Представьте: вы случайно узнаёте, что суд взыскал с вас более 170 тысяч гривен. И произошло это не вчера – решению уже 13 лет. Возможно ли восстановление срока на апелляционное обжалование после столь длительного периода? Именно с такой ситуацией столкнулась ФОП Трохименко Виктория Викторовна, и её дело №5011-13/9207-2012 прошло все судебные инстанции вплоть до Верховного Суда.
Суть истории: долг, о котором «не знали»
В 2012 году Хозяйственный суд города Киева удовлетворил иск ООО «Торговая компания «Люммакс» и взыскал с ФОП Трохименко В.В. более 171 тысячи гривен. Речь шла о долге по договору поставки, а также о пене, инфляционных потерях и 3% годовых. Сумма немалая, но суд вынес решение, и оно вступило в законную силу.
Прошло 13 лет. В конце марта 2026 года предпринимательница внезапно подала апелляционную жалобу через систему «Электронный суд». Её аргумент: она вообще не знала о существовании судебного дела, никаких повесток или уведомлений не получала, а о решении узнала случайно – из-за обременения имущества, наложенного исполнительной службой. Точную дату, когда именно это произошло, заявительница не указала.
Северный апелляционный хозяйственный суд в открытии производства отказал. Тогда ФОП Трохименко В.В. обратилась в Верховный Суд, настаивая на том, что суд апелляционной инстанции формально подошёл к делу и не исследовал материалы надлежащим образом.
Как вообще работают сроки на обжалование
Тут важный момент. Срок на апелляционное обжалование – это не просто формальность. Это промежуток времени, определённый законом, в течение которого вы вправе подать жалобу на решение суда первой инстанции. Пропустили – ищите уважительные причины, и суд будет оценивать их в каждом конкретном случае.
На момент вынесения решения в 2012 году действовал Хозяйственный процессуальный кодекс Украины в редакции, предусматривавшей 10 дней на обжалование. Сегодняшний Хозяйственный процессуальный кодекс Украины даёт 20 дней. Но в обоих случаях это не годы и даже не месяцы.
Ключевое правило содержится в части 2 статьи 261 ХПК: если апелляционная жалоба подана по истечении одного года со дня составления полного текста решения, суд отказывает в открытии производства. Есть исключение – когда лицо не уведомили о рассмотрении дела или не привлекли к участию в нём, а решение касается его прав и обязанностей. Но даже это исключение не освобождает от обязанности доказать уважительность причин пропуска срока. Об этом Верховный Суд напоминал неоднократно – в частности, в постановлениях от 3 октября 2019 года по делу №909/117/17 и от 3 сентября 2025 года по делу №910/6180/20.
Кроме того, статья 119 ХПК предусматривает, что суд восстанавливает пропущенный срок лишь тогда, когда признает причины уважительными. Никакого автоматизма здесь нет.
Знала ли ФОП о суде на самом деле
Вот здесь и кроется главная интрига. Верховный Суд исследовал материалы дела и установил любопытные детали.
Во-первых, определение о возбуждении производства от 11 июля 2012 года было направлено на адрес ФОП Трохименко В.В. уже на следующий день – 12 июля 2012 года. На обороте этого определения стоит соответствующий штамп с исходящим номером и датой.
Во-вторых, решение суда от 1 августа 2012 года также направили ответчице – 7 августа 2012 года. И снова на обороте последнего листа есть штамп об отправке.
В-третьих, в материалах дела сохранились уведомления о вручении почтовых отправлений. Оба – и определение, и решение – были вручены 16 августа 2012 года. В одном уведомлении значится «Трохименко», в другом – «Трохименко О.А.».
Заявительница настаивала: она – Трохименко В.В., а не «Трохименко О.А.», следовательно, корреспонденцию получила не она. К тому же, по её мнению, из уведомлений невозможно установить, что именно находилось в конвертах.
Презумпция, которую не опровергли
Коллегия судей Верховного Суда напомнила о важном юридическом принципе – презумпции добросовестного исполнения работниками почты своих обязанностей. Проще говоря: если в уведомлении о вручении стоит фамилия адресата, считается, что письмо получило именно то лицо, которому оно адресовано. Эту презумпцию можно опровергнуть, но для этого нужны доказательства.
