Увольнение с военной службы по семейным обстоятельствам – тема, которая сегодня волнует тысячи военнослужащих и их семьи. Особенно остро она звучит, когда речь идёт о родителях с инвалидностью, нуждающихся в постоянном постороннем уходе. Именно такую ситуацию рассматривал Волынский окружной административный суд в деле №140/16883/25 – и решение вышло поучительным.
Представьте: мобилизованный военнослужащий имеет отца и мать, оба – лица с инвалидностью II группы. Отец получил инвалидность из-за ранения, связанного с исполнением обязанностей военной службы. Мать – из-за аварии на Чернобыльской АЭС. Обоим требуется постоянный уход, что подтверждено заключениями врачебно-консультативных комиссий. До мобилизации уход осуществлял именно сын – наш истец. Логично, что он подаёт рапорт на увольнение. И получает отказ.
Причина? У него есть брат. Формально – член семьи первой степени родства. И этого, по мнению командования, достаточно, чтобы сказать «нет». Вот только реальность оказалась сложнее бумажной логики.
Что говорит закон
Основания для увольнения с военной службы определены статьёй 26 Закона Украины «О воинской обязанности и военной службе». Подпункт «г» пункта 2 части четвёртой этой статьи предусматривает: военнослужащий, призванный по мобилизации, может быть уволен по семейным обстоятельствам. А перечень этих обстоятельств содержится в части двенадцатой.
Пункт 3 части двенадцатой статьи 26 Закона Украины «О воинской обязанности и военной службе» говорит о необходимости осуществлять постоянный уход за одним из родителей (или родителей супруга), который является лицом с инвалидностью I или II группы. Но есть важное условие: должны отсутствовать другие члены семьи первой или второй степени родства, способные такой уход осуществлять. Или же эти члены семьи сами нуждаются в постоянном уходе по медицинским заключениям.
Короче говоря: если вы – единственный человек, кто реально может ухаживать за родителями-инвалидами, закон на вашей стороне. Если же есть брат, сестра или совершеннолетний ребёнок, способный взять эту обязанность на себя – в увольнении откажут. И вот тут начинается самое интересное.
Что означает «отсутствие других членов семьи»? Просто их существование в документах? Или реальная способность ухаживать? Именно этот вопрос и стал камнем преткновения.
Две стороны одной истории
Истец был призван на военную службу во время мобилизации. 26 ноября 2025 года он подал рапорт об увольнении из-за необходимости постоянного ухода за обоими родителями. К рапорту приложил солидный пакет документов: справки МСЭК об инвалидности отца и матери, заключения врачебно-консультативных комиссий о потребности в постоянном уходе, акты о том, что именно он осуществлял этот уход до мобилизации.
Но была одна деталь: у истца есть брат.
Ещё до подачи рапорта, 18 ноября 2025 года, территориальный центр комплектования провёл проверку семейного положения военнослужащего. В акте зафиксировали: родители действительно нуждаются в уходе. Но есть сын, который мог бы этот уход осуществлять. И на этом основании – отказ.
Что же выяснилось о брате? Он длительное время не проживает с родителями, семейных связей с ними не поддерживает. Фактическое место его нахождения неизвестно. До войны работал за границей на сезонных работах – и исчез с радаров. Родители подали заявление в полицию об установлении его местонахождения. Результата нет.
Иными словами, брат формально существует. Но реально – его нет. Он не ухаживает за родителями, не общается с ними, и даже найти его невозможно.
Кроме того, оба родителя нотариально подтвердили: сын, который с ними проживает – это единственный человек, имеющий возможность и обязанный за ними ухаживать. Другой сын длительное время не выходит на связь, его местонахождение неизвестно. Иных членов семьи первой или второй степени родства нет вообще.
Что решил суд
Волынский окружной административный суд подошёл к делу основательно. Судья опирался на правовую позицию Верховного Суда, изложенную в постановлениях от 27 февраля 2025 года (дело №380/16966/24) и от 7 мая 2025 года (дело №420/30227/24).
Ключевой вывод Верховного Суда звучит так: «отсутствие других членов семьи» – это не про формальное существование родственника. Это про реальное отсутствие лица, которое фактически могло бы осуществлять постоянный уход. Если член семьи юридически есть, но по объективным причинам не может ухаживать (находится в плену, отбывает наказание, проходит военную службу, его местонахождение неизвестно) – для закона такое лицо отсутствует.
Именно это и произошло в нашем деле. Брат истца физически отсутствует. Он не ухаживает за родителями и не может этого делать, потому что никто даже не знает, где он находится. Следовательно, истец оказался единственным человеком, реально способным обеспечить уход за родителями-инвалидами.
Почему отказ воинской части – неправомерен
Воинская часть в своём отзыве настаивала: для увольнения нужно, чтобы военнослужащий был единственным опекуном. А раз в акте проверки зафиксировано наличие брата – значит, есть кому ухаживать. Формальная логика, которая не выдерживает столкновения с реальностью.
Суд подчеркнул: при решении вопроса об увольнении должен быть обеспечен баланс между интересами государства и правами человека. Отказ в увольнении истца – при наличии у него обязанности ухаживать за родителями-инвалидами и реальном отсутствии другого лица, способного это делать – противоречит сразу нескольким конституционным принципам. Это и государственные гарантии социальной защиты (статья 46 Конституции Украины), и недопущение препятствий в реализации прав человека (статья 21), и приоритетность прав лиц с инвалидностью на получение надлежащего ухода.
Любопытный момент: в административном судопроизводстве бремя доказывания возлагается на ответчика – субъекта властных полномочий. Именно воинская часть должна была доказать правомерность своего отказа. А она возложила на истца чрезмерное бремя по сбору доказательств, хотя он и так предоставил всё возможное. Суд эту логику не поддержал.
Что получил истец
Решением от 2 июня 2026 года суд частично удовлетворил иск. Действия воинской части по отказу в увольнении признаны неправомерными. Воинскую часть обязали повторно рассмотреть рапорт истца – с учётом выводов суда.
Почему не обязали сразу уволить? Тут важный нюанс: принятие решения об увольнении – это дискреционное полномочие командования. Суд не может подменять собой воинскую часть и приказывать «уволить». Но он может чётко указать: ваш предыдущий отказ был незаконным, пересмотрите решение, и на этот раз – с учётом того, что формальное наличие брата не является препятствием, если он реально не может осуществлять уход.
Это решение – важный ориентир для многих военнослужащих, оказавшихся в похожей ситуации. Оно чётко фиксирует: увольнение с военной службы по семейным обстоятельствам нельзя блокировать сугубо формальными аргументами. Если член семьи существует лишь «на бумаге», а реально уход обеспечить не может – это не основание для отказа.
Кстати, сама процедура такого увольнения детально прописана в Положении о прохождении гражданами Украины военной службы в Вооружённых Силах Украины, утверждённом Указом Президента от 10 декабря 2008 года №1153/2008. Пункт 233 этого Положения требует от военнослужащего подать рапорт по команде вместе с документами, подтверждающими основания увольнения. А пункт 26 Перечня документов (приложение 19 к Инструкции №170) уточняет, какие именно бумаги нужны для подтверждения семейных обстоятельств.
Дело рассмотрено по правилам упрощённого искового производства, без вызова сторон. Решение может быть обжаловано в Восьмом апелляционном административном суде в течение тридцати дней.