Обжалование приговора потерпевшим – тема, которая вызывает немало вопросов даже у опытных юристов. И это неудивительно: Уголовный процессуальный кодекс Украины содержит ряд ограничений, и не всегда понятно, где именно проходит граница между законным отказом в открытии производства и необоснованным блокированием доступа к правосудию. Именно на эту границу и наткнулся Киевский апелляционный суд в деле № 369/19664/24, и Верховный Суд указал ему на ошибку. Давайте разберёмся, что произошло и какие выводы стоит взять на вооружение.
Фабула дела: телефон, доверие и несколько переводов
Представьте ситуацию: пожилой человек, онкобольной, даёт знакомой свой мобильный телефон – просто чтобы та позвонила. А вместо этого получает списание почти четырёх тысяч гривен с банковской карты. Именно это, по версии обвинения, произошло в марте 2024 года. Осуждённая дважды – 30 и 31 марта – получала доступ к телефону потерпевшего под предлогом звонка и переводила деньги на собственную карту. Общая сумма – 3 852,20 грн.
Киево-Святошинский районный суд Киевской области признал женщину виновной по ч. 1 ст. 190 Уголовного кодекса Украины (мошенничество) и назначил ей год пробационного надзора. Дело рассмотрели по упрощённой процедуре – той самой, что предусмотрена ч. 3 ст. 349 УПК: участники не оспаривали обстоятельства, поэтому суд не исследовал доказательства в полном объёме.
Казалось бы, всё. Но потерпевший с приговором не согласился.
Что хотел обжаловать потерпевший
Его представитель подал апелляционную жалобу сразу по трём направлениям. Во-первых, он настаивал на неправильной квалификации действий осуждённой: дескать, это не «простое» мошенничество, а повторное, то есть ч. 2 ст. 190 УК. Во-вторых, не соглашался с размером ущерба – считал, что речь идёт не о 3 852,20 грн, а о 7 970 грн. И в-третьих, утверждал, что наказание слишком мягкое, ведь суд не учёл ни пожилого возраста потерпевшего, ни его онкозаболевания, ни отсутствия извинений или возмещения со стороны осуждённой.
Апелляционный суд, однако, отказал в открытии производства по всем этим доводам. Сослался на ч. 4 ст. 399 УПК – мол, жалоба подана на решение, которое не подлежит обжалованию. И вот здесь кроется главная интрига.
Почему Верховный Суд частично не согласился
Коллегия судей Первой судебной палаты Кассационного уголовного суда в составе Верховного Суда проанализировала ситуацию и пришла к интересному разграничению.
Относительно переквалификации действий осуждённой – здесь апелляционный суд был прав. Дело в том, что судебное разбирательство всегда происходит в пределах предъявленного обвинения. Обвинительный акт касался ч. 1 ст. 190 УК, и никаких изменений обвинения в порядке ст. 338 УПК прокурор не инициировал. Переквалифицировать действия на более тяжкое уголовное правонарушение – то есть с части первой на часть вторую – суд просто не имеет процессуального права. И это логично: нельзя осудить человека за то, чего ему не инкриминировали.
Кроме того, Верховный Суд напомнил: норма о переквалификации работает только в сторону смягчения. Иными словами, если деяние, описанное в обвинительном акте, на самом деле «тянет» на менее суровую статью – суд может исправить это. А вот в обратную сторону – нет.
Но что касается наказания – совсем другая история.
Ключевой момент: обжалование приговора потерпевшим из-за мягкости наказания не запрещено
Часть 2 ст. 394 Уголовного процессуального кодекса Украины действительно содержит определённые ограничения для обжалования приговоров, вынесенных по упрощённой процедуре. Но эти ограничения касаются только несогласия с фактическими обстоятельствами дела – теми, которые никто не оспаривал во время судебного разбирательства.
Несоответствие назначенного наказания тяжести преступления и личности осуждённой из-за мягкости к этому перечню не относится. Иначе говоря, потерпевший имеет полное право сказать: «Суд, ты назначил осуждённой пробационный надзор, но ведь она обокрала онкобольного пожилого человека, даже не извинилась и ничего не возместила – разве это справедливо?» И апелляционный суд обязан такие доводы рассмотреть.
Верховный Суд прямо указал: отказывая в открытии производства по этой части жалобы, апелляционный суд допустил существенное нарушение требований УПК. А это, согласно п. 1 ч. 1 ст. 438 УПК, является безусловным основанием для отмены определения.
Что это означает на практике
Обжалование приговора потерпевшим – это не просто формальность, а реальный инструмент влияния на справедливость судебного решения. История с делом № 369/19664/24 показывает, что даже когда первая инстанция работает по упрощённой процедуре, это не лишает потерпевшего права спорить об адекватности наказания.
Коллегия судей отменила определение Киевского апелляционного суда от 27 января 2025 года и назначила новое рассмотрение в апелляционной инстанции. Теперь апелляционный суд будет вынужден оценить аргументы потерпевшего по существу: действительно ли пробационный надзор – достаточное наказание для человека, дважды воспользовавшегося доверием онкобольного пенсионера.
Кстати, интересная деталь: прокурор в заседании Верховного Суда частично поддержал кассационную жалобу – как раз в части необоснованного отказа в пересмотре наказания. Это ещё раз подтверждает, что позиция потерпевшего была вполне обоснованной.
Тут важный момент для всех, кто сталкивается с подобными ситуациями: если вам кажется, что осуждённый «отделался лёгким испугом», не позволяйте формальным отказам остановить вас. Обжалование приговора потерпевшим в части наказания возможно даже тогда, когда дело слушалось по сокращённой процедуре. Главное – чётко отделять возражения относительно фактов (здесь действительно есть ограничения) от несогласия с назначенным наказанием (а вот тут – нет).
Постановление Верховного Суда окончательное и обжалованию не подлежит, поэтому сформированная правовая позиция уже работает. И хотя в этом конкретном деле речь идёт о небольшой сумме ущерба, сам принцип, закреплённый Судом, имеет гораздо более широкое значение. Он напоминает: даже при упрощённых процедурах доступ к правосудию для потерпевшего не должен превращаться в фикцию.
