Что делать суду, когда отец и мать не могут договориться, с кем будут жить дети? Определение места жительства ребенка – это всегда непростая история, а когда речь идёт о близнецах – всё становится ещё сложнее. Именно такое дело недавно рассматривал Верховный Суд, и его выводы заставляют задуматься о том, как принцип «наилучших интересов ребёнка» работает на практике.
О чём вообще это дело
Представьте: семейная пара с двойняшками – мальчиком и девочкой, которым на момент рассмотрения спора было около пяти лет. Отец работает IT-специалистом в Румынии, мать – преподавателем в Украине. После начала полномасштабной войны отношения между супругами окончательно разладились.
Отец подал иск об определении места жительства обоих детей с ним. Мать – встречный иск: просила оставить детей с ней. И вот тут начинается самое интересное.
Суд первой инстанции принял решение, которое редко встретишь в судебной практике: он разделил близнецов. Сына определил жить с отцом в Румынии, дочь – с матерью в Украине. Апелляционный суд с таким подходом согласился. А вот Верховный Суд – нет.
Почему суды решили разлучить брата и сестру
Если коротко – из-за фактических обстоятельств, которые сложились на тот момент. Сын уже длительное время жил с отцом в Бухаресте, ходил там в садик, был социально адаптирован. Румынский орган опеки подтвердил: отец заботится о мальчике с любовью и ответственностью.
Дочь же оставалась в Украине. У неё серьёзные проблемы со здоровьем – целиакия, кардиологические осложнения после коронавирусной болезни, установлена инвалидность с детства. Психологическое исследование показало: девочка имеет чрезвычайно прочную эмоциональную связь с матерью и панически боится, что её «заберут от мамы».
Местный суд рассудил так: дети уже фактически живут отдельно, привыкли к такому укладу, поэтому резкая перемена может травмировать их ещё сильнее. Казалось бы – логично. Но есть одно «но».
Что сказал Верховный Суд
Кассационный суд напомнил простую, но принципиальную вещь: разлучение родных брата и сестры – это крайняя мера. Настолько крайняя, что суд обязан объяснить, почему он на неё идёт.
Ключевая проблема постановления апелляционного суда в том, что в ней вообще не было ответа на вопрос: а не навредит ли такое разъединение близнецам? Сохранится ли между ними родственная связь, если один будет жить в Румынии, а другая – в Украине? Не разрушит ли это чувство семьи, которое у них ещё есть?
Отдельный момент – девочка, согласно заключению психолога КНП «Криворожская городская больница № 16», скучает по братику. То есть эмоциональная связь между детьми не просто существует – она для них важна.
Верховный Суд сослался на собственную предыдущую практику: в постановлении от 27 ноября 2024 года по делу № 127/9377/21 он уже подробно описал, что должен учитывать суд при решении вопроса о раздельном проживании братьев и сестёр. В частности: не причинит ли это психологической травмы, есть ли у детей ощущение единой семьи, смогут ли они видеться, каково расстояние между местами проживания.
И вот что интересно – апелляционный суд просто проигнорировал эти критерии. Не исследовал, не оценил, даже не упомянул.
Почему заключение органа опеки – это не просто формальность
Оба органа опеки – и украинский, и румынский – в один голос сказали: дети не должны жить отдельно. Украинский орган опеки и попечительства исполнительного комитета Центрально-Городского районного в городе совета вообще рекомендовал оставить обоих детей с матерью.
Но суд первой инстанции отбросил это заключение – мол, его составили только на основании доказательств, предоставленных матерью. Взамен принял во внимание румынское заключение относительно сына. Получилась несколько противоречивая картина: украинское заключение – недостаточно объективное, румынское – достаточное. Хотя румынское тоже базировалось исключительно на информации от отца, о чём прямо сказано в его резолютивной части.
Верховный Суд обратил внимание: согласно Порядку осуществления органами опеки и попечительства деятельности, связанной с защитой прав ребёнка, утверждённому постановлением Кабинета Министров Украины № 866 от 24 сентября 2008 года, орган опеки должен был обследовать условия проживания ребёнка и провести с ним беседу. Этого сделано не было.
А что там с доказательствами против матери
Отдельная сюжетная линия этого дела – обвинения отца в адрес матери в аморальном поведении. Он предоставил суду скриншоты переписки, видеозаписи, которые, по его утверждению, свидетельствуют о занятиях проституцией и изготовлении порнографического контента.
Мать, в свою очередь, подала ходатайство о признании этих доказательств недопустимыми. Аргумент: отец получил доступ к её частной переписке через удалённое подключение к ноутбуку, находясь в Румынии, то есть без её ведома и согласия. А это уже нарушение статей 31 и 32 Конституции Украины, а также статей 303 и 306 Гражданского кодекса Украины.
Суд первой инстанции отклонил ходатайство. Но апелляционный суд даже не рассмотрел этот аргумент по существу – просто обошёл его в своей постановке. Верховный Суд указал, что так нельзя: каждый довод стороны должен получить оценку, особенно когда речь идёт о допустимости доказательств.
Уголовное производство в отношении матери, кстати, было закрыто ещё 29 августа 2024 года – из-за отсутствия состава преступления, предусмотренного частью первой статьи 301 Уголовного кодекса Украины.
Что это означает для родителей в похожих спорах
Во-первых, любой спор об определении места жительства ребёнка должен начинаться с простого вопроса: а что на самом деле нужно самому ребёнку? Не маме, не папе, а именно ему. Статья 161 Семейного кодекса Украины перечисляет критерии, которые обязан учесть суд: отношение родителей к своим обязанностям, личную привязанность ребёнка, его возраст, состояние здоровья и другие существенные обстоятельства.
Во-вторых, раздельное проживание братьев и сестёр – это исключение из правила. И суд, который решается на такой шаг, должен очень убедительно объяснить, почему это в интересах детей.
В-третьих, ни один из родителей не имеет формального преимущества. Верховный Суд ещё в 2018 году отошёл от старой практики о том, что малолетнего ребёнка нельзя разлучать с матерью. Пол значения не имеет. Имеет значение то, кто реально заботится о ребёнке каждый день.
И наконец – если вы собираетесь использовать в суде доказательства, полученные из личных аккаунтов бывшего партнёра, стоит быть готовым к серьёзным возражениям. Статья 78 Гражданского процессуального кодекса Украины чётко говорит: доказательства, полученные с нарушением закона, суд во внимание не принимает.
Дело № 216/3237/24 вернули на новое рассмотрение в апелляционный суд. Теперь Днепровский апелляционный суд сможет исправить ошибки, исследовать отношения между братом и сестрой, надлежащим образом оценить все доказательства и, главное, поставить в центр внимания не конфликт взрослых, а реальные потребности двух маленьких людей, которых судьба и без того испытывает на прочность.