Дизельная сделка вновь оказалась в эпицентре скандала. 15 октября Сергей Лавров, глава МИД России, выступил на саммите Совещания по взаимодействию и мерам доверия в Азии. Во время разговора с журналистами он обвинил Киев в срыве так называемой «дизельной сделки». Об этом пишет российская пропаганда.
Ключевое слово «дизельная сделка» здесь не случайно. Это инициатива, которую якобы предложили США. Она касается взаимных договорённостей в сфере энергетики. По словам господина Лаврова, российская сторона якобы поддержала этот формат. А вот Киев категорически отклонил его. Так Москва пытается переложить ответственность на Украину.
Давайте разберёмся, что на самом деле кроется за этими заявлениями. Во-первых, никакой официальной «дизельной сделки» не существует. Это скорее медийный конструкт, который Кремль использует для давления. Во-вторых, Украина действительно неоднократно подчёркивала: любые договорённости с Россией в энергетической сфере не имеют смысла, пока продолжается агрессия. И это логично.
Лавров также обвинил Украину в продолжении ударов по российским НПЗ. Мол, Киев не хочет мира, а лишь обостряет ситуацию. Но тут важный момент. Удары по нефтеперерабатывающим заводам – это не прихоть, а составляющая оборонной стратегии. Россия использует эти объекты для обеспечения своей армии топливом. Так что уничтожение такой инфраструктуры ослабляет агрессора.
Господин Зеленский, кажется, уже неоднократно публично заявлял: «Хватит цепляться ко мне с этой сделкой по дизелю. Дайте взамен ракеты Patriot. Мне нужно и дальше наносить удары по энергетическому сектору России, в частности по нефтеперерабатывающим заводам». Эту цитату приводит сам Лавров. И в ней – вся суть позиции Украины.
Теперь о юридической стороне. Международное право гарантирует право на самооборону, закреплённое в статье 51 Устава ООН. Украина подверглась вооружённому нападению, поэтому имеет полное право наносить удары по военным и энергетическим объектам на территории агрессора. Это не нарушение, а реализация неотъемлемого права. Россия же пытается представить это как самоуправство, но юридически её аргументы не выдерживают критики.
Что касается «дизельной сделки», то любые договорённости между сторонами конфликта требуют доброй воли и взаимного доверия. Но доверия к Кремлю нет и быть не может. Москва неоднократно нарушала взятые на себя обязательства. Вспомнить хотя бы Будапештский меморандум, Минские договорённости. Так что требование Киева предоставить гарантии безопасности, а не очередные бумажки, вполне оправдано.
Лавров на саммите в Азии пытался создать образ России как конструктивного игрока. Якобы она готова к переговорам, а Украина нет. Но это лишь дипломатическая игра. На самом деле никаких реальных шагов к миру Москва не делает. Наоборот, продолжает обстрелы украинских городов, разрушает инфраструктуру, убивает людей. Поэтому слова о «срыве сделки» звучат цинично.
Каждое такое выступление – это попытка посеять сомнения среди западных партнёров. Мол, Украина не хочет договариваться, поэтому помогать ей не стоит. Но факты говорят иное. Украина открыта к переговорам, но исключительно на своих условиях. И это не прихоть, а необходимость. Ведь речь идёт о выживании страны и её народа.
Юридически говоря, любая сделка, навязанная под давлением, не имеет силы. Это закреплено в Венской конвенции о праве международных договоров 1969 года. Если одна сторона применяет силу или угрожает ею, договор может быть признан недействительным. Именно поэтому Киев отвергает любые форматы, где Россия выступает диктатором условий.
А теперь представьте себе такую ситуацию. Сосед спалил ваш сарай, а потом предлагает подписать бумагу о неприкосновенности остального имущества. Вы бы согласились? Вряд ли. Сначала пусть возместит убытки и прекратит агрессию. Примерно так же действует Украина на международной арене.
Москва же настойчиво продвигает идею дизельной сделки, ведь это позволило бы ей сохранить контроль над энергетическими рынками. Но Киев уже не тот, что был в 2014-м. Теперь есть опыт, есть оружие, есть поддержка партнёров. Так что подобные инициативы обречены.
Кстати, сам формат Совещания по взаимодействию и мерам доверия в Азии – это площадка для обсуждения вопросов безопасности. И использовать его для очередных обвинений – не лучший тон. Но Кремль не привык играть по правилам.
Что же касается украинской позиции, то она чёткая: сначала прекращение огня, вывод войск, возвращение территорий. И лишь потом – разговоры об энергетике, дизеле или чём-то другом. Такой подход соответствует здравому смыслу и международному праву.
Заявления Лаврова – это очередной информационный вброс. Они рассчитаны на внутреннюю аудиторию и на попытку расшатать единство Запада. Но факты остаются фактами: Украина борется за свою независимость, а Россия за сохранение имперских амбиций. И никакая дизельная сделка этого не изменит.