Кроме того, Правила предоставления услуг почтовой связи (в редакции, действовавшей на 2012 год) разрешали вручать заказные письма не только адресату, но и совершеннолетним членам его семьи. Так что надпись «Трохименко О.А.» вполне могла означать, что корреспонденцию получил кто-то из родственников предпринимательницы. А надпись «Трохименко» – что письмо вручили ей лично.
И самое главное – ФОП Трохименко В.В. не предоставила никаких доказательств того, что она не могла получить эти письма. Не доказала, что находилась за границей, сменила адрес или имела иные объективные препятствия для получения почты. Адрес, на который всё направляли, – тот самый, который она сама же указывала и в апелляционной, и в кассационной жалобах. Кстати, этот же адрес значился в Едином государственном реестре юридических лиц и физических лиц-предпринимателей.
Спасает ли ЕГРСР
Ещё один аргумент апелляционного суда: решение было опубликовано в Едином государственном реестре судебных решений ещё 8 августа 2012 года. Дескать, участник дела мог бы проявить разумную осмотрительность и хотя бы поинтересоваться.
Верховный Суд здесь сделал интересное уточнение. Ссылаясь на практику Европейского суда по правам человека (в частности, решение по делу «ООО «УКРСПЕЦМЕТ-V» против Украины» от 9 октября 2025 года), он отметил: опубликование в ЕГРСР не может быть основным способом уведомления лица о судебном производстве. Если бы суд первой инстанции вообще не направлял документы по почте – одна лишь ссылка на реестр была бы нарушением статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.
Но в этом деле ситуация иная. Суд всё же отправил и определение, и решение на правильный адрес. Поэтому ЕГРСР учли лишь как дополнительный, второстепенный аргумент – особенно с учётом того, что с апелляцией обратились через 13 лет.
Почему 13 лет – это слишком
Отдельное внимание суд уделил принципу правовой определённости. Это один из фундаментов верховенства права, закреплённый в Конвенции о защите прав человека и основных свобод. Суть его проста: окончательное судебное решение нельзя пересматривать только потому, что кому-то захотелось повторного слушания.
Европейский суд по правам человека неоднократно подчёркивал: отход от принципа окончательности решения (res judicata) возможен лишь при наличии особых и непреодолимых обстоятельств. Простое «я не знала» без каких-либо доказательств – не тянет на такое обстоятельство. Для примера, в решении «Устименко против Украины» от 29 октября 2015 года ЕСПЧ чётко указал, что ни одна сторона не вправе требовать пересмотра окончательного решения лишь с целью нового слушания.
К тому же решение суда первой инстанции вступило в законную силу ещё в 2012 году. На его исполнение выдали судебный приказ и открыли исполнительное производство. На протяжении 13 лет оно было окончательным и обязательным. И внезапное желание его обжаловать, по заключению Верховного Суда, больше похоже на намерение избежать ответственности, нежели на добросовестную реализацию права на справедливый суд.
Что решил Верховный Суд
14 июля 2026 года Верховный Суд постановил: кассационную жалобу ФОП Трохименко В.В. оставить без удовлетворения, а определение Северного апелляционного хозяйственного суда от 6 апреля 2026 года – без изменений. Восстановление срока на апелляционное обжалование в этой ситуации признали невозможным.
Суд первой инстанции в своё время сделал всё, что требовал Хозяйственный процессуальный кодекс Украины: направил определение об открытии производства, уведомил о дате и месте рассмотрения, выслал копию решения заказным письмом. Адрес был правильным, отправления – вручёнными. А то, что предпринимательница 13 лет не интересовалась судьбой собственной почтовой корреспонденции и судебных дел – это уже её зона ответственности.
Эта история – хорошая иллюстрация того, что процессуальные сроки существуют не для бюрократической красоты. Они защищают стабильность правоотношений и не позволяют бесконечно пересматривать то, что давно стало окончательным. Так что если вы получаете письма из суда – лучше открывать конверты вовремя. Даже когда кажется, что внутри нет ничего важного.
