Представьте: банк заблокировал счет, а вы – пенсионер на оккупированной территории. Пенсия – единственный источник дохода, она приходит на карточку. А потом – тишина. Ни предупреждений, ни объяснений. Именно в такой ситуации оказалась женщина, чьё дело рассматривал Верховный Суд в июле 2026 года (дело № 331/194/25).
История эта – не просто об одном человеке. Она о том, где проходит граница между обязанностью банка защищать средства клиента и правом человека распоряжаться собственными деньгами. Давайте разберёмся, что произошло и почему суд принял именно такое решение.
Что случилось: пенсионерка, банк и заблокированный счет
В январе 2025 года женщина обратилась в суд с иском против АО «Ощадбанк». Она – пенсионерка по возрасту, внутренне перемещённое лицо, получает пенсию через Ощадбанк. В апреле 2024 года банк без предупреждения установил лимиты на расходные операции по её счёту и заблокировал доступ к личному кабинету в системе «Ощад 24/7».
Женщина пыталась выяснить причины через службу поддержки – там подтвердили факт ограничений, но объяснять основания отказались. Посоветовали обратиться в отделение банка лично. Проблема в том, что она находится на временно оккупированной территории и физически не может прийти в отделение.
В июне 2024 года она подала жалобу на электронную почту банка с электронной цифровой подписью. В ответ банк снова предложил явиться лично с паспортом и идентификационным кодом. Истица подчёркивала: других источников дохода у неё нет, а блокировка счёта ставит её в угрожающее положение.
Она просила суд обязать банк восстановить обслуживание карточек, снять все ограничения и вернуть доступ к веб-банкингу.
Почему банк пошёл на блокировку: позиция Ощадбанка
Тут важный момент. В апреле 2024 года банк получил письмо от следственного управления полиции в Донецкой области. К письму прилагалось постановление прокуратуры о временном доступе к документам в рамках уголовного производства № 42024050000000178 по части второй статьи 190 Уголовного кодекса Украины (мошенничество).
Суть уголовного дела: неизвестные лица получают пенсионные выплаты граждан, находящихся на временно оккупированных территориях, на основании поддельных доверенностей. В перечне таких граждан фигурировала и наша истица.
Банк, получив эту информацию, действовал как субъект первичного финансового мониторинга. Его логика была такой: есть обоснованное подозрение, что карточка клиента может находиться в пользовании третьих лиц. Поэтому – временные ограничения до момента, пока клиентка лично не подтвердит свою личность в отделении.
Ключевое: банк не расторгал договор и не закрывал счёт. Он лишь ограничил расходные операции и попросил пройти физическую идентификацию.
Что решили суды: апелляция сказала «да», Верховный Суд – «нет»
Суд первой инстанции – Александровский районный суд г. Запорожья – в октябре 2025 года отказал в удовлетворении иска. Аргумент: банк имел право установить ограничения, а истица не доказала неправомерности таких действий. К тому же она лично не явилась для идентификации.
Апелляционный суд в феврале 2026 года это решение отменил. Признал действия банка незаконными, обязал восстановить обслуживание счетов и доступ к «Ощад 24/7». Мотивация: банк не предоставил доказательств того, что принимал меры для идентификации клиентки, не сообщил причины блокировки, а его право на расторжение договора не является абсолютным.
И вот тут в игру вступил Верховный Суд. Кассационную жалобу подал Ощадбанк, и она была удовлетворена.
Почему Верховный Суд встал на сторону банка
Коллегия судей Первой судебной палаты Кассационного гражданского суда обратила внимание на то, что апелляционный суд допустил существенную ошибку. Он анализировал ситуацию так, будто банк расторг договор с клиенткой. Но ведь Ощадбанк ничего не расторгал – он лишь временно ограничил расходные операции до прохождения идентификации.
А теперь – ключевое. Согласно Закону Украины «О предотвращении и противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путём, финансированию терроризма и финансированию распространения оружия массового уничтожения», банк как субъект первичного финансового мониторинга вправе – и даже обязан – принимать меры при возникновении подозрений.
В этом деле подозрения были более чем обоснованными. Во-первых, уголовное производство о мошенничестве с пенсионными выплатами – это не абстрактная гипотеза, а реальное дело с конкретным перечнем лиц. Во-вторых, истица действительно находилась на оккупированной территории, что усложняло проверку актуальности её данных. В-третьих, в материалах дела фигурировала доверенность на имя третьего лица. А к слову, именно через поддельные доверенности, по версии следствия, и происходило мошенничество.
Верховный Суд подчеркнул: ограничения носят временный характер. Как только клиентка пройдёт личную идентификацию в отделении банка – обслуживание будет восстановлено. А она этого не сделала.
Кстати, Суд сослался на аналогичное дело № 204/6300/24, где при тех же обстоятельствах и с тем же банком уже было принято подобное решение. Судебная практика по этому вопросу является устоявшейся.
Что это означает для обычного человека
Постановление Верховного Суда по делу № 331/194/25 расставляет важные акценты. Когда банк заблокировал счёт – это неприятно, иногда даже страшно. Но не всегда такая блокировка является произволом.
Если у банка есть документально подтверждённые основания подозревать, что вашей карточкой пользуются посторонние лица, он вправе временно ограничить операции. Особенно когда речь идёт об уголовном производстве по факту мошенничества. Закон Украины «О предотвращении и противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путём, финансированию терроризма и финансированию распространения оружия массового уничтожения» прямо наделяет банки такими полномочиями. Это не расторжение договора, а предупредительная мера – временная и обратимая.
В то же время банк не может просто молча заблокировать счёт и ничего не объяснять. Он обязан уведомить клиента и предложить путь решения – в данном случае личную идентификацию.
Честно говоря, ситуация действительно непростая. С одной стороны – пенсионерка без доступа к собственным деньгам. С другой – банк, который пытается предотвратить мошенническое снятие средств с карточек людей, оказавшихся на оккупированных территориях. Верховный Суд признал, что в этих конкретных обстоятельствах действия банка были оправданными, а решение суда первой инстанции – законным.
Отдельно Суд решил вопрос судебных расходов. Поскольку истица как потребитель банковских услуг освобождена от уплаты судебного сбора, а банк выиграл дело, то 5 813,76 грн судебного сбора, уплаченного Ощадбанком за подачу кассационной жалобы, подлежат компенсации банку за счёт государства в порядке, установленном Кабинетом Министров Украины.
