Кассационная жалоба может стать спасательным кругом, когда апелляционный суд отнесся к делу формально. В деле № 715/1192/21 Верховный Суд убедился в этом на практике, отменив определение Черновицкого апелляционного суда от 20 февраля 2026 года. История объединила четверых обвиняемых, десятки эпизодов незаконного оборота амфетамина и сразу несколько кассационных жалоб – от защиты и от прокурора. Что интересно, частично правыми оказались обе стороны.
О чем, собственно, речь
Фабула дела довольно объемная. По версии обвинения, в августе 2020 года житель Черновицкой области организовал систематическое изготовление амфетамина в двух гаражных помещениях на улице Черетейской в селе Коровия. Для этого он приобрел разнообразное оборудование, прекурсоры, кислоты и щелочи. К деятельности привлек еще троих лиц – у каждого была своя роль: кто-то помогал с изготовлением, кто-то подыскивал покупателей, кто-то непосредственно сбывал вещество.
Правоохранители провели серию оперативных закупок. Первая состоялась 1 сентября 2020 года, далее – 10 сентября, 16, 17, 18 и 19 ноября. Объемы изъятого вещества колебались от 0,08 г до почти 4 г за один эпизод. После этого, 20 ноября 2020 года, прошли масштабные обыски в гаражах, квартирах и автомобилях фигурантов. Изъяли свыше 285 граммов амфетамина (особо крупный размер), прекурсоры – серную кислоту и фенилнитропропен, а также каннабис, который обвиняемые хранили для собственного употребления. Дополнительно в апреле 2021 года при еще одном обыске в гараже нашли еще более 8 граммов амфетамина.
Кроме того, следствие установило, что один из фигурантов заказал через «Новую Почту» прекурсор фенилнитропропен общей массой свыше 380 граммов – тоже особо крупный размер. Посылки обнаружили в отделении № 2 в Черновцах уже после задержания подозреваемого.
Что решил суд первой инстанции
Глыбокский районный суд Черновицкой области приговором от 23 июня 2025 года признал всех четверых виновными. Но – и это ключевой момент – не согласился с квалификацией действий как совершенных в составе организованной группы. Суд признал, что обвиняемые действовали по предварительному сговору группой лиц, а не как организованная группа в понимании части 3 статьи 28 Уголовного кодекса Украины. Это напрямую повлияло на квалификацию преступлений и, соответственно, на меру наказания: организованная группа – это отягчающее обстоятельство, которое серьезно повышает пределы ответственности.
Организатору назначили 10 лет лишения свободы с конфискацией имущества (кроме жилья) по совокупности преступлений, предусмотренных частью 3 статьи 307, частью 3 статьи 311, частью 2 статьи 317, частью 2 статьи 307 и частью 2 статьи 309 Уголовного кодекса Украины. Остальные фигуранты получили от 6 до 9 лет. Двоих частично оправдали по тем эпизодам, где суд не увидел достаточных доказательств, – в частности, по статье 311 УК (прекурсоры) и по эпизодам, связанным с организацией места для изготовления наркотиков.
Кто и с чем пошел в кассацию
В Верховный Суд обратились сразу пятеро участников. Осужденные и их защитники настаивали на недоказанности обвинения по ключевым эпизодам сбыта. Они утверждали, что видеозаписи оперативных закупок не фиксируют моментов передачи вещества, а значит, имел место не сбыт, а совместное употребление. Также защита указывала на возможную провокацию со стороны правоохранителей – мол, именно привлеченные к оперативным закупкам лица инициировали контакты, звонили, просили найти наркотики. Кроме того, сторона защиты жаловалась на нарушение права на защиту во время судебных прений в первой инстанции.
Прокурор, со своей стороны, требовал пересмотреть приговор из-за мягкости наказания и настаивал, что суды безосновательно исключили квалифицирующий признак организованной группы. По мнению обвинения, все признаки такого объединения имелись: устойчивость, длительность деятельности, стабильный состав, распределение ролей, единый план и меры конспирации.
Парадокс в том, что каждая кассационная жалоба содержала вполне конкретные аргументы, которые апелляционный суд должен был тщательно проверить. Вместо этого он ограничился общими фразами – и именно это стало фатальной ошибкой.
