Непосредственное исследование доказательств – это не просто формальное требование Уголовного процессуального кодекса. Это фундамент, на котором держится справедливость судебного решения. Особенно остро вопрос встал в деле № 474/1673/23, где Верховный Суд указал апелляции на недопустимую ошибку: оценку показаний свидетелей без их прямого изучения.
Что произошло: велосипед, гараж и исчезнувшее доверие
История началась 24 октября 2023 года. Мужчина, имея непогашенную судимость по предыдущему приговору, взял чужой велосипед марки «Azimut» стоимостью 4 690 гривен. Местный суд признал это кражей, совершённой повторно в условиях военного положения, то есть преступлением по ч. 4 ст. 185 Уголовного кодекса Украины. Приговор – 5 лет лишения свободы, а с учётом неотбытой части предыдущего наказания – окончательно 6 лет.
Но осуждённый отрицал умысел на кражу. Его версия звучала так: владелец оставил велосипед на улице вечером, он переживал за его сохранность, поэтому забрал домой и поставил в незапертый гараж. Планировал вернуть утром. Никаких попыток спрятать, продать или перекрасить. Просто «временное хранение», как настаивала защита.
Апелляционный суд частично изменил приговор – убрал из мотивировки упоминание о рецидиве преступления и смягчил окончательное наказание до 5 лет 2 месяцев лишения свободы. Но в главном – признании виновности – оставил всё без изменений.
Два свидетеля, которых «не заметили»
И вот тут – самое интересное. В деле были два свидетеля защиты. Их допросили в местном суде. Они дали показания, которые, по утверждению адвоката, подтверждали отсутствие у подсудимого умысла на кражу. Но местный суд просто не упомянул о них в приговоре. Вообще. Ни слова. Никакой оценки.
Адвокат пошёл в апелляцию и написал: смотрите, суд первой инстанции проигнорировал ключевых свидетелей. И пересказал содержание их показаний в жалобе.
Что сделал апелляционный суд? Прочитал пересказ адвоката, подумал и сказал: нет, эти показания ничего не меняют. И на этом всё.
При этом сам апелляционный суд признал: да, местный суд действительно не сослался на показания этих свидетелей и не оценил их. Но исправить эту ошибку решил не через непосредственное исследование доказательств, а через чтение апелляционной жалобы. Пересказ адвоката заменил собой судебный допрос.
Один из свидетелей, к слову, к тому времени уже умер. Но его показания были зафиксированы в технической записи судебного заседания. Их можно было воспроизвести. Можно было прослушать. Но не стали.
Что сказал Верховный Суд
Верховный Суд в постановлении от 17 июня 2026 года расставил точки над «i». Коллегия судей Третьей судебной палаты Кассационного уголовного суда чётко указала: апелляция не имела права оценивать показания свидетелей лишь на основании их пересказа стороной защиты.
Тут важен нюанс. Апелляционный суд оправдывался тем, что защитник не подавал ходатайство о повторном допросе свидетелей. Мол, раз не просили – мы и не обязаны. Но Верховный Суд напомнил простую вещь: отсутствие ходатайства не лишает суд права самостоятельно исследовать доказательства. Это право вытекает из общих принципов уголовного производства, а не из чьего-то желания или нежелания.
Верховный Суд сослался на собственную предыдущую практику – в частности, на постановление от 01 августа 2022 года по делу № 640/7928/17. Там уже была высказана позиция: руководствуясь принципами уголовного судопроизводства, апелляционный суд может и должен непосредственно исследовать доказательства, когда это необходимо для вынесения законного решения.
Ключевая проблема этого дела – показания свидетелей касались умысла. А умысел – обязательный признак субъективной стороны кражи. Без умысла нет состава преступления по ст. 185 Уголовного кодекса Украины. Поэтому эти свидетельские показания нельзя было просто отбросить, прочитав чей-то пересказ. Их требовалось изучить непосредственно, оценить в совокупности с другими доказательствами, и только потом делать вывод.
Почему это решение важно
Постановление Верховного Суда по делу № 474/1673/23 напоминает простой, но критический принцип: апелляция – это суд факта. Она является последней инстанцией, где стороны могут проверить полноту судебного разбирательства и правильность установления обстоятельств. Если апелляционный суд подменяет непосредственное исследование доказательств чтением жалоб – он перестаёт быть судом.
Представьте себе: вас осудили. Свидетель, который мог бы подтвердить вашу невиновность, даёт показания, но суд их игнорирует. Вы идёте в апелляцию, а там говорят: «Мы прочитали пересказ вашего адвоката, спасибо, но нас это не убедило». И даже не открывают аудиозапись. Это не правосудие – это его имитация.
Именно поэтому Верховный Суд отменил определение Николаевского апелляционного суда от 18 декабря 2025 года и направил дело на новое апелляционное рассмотрение. Теперь апелляционному суду придётся по-настоящему поработать: повторно исследовать доказательства, если будут основания, проверить доводы защиты относительно нарушения права обвиняемого на защиту, выяснить, надлежащим ли образом ему разъяснили процессуальные права.
Кстати, насчёт права на защиту – здесь тоже есть над чем подумать. Защита утверждала, что подсудимый имеет инвалидность III группы (отсутствие одного глаза), состоит на учёте у нарколога с диагнозом «синдром зависимости от алкоголя», а уровень грамотности не позволял ему самостоятельно осознать содержание памятки о правах, которую вручил суд вместо устного разъяснения. Верховный Суд поручил апелляции проверить и эти аргументы – уже надлежащим образом, а не формально.
Вся эта история – хороший пример того, как работает и как не работает непосредственное исследование доказательств на практике. Формально все знают о ст. 23 Уголовного процессуального кодекса Украины. Но когда доходит до дела, возникает соблазн сэкономить время и заменить допрос свидетеля чтением нескольких абзацев в жалобе. Верховный Суд напомнил: так нельзя. И это правильное напоминание.