Когда речь заходит о передаче на поруки по статье 47 Уголовного кодекса Украины, многие представляют себе довольно простую процедуру: коллектив предприятия просит, обвиняемый кается, суд соглашается. Но на практике всё значительно сложнее. Верховный Суд в деле № 511/1146/19 чётко расставил точки над «і» в одном принципиальном вопросе: можно ли передать человека на поруки коллективу, с которым его связывает лишь гражданско-правовой договор? Ответ однозначный – нет. И вот почему.
Итак, статья 47 Уголовного кодекса Украины позволяет освободить человека от уголовной ответственности, если он впервые совершил преступление небольшой либо средней тяжести (кроме коррупционных), чистосердечно раскаялся и за него ходатайствует трудовой коллектив. Механизм выглядит так: коллектив берёт на себя ответственность за исправление человека, а тот обязуется в течение года оправдать доверие – не нарушать общественный порядок, не уклоняться от воспитательных мероприятий, добросовестно трудиться.
Звучит логично и по-человечески. Однако здесь скрывается ключевой нюанс, о котором часто забывают.
Такой механизм – не просто формальная подпись на бумаге. Коллектив должен реально влиять на человека, контролировать его поведение, проводить воспитательную работу. А для этого нужно, чтобы лицо действительно было частью этого коллектива. Не номинально, а фактически.
Именно это и стало камнем преткновения в деле № 511/1146/19.
Фабула такова: местный суд освободил обвиняемого от уголовной ответственности по части 1 статьи 286 УК (нарушение правил безопасности дорожного движения) и передал его на поруки трудовому коллективу ООО «ИРРИГАТОР Украина». Апелляционный суд это решение поддержал. Но прокурор с таким подходом не согласился и дошёл аж до Верховного Суда.
И не зря. Из материалов дела всплыла любопытная деталь: обвиняемый не работал в этом обществе по трудовому договору. Вместо этого 10 января 2019 года он заключил с ООО «ИРРИГАТОР Украина» договор о предоставлении информационно-консультационных услуг сроком на один год. То есть самый обычный гражданско-правовой договор.
И вот здесь мы подходим к самому главному. Трудовой договор и гражданско-правовой договор – это разные правовые вселенные. Разница между ними не в названии, а в сути отношений.
Согласно статье 21 Кодекса законов о труде Украины, работник по трудовому договору подчиняется внутреннему трудовому распорядку предприятия. Он ходит на работу по графику, выполняет указания руководства, получает зарплату, на него распространяются правила компании. Его поведение можно контролировать ежедневно, а при необходимости – проводить воспитательную работу.
С гражданско-правовым договором всё иначе. Статья 901 Гражданского кодекса Украины говорит: исполнитель предоставляет услугу по заданию заказчика, но сам организует свою работу. Он не подчиняется правилам внутреннего распорядка, не входит в штат, в его трудовой книжке не появляется никаких записей. Исполнитель работает на собственный риск. Его цель – результат, а не процесс.
Практическое следствие очевидно: у коллектива нет реальных рычагов влияния на такого человека. Вы не можете вызвать его «на ковёр», объявить выговор, провести профилактическую беседу в рамках трудовой дисциплины. Дисциплины, собственно, и нет – есть лишь обязательство предоставить услугу.
Верховный Суд высказался однозначно: характер гражданско-правовых сделок и их юридическое содержание не могут обеспечить условий, предусмотренных статьёй 47 Уголовного кодекса Украины. Иными словами, заключение гражданско-правового договора с предприятием не является основанием для передачи на поруки.
Логика проста: если нет трудовых отношений – нет и самого механизма исправления через коллектив. А значит, вся конструкция статьи 47 УК рассыпается.
К слову, Суд обратил внимание ещё на один существенный момент. Ходатайство подписал директор общества единолично. Но статья 47 УК требует ходатайства именно коллектива предприятия – не директора, не собственника, а коллектива. Из протокола общего собрания от 30 июля 2019 года следовало, что условия поручительства коллектив даже не обсуждал. Никаких обязанностей на этот период на обвиняемого не возлагали. Никакого чёткого механизма воспитательных мероприятий не определили.
Выходит, что вся процедура носила сугубо формальный, бумажный характер. А для освобождения от уголовной ответственности этого недостаточно.
Какой же практический вывод? Если вы или ваши близкие рассчитываете на передачу на поруки как на способ избежать уголовной ответственности, убедитесь, что с предприятием заключён именно трудовой договор. Гражданско-правовое соглашение, каким бы удобным оно ни казалось с точки зрения налогов или гибкости, здесь не сработает.
Точно так же недостаточно просто получить подпись директора под ходатайством. Решение должно приниматься на общем собрании коллектива, с обсуждением конкретных обязательств, которые берёт на себя лицо, и мер воспитательного характера, которые будет обеспечивать коллектив. В протоколе собрания всё это должно быть зафиксировано.
Коллегия судей по делу № 511/1146/19 отменила определение апелляционного суда и назначила новое рассмотрение. И хотя формально точка в этой истории ещё не поставлена, правовая позиция сформулирована предельно ясно: гражданско-правовой договор не создаёт тех отношений, которые нужны для применения статьи 47 УК. Это теперь прецедентная практика, на которую будут ссылаться суды в аналогичных делах.