Ответственность должностных лиц банка за рискованные решения, приведшие к банкротству, – именно вокруг этого разгорелся многолетний спор в деле № 910/12930/18. Фонд гарантирования вкладов физических лиц требует от двадцати бывших руководителей ПАО «Коммерческий банк «Даниэль» свыше 1,127 миллиарда гривен. И 4 июня 2026 года Верховный Суд уже во второй раз вернул это дело на новое рассмотрение.
История началась еще в 2014 году, когда Национальный банк Украины отозвал у банка «Даниэль» лицензию и начал процедуру ликвидации. Тогда выяснилось: обязательства банка перед кредиторами достигают 683 миллионов гривен, а реальная стоимость его активов – лишь около 97 миллионов. Разница более чем разительная, согласитесь.
В чем суть претензий Фонда
Фонд гарантирования вкладов утверждает: на протяжении 2012-2013 годов руководство банка сознательно проводило крайне рискованную кредитную и инвестиционную политику. Банк массово скупал так называемые «мусорные» ценные бумаги – облигации, векселя, инвестиционные сертификаты компаний с явными признаками фиктивности. Параллельно выдавались кредиты под залог этих же бумаг, реальная стоимость которых была близка к нулю.
Как следствие – высоколиквидные активы банка замещались активами, которые невозможно было продать. И когда пришло время рассчитываться с вкладчиками, денег попросту не оказалось.
Истец настаивает: ответчики – а это и члены правления, и наблюдательного совета, и кредитного комитета – не могли не знать о фиктивном характере контрагентов. Дескать, информация об отсутствии у эмитентов реальных активов, работников и хозяйственной деятельности была доступной. Достаточно было провести элементарную проверку, как того требуют банковские нормативы.
Как развивался судебный процесс
Дело прошло уже два полных круга судебного рассмотрения, и это само по себе показательно.
Первый раз хозяйственный суд Киева в сентябре 2020 года отказал в иске. Апелляция это решение поддержала. Однако Верховный Суд в июле 2021 года отменил оба решения и отправил дело на новое рассмотрение. Тогда Суд четко указал: нижестоящие инстанции не исследовали доказательства, не дали оценки фидуциарным обязанностям ответчиков, не применили нормы права, регулирующие спорные отношения.
Но после повторного рассмотрения история повторилась почти дословно. В сентябре 2023 года суд первой инстанции снова отказал. Апелляция в октябре 2025-го – тоже. И вот теперь, в июне 2026 года, Верховный Суд вновь отменяет эти решения. Формулировка в постановлении довольно жесткая: суды «формально подошли к рассмотрению дела» и проигнорировали обязательные указания кассационной инстанции.
Что говорят ответчики
Позиция защиты сводится к нескольким ключевым аргументам. Во-первых, ответчики прекратили трудовые отношения с банком еще в конце 2013 – начале 2014 года. Все дальнейшие действия по продаже активов осуществлял уже сам Фонд. Так что, мол, если активы продали за бесценок – это результат работы Фонда, а не бывших должностных лиц.
Во-вторых, по мнению ответчиков, истец так и не доказал причинно-следственной связи между их конкретными действиями и заявленным размером убытков. А без такой связи, напоминают они, гражданская ответственность не наступает.
И в-третьих – ни один из ответчиков, как они утверждают, не имел личной материальной заинтересованности в заключении спорных сделок.
Ключевая правовая проблема: фидуциарные обязанности
Коллегия судей Кассационного хозяйственного суда в составе Мамалуя О.О., Кондратовой И.Д. и Кролевец О.А. обратила внимание на принципиальную вещь. Ответственность должностных лиц банка нельзя оценивать сугубо формально – дескать, если внутренние процедуры соблюдены, то и вопросов нет.
Статья 92 Гражданского кодекса Украины требует от должностных лиц действовать добросовестно, разумно и в интересах юридического лица. И здесь работает так называемое «правило делового решения» (business judgment rule). Оно защищает руководителей, если их решения были обоснованными, принятыми без конфликта интересов и на основе достаточной информации.
Но – и это критически важно – правило не покрывает очевидно неразумных, абсурдных решений.
Верховный Суд подчеркнул: нижестоящие суды так и не проверили, соответствовали ли действия ответчиков общим принципам кредитования, выходили ли они за пределы обычного предпринимательского риска. Не проанализировали, соблюли ли должностные лица свои фидуциарные обязанности.
Презумпция вины: кто и что должен доказывать
Здесь важный момент, который часто вызывает путаницу даже в судах. Часть 2 статьи 1166 Гражданского кодекса Украины устанавливает презумпцию вины причинителя вреда. На практике это означает: истец должен доказать факт причинения вреда, его размер и противоправность действий ответчика. А вот отсутствие своей вины должен доказывать уже сам ответчик.
Верховный Суд неоднократно подчеркивал эту логику – в частности, в постановлениях от 10 апреля 2025 года по делу № 910/3782/21 и от 20 ноября 2025 года по делу № 910/8222/20. То есть именно бывшие руководители банка должны были объяснить суду, почему их решения были взвешенными, а риски – просчитанными.
Однако суды первой и апелляционной инстанций при новом рассмотрении переложили все бремя доказывания на Фонд. И это, по мнению Верховного Суда, одна из фундаментальных ошибок.
Доказательства, которые суды не заметили
В материалах дела фигурируют документы, заслуживающие пристального внимания. Во-первых, это Отчет Национального банка Украины об инспектировании банка «Даниэль». В нем зафиксировано: операции с сомнительными ценными бумагами составляли 58,7% всех активов банка – почти 770 миллионов гривен.
Во-вторых, Отчет о независимой оценке активов, выполненный ООО «Северо-восточная консалтинговая группа». Его вывод: рыночная стоимость активов, приобретенных по спорным сделкам, фактически нулевая.
В-третьих, постановления Правления НБУ – об отнесении банка к категории проблемных (октябрь 2013 года), а затем и к категории неплатежеспособных (январь 2014 года). В этих документах прямо указано на рисковую деятельность и искаженную отчетность банка.
Коллегия судей Верховного Суда отметила: предыдущие инстанции при повторном рассмотрении вообще не дали оценки этим доказательствам. Точно так же остались без внимания признаки фиктивности ценных бумаг, определенные Положением, утвержденным решением ГКЦБФР от 22.12.2010 № 1942.
Что дальше
Дело снова передано в хозяйственный суд города Киева. И теперь перед судьями стоит непростая задача: наконец полноценно исследовать, действительно ли двадцать бывших должностных лиц сознательно вели банк к краху – или речь идет о неудачных, но добросовестных бизнес-решениях.
Ключевое, на чем акцентировал Верховный Суд: нужно проверить каждую спорную сделку отдельно. Установить, кто именно голосовал за нее, на основании каких документов принималось решение, была ли соблюдена внутренняя процедура согласования. И самое главное – действовали ли эти люди в интересах банка, или, наоборот, сознательно замещали ликвидные активы «мусором».
К слову, от того, как суды научатся применять статью 92 Гражданского кодекса Украины в сочетании с правилом делового решения, зависит, смогут ли руководители проблемных банков и дальше избегать имущественной ответственности за свои действия.
