Вы, наверное, уже слышали о скандале, разразившемся на Волыни. 14 сентября блогер Дана Находка заявила, что её мужа, ветерана Дмитрия Находу, якобы избили военнослужащие ТЦК. Областной ТЦК и СП тут же ответил: обвинения опровергли и выложили видео с нагрудных камер. Так что теперь у нас есть две версии одного события, и каждая заслуживает внимания.
Давайте разберёмся, что именно произошло, почему это вызвало такой резонанс и какие правовые последствия могут наступить для обеих сторон. Ситуация непростая: с одной стороны – ветеран с инвалидностью, с другой – должностные лица, выполняющие мобилизационные задачи.
Что рассказала жена ветерана
Дана Находка в своём видео описала события так. Её муж Дмитрий – доброволец, воевал в Белогоровке и Бахмуте. Получил ранение, потерял слух и имеет III группу инвалидности. Именно поэтому, по словам женщины, у него есть право на отсрочку от мобилизации.
В тот день, как утверждает Дана, военнослужащие ТЦК остановили Дмитрия возле его дома. И тут начинается самое тревожное. Женщина говорит, что сначала документы у него не проверяли. Вместо этого силой усадили в автомобиль.
А дальше – ещё жёстче. С её слов, уже в машине мужа начали бить, душить и угрожать вывезти в лес, сломать пальцы. Когда Дмитрий достал телефон, чтобы показать отсрочку, военные якобы пытались отобрать или повредить устройство. Это очень серьёзные обвинения, которые, если подтвердятся, влекут уголовную ответственность.
Что говорит ТЦК
В областном ТЦК и СП отреагировали быстро. Там опровергли обвинения в избиении ветерана в Ковельском районе и заявили, что всё происходило иначе. Главный аргумент – видео с бодикамер военнослужащих, которое сделали публичным.
По версии ТЦК, мужчина сам попросил отвезти его в больницу в Ратном. Никто его не бил и не душил. И этот момент принципиальный: если на видео действительно видно, что ветеран добровольно садится в авто и просит о медицинской помощи, то обвинения в избиении рассыпаются.
Но здесь есть важный нюанс. Видео с бодикамеры – это фиксация события с одного ракурса. Оно может не показать, что происходило до включения камеры или вне её угла обзора. Именно поэтому такие доказательства оценивают в совокупности с другими материалами: объяснениями свидетелей, медицинскими документами, заключениями экспертов.
Какие правовые механизмы могут заработать
Когда речь идёт о возможном превышении власти или служебных полномочий сотрудниками ТЦК, применяют статью 365 Уголовного кодекса Украины. Если же избиение действительно имело место, квалификация может быть и по статье 126 (умышленное причинение побоев) или даже по статье 121 (умышленное тяжкое телесное повреждение), в зависимости от степени вреда здоровью.
В то же время не стоит забывать: если заявление об избиении окажется ложным, ответственность может наступить уже для самой заявительницы. Статья 383 Уголовного кодекса предусматривает наказание за заведомо ложное сообщение о совершении преступления. Так что рискуют обе стороны.
Кроме того, ветеран имеет право обратиться в Государственное бюро расследований, ведь именно этот орган расследует преступления, совершённые военнослужащими. Также можно подать жалобу Уполномоченному Верховной Рады по правам человека или в военную прокуратуру.
Почему эта история важна
Дело не только в конкретном конфликте. Она обнажает системную проблему: как общество балансирует между потребностью мобилизации и защитой прав тех, кто уже отдал свой долг государству. Ветераны с инвалидностью – категория особенно уязвимая. Закон чётко определяет их право на отсрочку, но на практике это право порой приходится отстаивать.
Есть ещё один момент. Когда стороны конфликта публично обмениваются обвинениями через соцсети, страдает прежде всего доверие к институтам. Ведь эмоциональные видео расходятся мгновенно, а опровержения часто теряются в потоке контента. Поэтому стоит дождаться официальных результатов проверки.
Что известно о Дмитрии Находе
Из открытых данных следует, что Дмитрий Находа – не просто ветеран, а человек с реальным боевым опытом. Белогоровка и Бахмут – одни из самых горячих точек войны. Ранение и потеря слуха – прямое следствие участия в боевых действиях. Третью группу инвалидности устанавливает медико-социальная экспертная комиссия, и это официальный статус, дающий право на социальную защиту.
Если у Дмитрия действительно есть отсрочка, она должна быть оформлена в соответствии с постановлением Кабмина №560. Этот документ определяет перечень оснований и порядок их подтверждения. На практике ветерану достаточно иметь при себе военно-учётный документ с соответствующей отметкой или справку к акту осмотра МСЭК.
Что будет дальше
Сейчас идёт служебная проверка. Она должна установить, действовали ли военнослужащие ТЦК в пределах полномочий и действительно ли имели место физическое воздействие или угрозы. Если факты подтвердятся, виновных могут привлечь к дисциплинарной или уголовной ответственности.
С другой стороны, если обвинения в избиении окажутся безосновательными, встанет вопрос о репутационных последствиях для Даны Находки. Публичные заявления о преступлении, которого не было, могут квалифицироваться как клевета или ложное сообщение.
Куда обращаться ветерану, если его права нарушают ТЦК
Если вы или ваши близкие попали в похожую ситуацию, важно знать алгоритм действий. Во-первых, зафиксируйте всё: время, место, имена или должности военнослужащих, номера машин. Во-вторых, обратитесь в медицинское учреждение, чтобы зафиксировать телесные повреждения, если они есть. В-третьих, подайте заявление в полицию и ГБР.
Также можно позвонить на горячую линию Минобороны или написать на электронную почту Уполномоченного по правам человека. Каждое обращение должно быть зарегистрировано, а ответ предоставлен в установленный законом срок.
Видео с бодикамер в таких делах – вещь полезная, но не идеальная. Оно фиксирует лишь часть реальности. Поэтому не стоит делать окончательные выводы, пока не собраны все доказательства. А их в этой истории точно будет немало.
