Возвращаются ли права кредитора после расторжения договора уступки права требования? Именно этот вопрос стал ключевым в деле № 295/13265/24, которое рассматривал Верховный Суд 22 июля 2026 года. История на первый взгляд запутанная: долг, цессия, её отмена, судебные отказы. Но вывод, к которому пришёл кассационный суд, расставляет всё по местам довольно чётко.
Давайте разберёмся по порядку.
С чего всё началось
Представьте: декабрь 2018 года. Один человек занимает другому 150 000 грн по договору займа. Деньги нужно вернуть до 31 января 2020 года. Проходит время, долг не погашается.
В апреле 2020 года займодавец (первоначальный кредитор) заключает договор об уступке права требования – проще говоря, передаёт право на взыскание долга третьему лицу, новому кредитору. Теперь уже она должна требовать деньги с должника. Именно так работает цессия, предусмотренная статьёй 512 Гражданского кодекса Украины: кредитор в обязательстве может быть заменён другим лицом.
Но и новый кредитор не смог взыскать долг. Несколько судебных попыток – и в итоге суд отказывает, поскольку право требования по конкретному договору займа так и не было надлежаще подтверждено.
Тогда, 9 февраля 2024 года, первоначальный и новый кредиторы заключают соглашение о расторжении договора об уступке права требования № 1 от 23 апреля 2020 года. Логика простая: раз новый кредитор не смог получить деньги – пусть первоначальный попробует сам.
Что решили суды первой и апелляционной инстанций
Первоначальный кредитор обращается в суд с иском к должнику. Сумма иска впечатляет: в общей сложности более 4,2 млн грн, из которых 150 000 грн – тело займа, а остальное – проценты, пеня, инфляционные потери и штраф.
Однако и Богунский районный суд города Житомира, и Житомирский апелляционный суд отказывают истцу. Их аргументация сводится вот к чему: договор об уступке права требования уже исполнен сторонами, а потому прекратил своё действие. Расторгнуть можно лишь тот договор, который ещё действует, а не тот, который себя исчерпал. Следовательно, соглашение о расторжении – ничтожно, и права требования к истцу не вернулись.
Честно говоря, на первый взгляд это звучит убедительно. Но есть нюанс. И именно на него обратил внимание Верховный Суд.
Почему Верховный Суд не согласился
Кассационный суд указал на принципиальную ошибку в рассуждениях нижестоящих судов. Уступка права требования – это не погашение долга. Это лишь замена кредитора в обязательстве.
Иными словами: если должник не заплатил ни первоначальному, ни новому кредитору – долг никуда не делся. Он как существовал, так и существует. А раз обязательство должника не прекратилось, то и оснований считать договор цессии окончательно исчерпанным нет.
Здесь важный момент. Согласно статье 599 Гражданского кодекса Украины, обязательство прекращается исполнением, проведённым надлежащим образом. Но ведь в этом деле суды даже не установили, погашал ли должник задолженность перед кем-либо из кредиторов.
Более того – в материалах другого дела (№ 295/6429/20) суд прямо указал, что новый кредитор не доказал перехода к ней права требования по договору займа от 27 декабря 2018 года. То есть цессия по сути не достигла своего практического результата. А раз так, то и говорить о полном исполнении договора уступки преждевременно.
Что означает расторжение договора уступки права требования
Верховный Суд сформулировал логичный и взвешенный подход. Расторжение договора об уступке права требования прекращает обязательства между первоначальным и новым кредитором. А правовым последствием этого является возврат прав требования к должнику обратно – к первоначальному кредитору.
Это прямо вытекает из содержания статьи 653 Гражданского кодекса Украины: в случае расторжения договора обязательства сторон прекращаются с момента достижения договорённости о расторжении. И стороны не вправе требовать возврата того, что было исполнено до этого момента, если иное не предусмотрено договором или законом.
Коллегия судей подчеркнула: исключением из этого правила является ситуация, когда должник успел исполнить обязательство перед новым кредитором. Тогда, разумеется, повторно взыскивать долг нельзя – это было бы двойным взысканием. Но в данном деле таких доказательств нет.
К слову, суды первой и апелляционной инстанций ссылались на правовые выводы Верховного Суда о том, что расторгнуть можно только действующий договор. Однако они упустили из виду разницу между исполнением обязательства должником и формальной передачей права требования между кредиторами. Это не одно и то же.
Почему дело направили на новое рассмотрение
Апелляционный суд, по выводу Верховного Суда, допустил как минимум две ошибки. Во-первых, не исследовал должным образом доводы истца о том, что соглашение о расторжении касалось лишь части дополнительного соглашения – а именно права требования по договору займа на 150 000 грн. Во-вторых, вообще не проверил обоснованность расчёта заявленной задолженности.
А это уже нарушение статьи 263 Гражданского процессуального кодекса Украины, которая требует, чтобы судебное решение было законным и обоснованным. Да ещё и статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основоположных свобод – ведь игнорирование аргументов стороны лишает её права на справедливый суд.
Поэтому Верховный Суд отменил постановление Житомирского апелляционного суда от 18 декабря 2025 года и направил дело на новое апелляционное рассмотрение.
При новом разбирательстве суду предстоит дать оценку всем доказательствам, проверить расчёты истца и принять решение с учётом той правовой позиции, которую сформулировал Верховный Суд. А она предельно ясна: расторжение договора уступки права требования – это не фикция и не пустая формальность, если должник так и не рассчитался ни с кем из кредиторов. Право требования возвращается к тому, кто давал деньги в долг изначально.
