Смерти мобилизованных в полку «Скеля» продолжают обрастать новыми, ещё более тревожными подробностями. После выхода масштабного журналистского расследования в конце июня в редакцию начали обращаться родственники других погибших новобранцев. И то, что они рассказали, заставляет по-другому взглянуть на всю эту историю.
Давайте сразу к цифрам. Раньше речь шла о 25 смертях за период с конца осени 2025-го до весны 2026 года. Теперь журналисты обнаружили ещё семь случаев – и общее число погибших достигло 31 человека. Шесть из этих смертей произошли в течение последних полугода, одна – летом прошлого года. Всю собранную информацию, включая контакты родственников, уже передали следователям Государственного бюро расследований.
Но цифры – это лишь верхушка айсберга.
Что происходит в 425-м штурмовом полку
Полк «Скеля» – подразделение с боевыми заслугами. Там хорошее обеспечение, по крайней мере на бумаге. Однако свидетели, а это более 30 опрошенных человек, рисуют совсем иную картину. Родственники погибших, действующие военнослужащие и те, кому удалось сбежать в СОЧ, рассказывают о пытках, системных издевательствах и хроническом непредоставлении медицинской помощи.
Отдельная тема – с кем приходится служить. В подразделении, по свидетельствам, содержат людей с ВИЧ, туберкулёзом, гепатитом С – и без какого-либо доступа к лекарствам. Есть там и наркозависимые. Один из действующих солдат описал построение с их участием как «зомби-апокалипсис».
«Людей били, некоторые самовольно испражнялись прямо в строю», – поделился военный.
Другой мобилизованный рассказал, как провёл двое суток в карцере с людьми в состоянии абстиненции. Наркозависимые пытались выбить дверь камеры, а их усмиряли слезоточивым газом. Представьте себе эту картину: замкнутое пространство, люди в ломке, газ – и всё это происходит не где-то в тюрьме, а в воинском подразделении.
И вот важный момент: большинство погибших новобранцев «Скели» не имели ни алкогольной, ни наркотической зависимости, ни тяжёлых болезней. Это были обычные мужчины, которых мобилизовали – и которые не прожили в полку и месяца.
Семь новых имён – семь трагедий
Каждый из вновь обнаружененых случаев смертей мобилизованных в полку «Скеля» – это отдельная история со своими жуткими деталями. Пройдёмся по ним.
- Сергей Богданов, 43 года. Мобилизован 26 января 2026-го, а уже 4 февраля умер в больнице. Официальная причина – острая сердечно-сосудистая недостаточность, кардиомиопатия неуточнённая. У матери есть фото сына с избитым лицом. Когда тело одевали в морге, говорит она, оно выглядело избитым. Девять дней в полку.
- Игорь Чаусов, 38 лет. 11 февраля попал в 155-ю ОМБр, но базовую подготовку проходил именно на базе «Скели», куда его официально прикомандировали. Умер 7 марта. Причина – интоксикация, токсическое действие неуточнённых веществ, случайное отравление. Жена предоставила фото и видео: у покойного – синие пальцы рук и ног. Меньше месяца.
- Андрей Кукса, 47 лет. Мобилизован 15 октября, но, как утверждают родные, его долгое время даже не оформляли официально. Умер 6 декабря – в подъезде дома в Жёлтых Водах. Официальная причина: умышленное самоповреждение. Родственники сами нашли тело в морге и заявили о шести ударах острым предметом в шею. Они убеждены: Андрея преследовали и убили.
- Евгений Набракло, 41 год. Мобилизован 1 декабря, умер 1 января. Острый гнойный бактериальный менингит – так записано в документах. Родные говорят: верующий, без зависимостей, а тело было крайне истощено и худое. Месяц в полку.
- Дмитрий Цуканов, 41 год. Мобилизован 21 января, умер 2 февраля прямо в районе проведения БОВП. Пневмония. Находился на заместительной поддерживающей терапии. Отец заявляет о подозрительных следах на теле сына. Двенадцать дней.
- Владимир Потапенко, 51 год. Попал в полк 2 февраля, а 21 февраля умер во время охраны объекта «Скели». Лёгочно-сердечная недостаточность, частичная пневмония. Жена убеждена: помощь просто не оказали вовремя. Девятнадцать дней.
- Игорь Татаринцев, 28 лет. Мобилизован 9 июля 2025-го, умер в больнице 13 июля. Кардиомиопатия – официальная причина. Но госпитализировали его с подозрением на отравление неизвестным веществом. Четыре дня.
Когда медицина не спасает, а причины смерти вызывают вопросы
Обратите внимание на закономерность: большинство этих мужчин умерли меньше чем через месяц после попадания в полк. Кто-то – вообще за считанные дни. И почти в каждом случае родственники либо имеют доказательства физического насилия, либо ставят под сомнение официальный диагноз.
Смерти мобилизованных в полку «Скеля» – это уже не единичные трагические случаи. Тридцать один погибший за полгода. Если разделить, получается примерно пять смертей в месяц. Для учебного подразделения, где люди должны проходить базовую подготовку, а не участвовать в боевых действиях, это цифра, которая не может не вызывать вопросов.
Куда эти вопросы приведут
ГБР уже получило все материалы. Родственники погибших готовы давать показания. Свидетели из числа тех, кто служит или служил в «Скеле», тоже выходят на связь – хотя, будем откровенны, делать это непросто и зачастую небезопасно.
Колесо правосудия, возможно, крутится медленнее, чем хотелось бы. Но тот факт, что история получила огласку, что журналисты продолжают копать, а родные – говорить, уже многое меняет. Любое расследование начинается с тишины, которую кто-то решается нарушить.
Здесь эту тишину уже нарушили. И теперь слово за следствием.