В чем именно ошибся апелляционный суд
Верховный Суд пришел к выводу, что определение апелляции не соответствует требованиям статей 370 и 419 Уголовного процессуального кодекса Украины. Нарушений обнаружилось сразу несколько.
Первое. Апелляционный суд фактически не проверил доводов об отсутствии видеофиксации моментов сбыта. Осужденные утверждали, что на видеозаписях оперативных закупок не видно непосредственной передачи амфетамина или денег. Один из фигурантов настаивал: он не продавал вещество, а лишь совместно употреблял его с закупщиком. Вместо того чтобы проанализировать содержание видеозаписей в контексте этих аргументов, апелляция просто сослалась на то, что местный суд уже исследовал эти доказательства.
Второе. Суд апелляционной инстанции не привел никаких мотивов, которые объясняли бы, почему совокупность имеющихся доказательств достаточна для доказывания виновности вне разумных сомнений. Простая ссылка на выводы экспертов не спасает ситуацию – экспертиза подтверждает вид и массу вещества, но не обстоятельства его передачи от одного лица другому. К тому же апелляция не объяснила, каким образом установленные местным судом обстоятельства опровергают предложенную осужденными версию событий.
Третье. В вопросе об организованной группе апелляция ограничилась отдельными аргументами – дескать, нет доказательств распределения доходов или общего доступа к местам изготовления. Но прокурор в своей жалобе приводил значительно более широкий перечень признаков: устойчивость объединения, распределение ролей, единый план, меры конспирации, использование мессенджеров для координации. Всего этого апелляционный суд просто не проанализировал.
Показательный момент с повторным исследованием доказательств
Отдельного внимания заслуживает эпизод с ходатайством защиты о повторном исследовании доказательств. Часть 3 статьи 404 Уголовного процессуального кодекса Украины допускает такое, если сторона считает, что местный суд исследовал доказательства неполно или с нарушениями. Защита четко объяснила, почему просит пересмотреть видеозаписи: на них, по утверждению обвиняемых, отсутствует фиксация сбыта.
Апелляционный суд формально проверил, открываются ли диски и файлы, и на этом остановился. Техническую исправность носителей подтвердили, а вот содержание записей – нет. Верховный Суд прямо указал: такая проверка не является повторным исследованием доказательства в понимании статьи 404 УПК. Без непосредственного восприятия зафиксированных на видео сведений невозможно сопоставить их с выводами первой инстанции и проверить конкретные доводы жалобщиков. А именно этого и требовала защита.
Что дальше
Коллегия судей Третьей судебной палаты Кассационного уголовного суда в составе Верховного Суда отменила определение апелляции и назначила новое рассмотрение в суде апелляционной инстанции. Всем обвиняемым избрали меру пресечения в виде содержания под стражей на 60 дней – до 22 октября 2026 года включительно. Это стандартная практика, когда речь идет об особо тяжких преступлениях с риском уклонения от правосудия.
При новом апелляционном пересмотре суду придется по-настоящему углубиться в аргументы обеих сторон. Проверить, подтверждается ли каждый эпизод сбыта надлежащими и достаточными доказательствами. Дать оценку доводам о провокации – с учетом практики Европейского суда по правам человека, на которую ссылалась защита. Проанализировать всю совокупность обстоятельств на предмет наличия признаков организованной группы по части 3 статьи 28 УК. И при наличии оснований – повторно исследовать доказательства, на этот раз по существу, а не только технически.
Верховный Суд также обратил внимание на разумные сроки: уголовное производство началось еще в 2018 году, и согласно статье 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на рассмотрение дела в течение разумного срока. Поэтому апелляционному суду рекомендовали принять все предусмотренные законом меры для своевременного рассмотрения.
Это дело – хорошая иллюстрация того, что формальный подход апелляции к проверке доводов сторон почти неизбежно приводит к отмене ее решения. Кассационная жалоба в таких случаях становится не просто процессуальным документом, а реальным инструментом для исправления судебных ошибок. И когда Верховный Суд фиксирует, что апелляция ограничилась технической проверкой дисков вместо анализа их содержания, – это сигнал для всей судебной системы о недопустимости такого подхода.
