Можно ли привлечь к ответственности по статье 149 УК человека, организовавшего передачу новорожденного ребенка, если цели эксплуатации у него не было? Верховный Суд в мае 2026 года дал однозначный ответ: можно. И этот ответ перевернул представления многих юристов о том, как работает эта норма.
Давайте разберемся, что произошло и почему это решение важно не только для судей, но и для обычных людей. Ситуация, о которой пойдет речь, случается чаще, чем хотелось бы думать.
Как все начиналось: реальная история из родильного отделения
Представьте: одна женщина беременна, но воспитывать ребенка не хочет. Она откровенно ищет способ передать младенца кому-то другому. Другая женщина годами мечтает о материнстве, но по состоянию здоровья не может забеременеть. Судьба сводит их вместе. А между ними появляется третье лицо – врач-акушер, кандидат медицинских наук, заместитель главного врача Хмельницкого городского перинатального центра.
Именно эта врач, по версии обвинения, взяла на себя роль организатора. Она разработала план, который выглядел почти безупречно.
Биологическая мать проходит все обследования под чужим именем. Ей выдают поддельную обменную карту – документ, без которого ни одно родильное отделение не примет роженицу. Затем женщина попадает в перинатальный центр, называет себя вымышленным именем и рожает ребенка. А в медицинском свидетельстве о рождении матерью записывают совсем другого человека – ту самую, которая мечтала о ребенке.
Никаких похищений. Никакого насилия. Биологическая мать добровольно согласилась. Будущая «юридическая мать» оплатила проживание в гостинице и медицинские расходы – около 8400 гривен. Всё вроде бы по взаимному согласию.
План почти сработал. 26 сентября 2019 года женщина родила в родильном отделении под вымышленным именем. Но довести задуманное до конца не удалось – правоохранители раскрыли схему. И тут началась юридическая драма, растянувшаяся на годы.
Что решили местный и апелляционный суды
Врача обвинили по двум статьям Уголовного кодекса Украины. Первая – организация неоконченного покушения на передачу человека: ч. 3 ст. 15, ч. 3 ст. 27 и ч. 3 ст. 149 УК. Вторая – служебный подлог документов по ч. 1 ст. 366 УК.
Со вторым эпизодом все решилось буднично: суд закрыл производство в связи с истечением сроков давности. Никакой драмы.
А вот первое обвинение раскололо судебную практику. Хмельницкий горрайонный суд в июле 2024 года оправдал врача. Логика была проста: в тексте обвинительного акта не указано, что она действовала «с целью эксплуатации» ребенка. А без цели эксплуатации, рассуждали судьи, нет состава преступления по этой норме.
Апелляционный суд в июне 2025 года оставил оправдательный приговор без изменений. Прокурор подал кассационную жалобу – и вот тут Верховный Суд сказал то, чего многие не ожидали.
Цель эксплуатации: почему она нужна не всегда
Тут важный момент. Большинство юристов-практиков привыкли к тому, что статья 149 Уголовного кодекса Украины требует обязательной цели эксплуатации. Действительно, читаем диспозицию ч. 1: «вербовка, перемещение, укрывательство, передача или получение человека, совершенные с целью эксплуатации». Вроде бы все очевидно.
Но есть нюанс, и он – в самой конструкции нормы.
Эта статья предусматривает не одну, а несколько альтернативных форм преступления. Первая форма – собственно торговля людьми, то есть осуществление незаконной сделки, объектом которой является человек. Вторая – вербовка, перемещение, передача с целью эксплуатации. Это разные вещи, и путать их нельзя.
Закон Украины «О противодействии торговле людьми» четко разграничивает эти понятия. Торговля людьми – это прежде всего незаконная сделка в отношении человека. А вербовка, перемещение, передача – это уже другие формы, для которых цель эксплуатации действительно обязательна.
Когда же речь идет о детях, ситуация еще жестче. Факультативный протокол к Конвенции о правах ребенка касательно торговли детьми признает торговлей «любой акт или сделку, в результате которых ребенок передается любым лицом или группой лиц другому лицу или группе лиц за вознаграждение или иное возмещение». Никакого упоминания о цели эксплуатации. Заметили?
Иными словами, когда вы незаконно передаете ребенка – хоть за деньги, хоть по договоренности, хоть под видом «помощи семье» – вы уже совершаете преступление по статье 149 УК. Безотносительно к тому, что вы собирались делать с ребенком дальше. Достаточно самого факта незаконной сделки.
Верховный Суд расставляет точки над «i»
Коллегия судей Второй судебной палаты Кассационного уголовного суда была однозначна. Суды первой и апелляционной инстанций допустили существенную ошибку – причем не одну, а сразу несколько.
Первая ошибка – сугубо юридическая. Обвиняемой вменяли не просто «передачу человека с целью эксплуатации», а «торговлю людьми» в форме осуществления незаконной сделки. А для этой формы цель эксплуатации не является обязательным признаком. Субъективная сторона здесь исчерпывается прямым умыслом. Достаточно доказать, что человек осознавал незаконность сделки и желал ее совершить.
Вторая ошибка – процессуальная. Апелляционный суд, вместо того чтобы самостоятельно оценить обстоятельства дела и дать им правильную правовую квалификацию, просто переписал аргументы первой инстанции. А Уголовный процессуальный кодекс Украины позволяет апелляции менять квалификацию, если это не ухудшает положение обвиняемого. Более того – он обязывает суд это делать, когда предыдущая квалификация ошибочна.
И третье: суд не связан юридической формулировкой обвинения. Если фактические обстоятельства, описанные в обвинительном акте, свидетельствуют о наличии состава преступления – суд должен применить правильную норму. Это прямо вытекает из ч. 3 ст. 337 УПК.
Проще говоря: суды нижестоящих инстанций увидели отсутствие в тексте фразы «с целью эксплуатации» – и решили, что дело закрыто. Верховный Суд ответил: не спешите, сначала разберитесь, нужна ли здесь вообще эта цель.
Что это означает для других дел
Правовая позиция Верховного Суда имеет далеко идущие последствия. И не только для этого конкретного производства, а для всей практики по статье 149 УК.
Теперь абсолютно ясно: если кто-то организовывает незаконную передачу ребенка – неважно, за деньги или по договоренности, под видом благотворительности или «помощи бесплодной паре» – спрятаться за отсутствием цели эксплуатации не получится. Сам факт незаконной сделки в отношении ребенка уже образует состав преступления. Точка.
Это решение также является мощным сигналом для апелляционных судов: перестаньте формально подходить к проверке приговоров. Если видите ошибку в квалификации – исправьте ее. Не прячьтесь за шаблонным «соглашаемся с выводами суда первой инстанции». Ваша задача – не переписать приговор, а проверить его законность по существу.
Дело врача теперь будут рассматривать заново в апелляционном суде. И на этот раз судьи уже не смогут проигнорировать позицию Верховного Суда: для квалификации действий по статье 149 УК в форме торговли людьми цель эксплуатации не является обязательным признаком. Особенно когда речь идет о детях.
Кроме того, апелляционному суду придется ответить еще на один неудобный вопрос: мог ли он изменить квалификацию самостоятельно, не ухудшая положения обвиняемой? Ответ, судя по постановлению Верховного Суда, очевиден: мог. И обязан был.