Что происходит с процессуальными издержками, когда уголовное производство закрывают из-за смерти обвиняемого? Вопрос, казалось бы, сугубо технический. Но за ним стоят реальные деньги – иногда десятки тысяч гривен, потраченных на экспертизы, привлечение специалистов и другие нужды следствия. И когда дело внезапно прекращается, возникает логичный вопрос: государство должно списать эти суммы или попытаться взыскать их, скажем, с наследников?
Именно с такой дилеммой столкнулся Верховный Суд по делу № 369/18297/21, решение по которому приняли 13 августа 2026 года. Давайте разберёмся, к чему пришли судьи и что это означает для похожих ситуаций в будущем.
Трагический октябрь и неожиданный финал
История началась с бытовой трагедии. 22 октября 2021 года мужчина, находясь в состоянии алкогольного опьянения, во время конфликта нанёс другому человеку несколько ударов кухонным ножом в туловище. Потерпевший получил тяжкие телесные повреждения, от которых скончался на месте. Обвиняемому инкриминировали умышленное убийство по части 1 статьи 115 Уголовного кодекса Украины.
В апреле 2025 года Киево-Святошинский районный суд Киевской области признал мужчину виновным и назначил наказание – 7 лет лишения свободы. Помимо основного наказания, суд взыскал с осуждённого в пользу государства 21 663,95 грн процессуальных издержек. Это были документально подтверждённые расходы на проведение экспертиз во время досудебного расследования.
Однако дальше ситуация пошла не по плану. Пока длилось апелляционное рассмотрение, обвиняемый умер. И Киевский апелляционный суд в январе 2026 года принял абсолютно закономерное решение: отменил обвинительный приговор и закрыл уголовное производство на основании пункта 5 части 1 статьи 284 Уголовно-процессуального кодекса Украины. Именно эта норма предусматривает закрытие дела в связи со смертью обвиняемого.
Но был один нюанс: апелляционный суд ни словом не обмолвился о том, что делать с этими расходами в размере более 21 тысячи гривен. И это стало основанием для кассационной жалобы прокурора.
Из чего складываются такие затраты
Уголовно-процессуальный кодекс Украины в статье 118 даёт исчерпывающий перечень. Процессуальные издержки – это предусмотренные законом затраты, связанные с осуществлением уголовного производства. Они охватывают четыре категории:
- расходы на правовую помощь;
- расходы, связанные с прибытием участников к месту расследования или судебного производства;
- расходы на привлечение свидетелей, специалистов, переводчиков и экспертов;
- расходы на хранение и пересылку вещей и документов.
Когда суд выносит обвинительный приговор, механизм понятен: часть 2 статьи 124 УПК Украины прямо обязывает взыскать с осуждённого в пользу государства документально подтверждённые расходы на привлечение эксперта. Никаких вариантов – платить должен тот, кого признали виновным.
Но что делать, когда осуждать больше некого? Уголовно-процессуальный кодекс Украины не даёт прямого ответа на этот вопрос для случая закрытия производства по пункту 5 части 1 статьи 284 УПК. И именно этот пробел создал проблему в нашем деле.
Почему молчание апелляционного суда стало проблемой
Тут важный момент. Часть 1 статьи 126 УПК Украины устанавливает общее правило: суд разрешает вопрос о процессуальных издержках в приговоре или определении. Иными словами, любое решение, которым завершается рассмотрение уголовного производства по существу, должно содержать ответ на вопрос «кто платит?». Это касается и определения о закрытии производства.
Апелляционный суд, отменяя приговор и закрывая дело в связи со смертью обвиняемого, просто промолчал о деньгах. Хотя часть 3 статьи 124 УПК Украины чётко говорит: если апелляционная инстанция изменяет судебное решение или выносит новое, она соответственно изменяет и распределение этих затрат. А пункт 3 части 1 статьи 419 УПК требует указывать такое решение в резолютивной части определения.
Прокурор в кассационной жалобе как раз на это и напирал: суд нарушил требования статей 118, 124 и 126 УПК. Формально – да, нарушил. Но насколько это нарушение критично?
Что сказали предыдущие решения
Верховный Суд в этом деле опирался на две важные предшествующие позиции.
Первая – постановление Большой Палаты Верховного Суда от 17 июня 2020 года по делу № 598/1781/17. Её суть: неразрешение вопроса о распределении процессуальных издержек не является существенным нарушением, которое само по себе должно влечь отмену судебных решений. Почему? Потому что оно не влияет на уголовно-правовую квалификацию, доказанность виновности или назначение наказания. Это скорее технический недостаток, который можно исправить точечно.
Вторая позиция – и она ещё интереснее. Объединённая палата Кассационного уголовного суда 12 сентября 2022 года по делу № 203/241/17 разъяснила: если уголовное производство закрывают в связи с истечением сроков давности, такие затраты не взыскиваются с лица, освобождённого от ответственности. Они относятся на счёт государства.
Логика здесь простая: нет надлежащего субъекта, на которого эти суммы можно возложить по закону. Обвинительный приговор не выносился и не мог быть вынесен – значит, предусмотренный частью 2 статьи 124 УПК механизм взыскания просто не запускается.
Решение Верховного Суда: аналогия, которая работает
Коллегия судей Третьей судебной палаты Кассационного уголовного суда применила аналогичный подход к ситуации со смертью обвиняемого. И действительно, между этими двумя случаями – сроки давности и смерть – есть принципиальная общность: в обеих ситуациях лицо, в отношении которого осуществлялось уголовное производство, не осуждается обвинительным приговором. А значит, юридический механизм возложения на него упомянутых затрат не срабатывает.
К тому же в случае смерти обвиняемого ситуация ещё очевиднее: здесь вообще отсутствует субъект, который мог бы нести это финансовое бремя. Наследники по уголовным обязательствам умершего не отвечают – это не гражданский долг, который переходит по наследству.
Поэтому Верховный Суд удовлетворил кассационную жалобу прокурора, изменил определение апелляционного суда и постановил: все 21 663,95 грн судебных расходов отнести на счёт государства. Само же определение о закрытии производства оставили без изменений.
О чём стоит помнить
Дело № 369/18297/21 даёт чёткий ориентир для апелляционных судов. Закрывая уголовное производство в связи со смертью обвиняемого, суд обязан отдельно высказаться о распределении понесённых затрат. Промолчать – значит допустить ошибку, которую потом придётся исправлять кассационной инстанции.
Кроме того, Верховный Суд подтвердил, что аналогия между разными основаниями для закрытия производства вполне допустима и даже необходима там, где закон прямо не регулирует вопрос. Правило, ранее закреплённое для сроков давности, теперь распространено и на случаи смерти обвиняемого.
Для обычного человека это означает простую и понятную вещь: родственникам умершего не стоит бояться, что государство выставит им счёт за экспертизы, проведённые во время следствия. Денежные расходы в уголовном производстве – это не долг, который переходит по наследству. Когда обвиняемого уже нет, финансовое бремя ложится на государственный бюджет, и это теперь подтверждено на уровне кассационной практики.