Верховная Рада зарегистрировала проект закона №15418, который предлагает изменить подход к оценке рисков домашнего насилия. Если коротко – депутаты хотят, чтобы при оценке опасности для пострадавшего обязательно определяли уровень угрозы для каждого ребенка, живущего с ним. Это, на первый взгляд, небольшая правка, но она способна существенно повлиять на безопасность детей в семьях, где есть насилие.
Когда мы говорим о домашнем насилии, то часто представляем себе только взрослого пострадавшего. А тем временем в соседней комнате может находиться ребенок, который слышит крики, видит побои или сам становится мишенью для агрессора. И именно эту реальность пытается учесть законопроект №15418.
Что именно предлагают изменить
Сейчас пункт 21 части первой статьи 14 Закона «О предотвращении и противодействии домашнему насилию» определяет полномочия субъектов, осуществляющих меры в сфере предотвращения и противодействия такому насилию. В частности, речь идет об оценке рисков, угрожающих пострадавшему лицу. Формулировка действующей нормы сфокусирована на взрослом, а дети остаются как бы «в комплекте» – то есть отдельно их безопасность никто не оценивает.
Проект закона №15418 меняет эту логику. Пункт 21 хотят изложить в такой редакции: «оценку рисков, угрожающих пострадавшему лицу, с одновременным определением рисков касательно угроз каждому ребенку, проживающему с пострадавшим лицом». То есть теперь полицейский, социальный работник или иной уполномоченный орган должен не просто оценить ситуацию в целом, а остановиться и посмотреть на нее глазами каждого конкретного ребенка. Это и есть ключевое отличие.
Почему оценка рисков должна быть отдельной для каждого ребенка
Давайте разберемся, как работает этот механизм на практике. Это не просто формальная галочка в протоколе — это инструмент, который помогает принять решение о срочном запретительном предписании, выдворении агрессора из жилья или направлении ребенка в безопасное место. Если анализ опасности проводится только в отношении взрослого, можно упустить угрозу для малыша, который, например, не является сыном или дочерью агрессора, но живет в той же квартире.
Представьте ситуацию: мать обращается в полицию из-за избиения со стороны сожителя. Полиция оценивает риски для нее – да, опасность есть, выносится запретительное предписание. Но в этой же квартире находится ее трехлетняя дочь от предыдущего брака. Представляет ли агрессор угрозу для этого ребенка? Если раньше этот вопрос мог остаться на усмотрение конкретного правоохранителя, то после принятия проекта №15418 он станет обязательным для изучения.
Кроме того, ребенок может страдать не только от физического насилия. Психологическое насилие, свидетелем которого он становится, ломает его представление о безопасности. И если такая оценка не учитывает этого, то мы пропускаем огромный пласт вреда. Именно поэтому законопроект №15418 требует фиксировать угрозы для каждого ребенка отдельно – ведь даже в рамках одной семьи уровень опасности может быть разным.
Как это повлияет на работу полиции и социальных служб
Когда закон вступит в силу, полицейские, выезжающие на вызов о домашнем насилии, будут обязаны внести в протокол анализ рисков не только в отношении заявительницы или заявителя, но и в отношении каждого ребенка, проживающего по этому адресу. Для этого потребуется установить, сколько детей находится в помещении, каков их возраст, есть ли предыдущие обращения касательно них, фиксировалась ли ранее агрессия именно в отношении малолетних.
Это не означает, что полицейский должен сам стать детским психологом. Скорее, речь идет о том, чтобы собрать минимально необходимую информацию и передать ее дальше – в службу по делам детей, социальному работнику. Уже на основании этих данных они смогут принять решение: нужно ли временно изъять ребенка из семьи, или предоставить семье поддержку, или направить агрессора на коррекционную программу.
Кроме того, оценка угроз для каждого ребенка должна учитывать индивидуальные особенности. Например, подросток может быть менее уязвим к физическому насилию, но острее реагировать на психологическое давление. Младенец же полностью зависим от взрослых, и даже кратковременное присутствие агрессора может угрожать его жизни. И эта градация должна быть отражена в документах.
Несколько слов о том, чего не хватало раньше
До появления проекта №15418 оценивание рисков в сфере домашнего насилия было сфокусировано преимущественно на взрослом пострадавшем лице. Это приводило к тому, что дети попадали в серую зону. Например, если мать отказывалась писать заявление, то и ребенок автоматически оставался без защиты, даже если в отношении него были прямые угрозы. Новая редакция пункта позволяет оценивать опасность для ребенка независимо от позиции взрослого.
Другой важный момент: в многодетных семьях уровень угрозы может быть неодинаковым. Агрессор может проявлять агрессию только к одному ребенку, а других не трогать. Или, наоборот, старший ребенок сам становится свидетелем насилия и начинает защищать младших. Все это требует индивидуального подхода, и именно его вводит этот законопроект.
Что изменится для обычной семьи
Возможно, вы спросите: какая мне разница, что там в депутатских правках? Но представьте, что ваша соседка с двумя детьми страдает от мужа-тирана. Раньше полиция могла приехать, поговорить, выписать предписание — и уехать. Теперь ситуация обяжет их обязательно поинтересоваться, есть ли угроза для детей. И если потребуется – вызвать социальную службу.
Также изменения коснутся работы мобильных бригад, реагирующих на случаи домашнего насилия. Они получат четкое указание: анализ опасности должен быть не общим, а персонифицированным. Это означает, что в акте реагирования появится отдельная графа или блок, где специалист должен указать уровень опасности для каждого ребенка, проживающего в домохозяйстве.
Когда ожидать изменений
Проект закона №15418 вступит в силу со дня, следующего за днем его официального опубликования. То есть как только парламент проголосует, президент подпишет, а текст появится в «Голосе Украины» – на следующий день он уже будет действовать. Никаких переходных периодов или отсрочек. Поэтому всем субъектам, вовлеченным в систему противодействия домашнему насилию, стоит начинать готовиться заранее: обновлять алгоритмы, проводить инструктажи, вносить изменения в формы документирования.
Практический аспект также заключается в том, что правильная оценка угроз для каждого ребенка позволит быстрее передавать дела в суд. Ведь судья, имея перед собой не просто общую формулировку «угроза для семьи», а конкретные данные об опасности для конкретного ребенка, сможет принять более обоснованное решение – будь то об ограничении родительских прав, или об определении места жительства ребенка.
Несколько слов о том, как это реализовать технически
Критики могут заметить, что введение оценивания опасности для каждого ребенка – это дополнительная нагрузка на полицию. Но, во-первых, безопасность детей того стоит. Во-вторых, большинство алгоритмов уже содержат опросники для выявления угроз, так что останется лишь дополнить их отдельным блоком. В-третьих, практика показывает, что четкость требований, наоборот, упрощает работу: когда ты знаешь, что обязан сделать, меньше шансов ошибиться.
Некоторые специалисты уже используют шкалу оценивания угроз, где учитываются факторы вроде «предыдущие факты насилия в отношении детей», «наличие оружия», «угрозы убийством». Благодаря проекту №15418 этот инструментарий станет не просто рекомендацией, а нормой закона. И это большой шаг к тому, чтобы ни один ребенок не остался незамеченным в водовороте домашнего насилия.
Напоследок стоит сказать: этот законопроект не вводит новых наказаний или дополнительных обязанностей для обычных граждан. Он исключительно совершенствует механизм защиты детей, оказавшихся в эпицентре домашнего насилия. И если мы иногда иронизируем над законотворчеством, то такие точечные изменения – это именно тот случай, когда закон действительно становится на сторону самых уязвимых.
Обсудить эту новость в моем телеграм-канале Адвокат Олег Лукьянчиков
