очереди за повесткой. Подготовка – это когда новобранец не попадает на позицию через неделю после призыва. Честный разговор – это когда человеку говорят, на какой срок он идёт и при каких условиях вернётся домой.
Именно третий пункт самый слабый. Закон о мобилизации убрал норму о чётком предельном сроке службы, и общество это заметило. Вопрос «сколько это продлится?» остаётся без ответа. А без ответа любая повестка читается как билет в один конец.
Что изменилось бы без выборов в уравнении
Тезис Княжицкого, по сути, об этом. Если политик больше не готовится к кампании, у него нет причин откладывать непопулярное. Логика «лучше промолчать, чтобы не раздражать избирателя» теряет смысл.
Но есть и обратная сторона. Отсутствие выборов снимает с политика один вид ответственности и не добавляет автоматически другого. Поэтому вопрос не в самой кампании, а в том, есть ли механизм, который заставляет принимать решения вовремя. Парламентский контроль, отчёты министерства, слушания в комитетах – всё это работает лишь тогда, когда им пользуются.
Кстати, о мобилизации в Украине говорят преимущественно в двух режимах. Либо как о технической процедуре с бланками и очередями. Либо как о политической измене. Оба режима мало помогают человеку, который просто хочет понимать правила.
Несколько вещей, за которыми стоит следить
В ближайшее время значение имеет не риторика, а несколько конкретных вещей. Изменятся ли основания для отсрочек. Станет ли прозрачнее механизм бронирования. Появится ли наконец разговор о сроках службы, а не только об её объёмах. И будут ли решения приняты, а не отложены в очередной раз.
Ведь срыв, о котором говорит Княжицкий, не случился за один день. Он складывался из десятков отложенных голосований и невыполненных обещаний. Мобилизация в Украине не восстановится от одного заявления или одного закона. Сначала стоит убрать ощущение, что правила пишут для кого-то другого. Без этого даже лучший документ останется бумагой.