Увольнение с военной службы по семейным обстоятельствам – основание, которым военнослужащие нередко пытаются воспользоваться во время военного положения. И далеко не всегда успешно. Особенно когда воинская часть формально подходит к оценке поданных документов и отказывает, ссылаясь на сомнительные аргументы. Именно такая ситуация стала предметом рассмотрения в административном деле № 440/10707/25, и суд в нём расставил важные акценты.
Давайте разберём эту историю подробно.
Что говорит закон
Основания для увольнения с военной службы определены статьёй 26 Закона Украины «О воинской обязанности и военной службе». Во время военного положения действует особый порядок, и возможностей уволиться значительно меньше, чем в мирное время.
Впрочем, закон предусматривает исключения. Одно из них – семейные обстоятельства. В частности, подпункт «г» пункта 3 части пятой статьи 26 этого Закона разрешает уволиться военнослужащему, которому необходимо осуществлять постоянный уход за одним из своих родителей или родителей жены (мужа), если такое лицо имеет инвалидность I или II группы.
Но есть важное условие: должны отсутствовать другие члены семьи первой или второй степени родства этого лица. Или же такие родственники есть, но они сами нуждаются в постоянном уходе по заключению МСЭК или врачебно-консультативной комиссии. Собственно, вокруг этого условия и разгорелся спор.
О чём конкретно спорили
Старший лейтенант медицинской службы проходил военную службу по контракту. Его мать – лицо с инвалидностью I «Б» группы бессрочно. Согласно справке МСЭК, она нуждается в постоянной посторонней помощи. Иными словами, женщина не способна самостоятельно обслуживать себя в быту.
В июле 2025 года офицер подал рапорт об увольнении с военной службы по семейным обстоятельствам. К рапорту приложил полный пакет документов: акт обследования семейного положения, утверждённый ТЦК, копию свидетельства о рождении, справку МСЭК об инвалидности матери, справку о зарегистрированных лицах (из которой видно, что вместе с матерью проживает только он), пенсионное удостоверение.
Казалось бы, всё очевидно. Мать нуждается в уходе, других лиц, которые могли бы его осуществлять, по месту жительства нет. Однако командование отказало.
В чём была логика отказа
Воинская часть объяснила свою позицию просто: у матери истца есть муж – отец самого военнослужащего. Формально это родственник первой степени родства. А раз он есть, то якобы отсутствует условие об «отсутствии других членов семьи», предусмотренное законом. Следовательно, оснований для увольнения с военной службы по семейным обстоятельствам нет.
Кроме того, ответчик заметил, что в справке МСЭК матери указано «нуждается в постоянной посторонней помощи», а это, дескать, не тождественно понятию «постоянный уход», которое употребляется в Законе Украины «О воинской обязанности и военной службе».
Честно говоря, оба аргумента вызывают недоумение. И вот почему.
Почему аргументы воинской части не выдержали критики
Начнём с отца. Да, он действительно есть. Но ему 90 лет. Он пенсионер и нетрудоспособное лицо. Его место жительства на момент рассмотрения рапорта было неизвестно – это зафиксировано в акте обследования семейного положения. Брак с матерью истца расторгнут ещё в 2002 году. Общего быта они не ведут, вместе не проживают.
Ключевой вопрос: может ли такой человек реально осуществлять постоянный уход за лицом с инвалидностью I группы? Очевидно, что нет. И суд это подчеркнул.
Тут важный момент. Верховный Суд в своей практике – в частности, в постановлениях от 27.02.2025 по делу №380/16966/24 и от 07.05.2025 по делу №420/30227/24 – уже разъяснял: «отсутствие других членов семьи» означает реальное отсутствие лиц, которые фактически могли бы осуществлять постоянный уход. Если же родственник юридически существует, но объективно не может ухаживать – из-за возраста, состояния здоровья, пребывания в плену, отбывания наказания или прохождения военной службы – он считается отсутствующим в понимании закона.
Именно формальный подход воинской части – «отец есть в документах, значит, пусть ухаживает» – и стал причиной отмены отказа.
Теперь насчёт «помощи» и «ухода». Коллегия судей апелляционного суда отметила: для лиц с I группой инвалидности нет принципиальной разницы между этими понятиями. I группа – это самая тяжёлая степень утраты здоровья. Человек не способен к самообслуживанию и полностью зависим от посторонних. В таком случае «помощь» и есть «уходом». Попытка разграничить эти термины – не более чем юридическая казуистика.
Что решил суд
Второй апелляционный административный суд в постановлении от 01 июля 2026 года по делу № 440/10707/25 оставил без изменений решение суда первой инстанции. Суд признал мотивы отказа противоправными и обязал воинскую часть повторно рассмотреть рапорт об увольнении с военной службы по семейным обстоятельствам.
Апелляционный суд подчеркнул: решение субъекта властных полномочий должно основываться на всесторонней оценке всех обстоятельств, а не на поверхностных выводах. Если закон требует установить реальную возможность других родственников осуществлять уход – командование обязано это проверить. Просто указать на наличие отца в свидетельстве о рождении – недостаточно.
Кроме того, суд обратил внимание, что комиссия ТЦК в акте обследования прямо зафиксировала невозможность установить наличие иных лиц, которые осуществляют или могут осуществлять постоянный уход. То есть даже орган, уполномоченный проводить такую проверку, не нашёл никого, кто мог бы реально помочь матери военнослужащего.
Почему это дело показательно
Прежде всего стоит понимать: увольнение с военной службы по семейным обстоятельствам во время военного положения – это не автоматический процесс. Нужно доказать совокупность условий: наличие инвалидности у родителей, потребность в постоянном уходе и – главное – реальное отсутствие других лиц, которые могут этот уход обеспечить.
Но и командование не вправе отказывать лишь на основании формальных записей в документах. Если 90-летний отец, место жительства которого неизвестно, рассматривается как «лицо, которое может осуществлять уход» – это абсурд. И суд это подтвердил.
Практика Верховного Суда, на которую сослался апелляционный суд, чётко ориентирует: смотреть нужно на реальное положение вещей, а не на бумажное наличие родственников. Это касается и ситуаций, когда потенциальный ухаживающий сам является военнослужащим, находится за границей, имеет тяжёлое заболевание или по другим объективным причинам не может выполнять функции по уходу.
Отдельно стоит отметить, что решение по делу № 440/10707/25 не подлежит кассационному обжалованию и вступило в законную силу с момента принятия – 01 июля 2026 года.
Так что, если вы оказались в подобной ситуации – помните: формальный отказ со ссылкой на родственника, который фактически не может осуществлять уход, незаконен. И судебная практика это подтверждает.