Моббинг на работе: почему суд не увидел травлю в деле № 646/5128/23

Для зв'язку з адвокатом:

Моббинг – слово, которое всё чаще звучит в трудовых спорах. Но когда конфликт на работе действительно превращается в травлю, а когда остаётся просто непростыми отношениями с руководством? Верховный Суд разбирался в этом на примере дела № 646/5128/23, и его позиция пригодится каждому, кто хоть раз ловил себя на мысли: «а не травят ли меня на работе?»

История началась в сентябре 2023 года. Работник газораспределительной компании обратился в суд и попросил обязать работодателя публично извиниться – устно и письменно. Отдельно он хотел взыскать 172 600 гривен морального вреда. По его словам, с мая 2021 года по август 2023 года его систематически травили.

Что именно он называл травлей? Должностные лица, по его версии, позволяли себе оскорбительные и унизительные высказывания. Его не обеспечивали средствами индивидуальной защиты. А ещё, как он утверждал, на предприятии царила напряжённая атмосфера: угрозы, насмешки, клевета, пренебрежительные замечания, попытки вывести человека из равновесия. Дополнительно речь шла о беспричинном лишении части выплат.

Отдельной линией шла безопасность труда. Работник рассказывал, что почти два года выполнял работы повышенной опасности один, без помощника или слесаря. Маску для сварки, по его словам, приходилось покупать за собственные деньги, потому что работодатель средств защиты не выдавал. А когда он начал требовать соблюдения техники безопасности, на него, мол, составили протокол собрания с неприятными формулировками.

Суды первой и апелляционной инстанций в иске отказали. И вот тут самое интересное – почему.

Сначала посмотрим, как закон определяет это понятие. Согласно статье 2-2 Кодекса законов о труде Украины, моббинг – это систематические, длительные, умышленные действия или бездействие. Они должны быть направлены на унижение чести, достоинства или деловой репутации работника. Проявляется это обычно как психологическое или экономическое давление.

Закон даже приводит примеры такого давления. Это создание враждебной атмосферы, изоляция работника из коллектива, неравная оплата за одинаковый труд, беспричинное лишение премий или других поощрений, необоснованное распределение нагрузки. В то же время обычное требование руководителя выполнять трудовые обязанности или смена должности в законном порядке травлей не считаются.

Ключевое слово здесь – «систематические». Единичный конфликт, даже очень неприятный, ещё не является травлей. Так же как и обычное требование выполнить работу, предусмотренную должностью.

Коллегия судей подчеркнула: состав моббинга требует одновременно четырёх вещей. Систематичности, длительности, умысла и направленности против конкретного работника. Уберите одну составляющую – и юридического основания для иска уже нет.

Что же выяснили суды в этом деле? Расчётные листы за 2022-2023 годы показывали, что работнику начисляли премии и доплаты за работу во вредных условиях. Задолженности по зарплате не было. Это, согласитесь, плохо вяжется с тезисом об экономическом давлении. Работодатель, который премирует человека, вряд ли одновременно ведёт против него кампанию унижения.

Кстати, на фоне этих упрёков сам работник имел неплохую трудовую биографию. В 2022 году он получил награду председателя правления компании за мужество и стойкость, а ещё благодарность Харьковского городского головы. По месту работы его характеризовали удовлетворительно. Это ещё раз показывает: не каждый рабочий конфликт равен травле, даже если человеку кажется иначе.

Не подтвердились и упрёки о лишении выплат. Суд заметил: невыплата каких-то сумм может быть элементом травли лишь тогда, когда доказано, что такую меру применяли выборочно – именно к этому работнику как инструмент давления. В деле таких доказательств не нашлось.

Государство, кстати, гарантирует правовую защиту от травли через статью 5-1 Кодекса законов о труде Украины. Человек, который считает, что его травят, может пожаловаться в Гоструда или сразу в суд. Но сам факт такого обращения ещё не означает, что травля действительно была – её доказывание ложится на плечи истца.

Отдельная история – аудиозаписи разговоров. Работник подавал их как доказательство психологического давления. Суд прослушал записи и пришёл к выводу: разговоры на повышенных тонах не содержали угрожающего, запугивающего или унизительного характера. Спор двух людей – это ещё не травля.

Верховный Суд сослался и на собственную практику. В постановлении от 22 января 2026 года по похожему делу суд уже отмечал: аудиозапись, где невозможно установить дату, время и место разговора, а собеседников не идентифицировали, не является надлежащим доказательством. Тут ситуация была похожей.

Теперь про увольнение. Это, пожалуй, самый болезненный момент. Работник считал, что его сократили именно из-за жалоб на моббинг. Он подал жалобу в Государственную службу Украины по вопросам труда 8 августа 2023 года, а уже через несколько недель получил уведомление о сокращении. Хронология действительно выглядела подозрительно.

Но тут важная деталь: раньше, в другом деле, суды уже проверяли законность этого увольнения. Тогда иск о восстановлении на работе тоже отклонили.

Почему? Увольнение произошло в связи с сокращением штата по пункту 1 статьи 40 Кодекса законов о труде Украины. И касалось оно не только истца – сокращали целую должность. А это, как объяснил Верховный Суд, организационная мера, которая по определению не направлена против конкретного лица. Нельзя «травить с целью увольнения» человека через ликвидацию должности, когда увольняют всех, кто её занимает.

Работник также просил вынести частное определение и направить материалы в органы досудебного расследования – мол, работодатель нарушал технику безопасности. Суд отказал. Во-первых, частное определение – это право суда, а не обязанность. Во-вторых, акт расследования несчастного случая от 31 июля 2023 года уже был в материалах дела. И в нём зафиксировано, что тот случай не был связан с производством.

Ещё один момент, который стоит запомнить. Работник жаловался, что суды отказали ему в истребовании доказательств: трудового договора, нарядов-допусков, акта о несчастном случае. Верховный Суд объяснил: суд не обязан истребовать доказательства, которые не касаются предмета иска. Акт расследования, кстати, уже лежал в деле. Относительно остальных документов заявитель так и не объяснил, как их отсутствие помешало установить существенные обстоятельства.

Было в кассационной жалобе и требование сформулировать новую правовую позицию. Работник ссылался на то, что предприятие передавали другому работодателю, а его уволили после жалоб на травлю. Он упоминал и Директиву Совета 2001/23/ЕС, которая защищает работников при передаче бизнеса. Но Верховный Суд ответил: вывод формируется лишь тогда, когда он касается спорных правоотношений. А тут суды уже установили, что увольнение не имело признаков травли. Поэтому и оснований для нового вывода нет.

Кассационную жалобу в итоге оставили без удовлетворения, а решения предыдущих инстанций – без изменений.

Самое полезное из этой истории такое: самого ощущения несправедливости мало. Моббинг надо доказывать фактами – систематичностью, длительностью, умыслом и направленностью против конкретного человека. Если вам начисляют премии, а разговоры на записях – обычные споры, суд вряд ли увидит здесь травлю. И наоборот: собранные доказательства выборочного давления именно против вас заметно повышают шансы на защиту.

Консультация адвоката — записаться

Консультация

Форма обращения к адвокату

Для зв'язку з адвокатом: