Верховный Суд в деле № 2-792/11 напомнил: право на справедливый суд – это не просто красивая декларация, а реальный механизм защиты, который работает даже тогда, когда речь идёт о, казалось бы, сугубо техническом вопросе – неявке адвоката из-за болезни.
19 августа 2026 года коллегия судей Третьей судебной палаты Кассационного гражданского суда вынесла решение, которое стоит внимательно прочитать каждому, кто хотя бы раз сталкивался с судебными заседаниями. Суть спора проста: банк подал жалобу на действия государственного исполнителя, который вернул исполнительный документ взыскателю. Суд первой инстанции жалобу удовлетворил, апелляция тоже согласилась, но с одним существенным отличием – отменила определение районного суда из-за процессуального нарушения (должника не уведомили должным образом) и вынесла новое решение по существу.
И вот тут начинается самое интересное.
Что произошло в апелляционном суде
Представительница должников – адвокат – подала ходатайство об отложении рассмотрения дела, назначенного на 17 декабря 2025 года. Причина – временная нетрудоспособность. К ходатайству приложили медицинское заключение с регистрационным номером учётной карточки налогоплательщика.
Апелляционный суд отклонил это ходатайство. Аргумент: из медицинского заключения невозможно установить, кому именно оно выдано, а потому оснований для отложения нет. Дело рассмотрели без участия стороны должников.
Честно говоря, такая логика вызывает недоумение. В медицинском заключении содержался регистрационный номер учётной карточки налогоплательщика – и этот же номер был указан в ордере адвоката на оказание правовой помощи. Два документа в материалах дела, рядом. Достаточно просто положить их рядом и сравнить цифры.
Что сказал Верховный Суд
Кассационный суд обратил внимание на несколько принципиальных моментов, которые напрямую касаются права на справедливый суд.
Во-первых, уникальность налогового номера не оставляет сомнений в принадлежности медицинского заключения конкретному лицу. Апелляционный суд просто не оценил этот очевидный факт.
Во-вторых – и это, пожалуй, главное – суд апелляционной инстанции не проанализировал, действительно ли неявка представителя помешала должникам выразить свою позицию. А тут есть нюанс: одна из должниц вообще не была участницей дела в суде первой инстанции и присоединилась к рассмотрению только на стадии апелляции. Иными словами, для неё это было первое и, по сути, единственное заседание, где она могла защитить свои интересы.
В-третьих, назначив рассмотрение на 17 декабря, апелляционный суд в тот же день рассмотрел дело по существу. То есть сторона даже не имела времени найти другого адвоката после того, как её представительница заболела.
Коллегия судей Верховного Суда подчеркнула: статья 6 Конвенции о защите прав человека и основоположных свобод гарантирует не обязательное личное присутствие в суде, а более широкое право – эффективно представлять своё дело на равных условиях с противоположной стороной. Именно это и есть право на справедливый суд в его практическом измерении.
Медицинское заключение в цифровую эпоху
Тут важный момент, который касается не только этого дела. Медицинские заключения о временной нетрудоспособности формируются в Реестре медицинских заключений в электронной системе здравоохранения. Согласно приказу Министерства здравоохранения Украины от 01 июня 2021 года № 1066, такие заключения создаются лишь при наличии в Реестре регистрационного номера учётной карточки налогоплательщика.
Кстати, сам факт существования такого номера в медицинском заключении является достаточным идентификатором. А когда этот номер совпадает с номером в ордере адвоката – никаких сомнений вообще не остаётся. Однако апелляционный суд этого не увидел – или не захотел увидеть.
Должники имеют право быть услышанными
Отдельно стоит сказать о позиции банка в отзыве на кассационную жалобу. Взыскатель настаивал, что подача жалоб должниками является злоупотреблением правом, направленным на затягивание исполнения решения. Мол, решение суда ещё с 2011 года остаётся неисполненным, а тут ещё и обжалование процессуальных решений.
Но право на справедливый суд не зависит от того, сколько лет длится дело. Оно не становится менее важным из-за того, что должник до сих пор не рассчитался с банком. И когда речь идёт о возможном нарушении процедуры, которое лишило сторону возможности защищаться, – суд кассационной инстанции обязан это исправить.
Верховный Суд также разъяснил, что оценка уважительности причин неявки – это не формальность. Суд должен учитывать: подавались ли аналогичные ходатайства ранее; участвовал ли в заседании представитель другой стороны; имел ли отсутствующий участник возможность довести до сведения суда свою позицию; исследовались ли новые доказательства в этом заседании. Совокупность этих обстоятельств и определяет, было ли нарушено фундаментальное право человека на доступ к правосудию.
Что дальше
Постановление Днепровского апелляционного суда от 17 декабря 2025 года отменено. Дело передано на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.
Коллегия судей чётко дала понять: дискреция апелляционного суда относительно отложения рассмотрения дела не является безграничной. Если совокупность обстоятельств свидетельствует, что проведение заседания без участника фактически лишило его возможности эффективно представить свою позицию, – такое решение не устоит.
Кроме того, кассационный суд рассмотрел ещё один довод заявительницы – о якобы неправомочном составе суда первой инстанции. Речь шла о том, что дело распределили на другого судью, а не на ту, которая ранее рассматривала смежную жалобу банка. Верховный Суд признал этот аргумент безосновательным. Судья, которая ранее рассматривала другую жалобу в том же деле, не является «судьёй, рассматривавшей дело по существу» в понимании Положения об автоматизированной системе документооборота суда. А поскольку судья, выносившая заочное решение ещё в 2011 году, давно в отставке, – автоматизированное распределение прошло по общим правилам, без нарушений.
Давайте разберёмся, что это означает на практике. Теперь апелляционный суд обязан повторно рассмотреть жалобу банка на действия государственного исполнителя – на этот раз с соблюдением всех процессуальных гарантий для обеих сторон. И каким бы ни был результат, главное уже сказано: пренебрежение правом стороны быть услышанной – это не техническая ошибка, а прямое нарушение права на справедливый суд, которое не останется без реакции кассационной инстанции.
