Верховный Суд Украины оставил без изменений приговор депутату Госдумы РФ – 15 лет лишения свободы с конфискацией всего имущества. Речь о гражданине Российской Федерации, который в феврале 2022 года голосовал за признание так называемых «ДНР» и «ЛНР», что стало одним из формальных поводов для полномасштабного вторжения.
Коллегия судей Второй судебной палаты Кассационного уголовного суда 2 апреля 2026 года отклонила кассационную жалобу защиты. Адвокат настаивал на недопустимости доказательств, собранных из открытых интернет-источников, и требовал отменить решение апелляции. Но суд признал доводы безосновательными.
Что именно произошло в феврале 2022-го
15 февраля 2022 года депутат принял участие в заседании Государственной Думы РФ в Москве. В тот день парламент России проголосовал за обращение к президенту РФ с просьбой признать самопровозглашённые «ДНР» и «ЛНР» как независимые государства. Обвиняемый поддержал это постановление – его фамилия есть в поимённом списке голосовавших «за».
А уже 22 февраля – снова на заседании Думы – он проголосовал за ратификацию договоров о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи между Россией и обеими псевдореспубликами. Эти договоры стали юридическим прикрытием для вторжения, начавшегося 24 февраля. Под предлогом «помощи» «ДНР» и «ЛНР» российская армия пересекла границу.
Тут важный момент: речь не просто о политической позиции или высказываниях. Уголовный кодекс Украины в части 3 статьи 110 предусматривает ответственность за умышленные действия, направленные на изменение границ территории и государственной границы. Особенно если они привели к гибели людей либо другим тяжким последствиям. Именно по этой статье и квалифицировали действия российского парламентария.
Как выстраивали доказательную базу
Суд первой инстанции – Тернопольский горрайонный суд Тернопольской области – ещё 24 февраля 2025 года признал мужчину виновным и назначил 15 лет заключения с полной конфискацией имущества. Апелляционный суд 16 мая 2025 года приговор депутату Госдумы РФ оставил без изменений.
Доказательная база опиралась преимущественно на открытые источники. Следователи изучили официальный сайт Государственной Думы РФ, где хранятся поимённые списки депутатов и результаты голосований. Также исследовали видеозаписи заседаний, стенограммы обсуждений и даже личные страницы обвиняемого в социальных сетях – там он открыто поддерживал вооружённую агрессию против Украины.
Отдельно задокументировали последствия. Протоколами осмотра от марта 2022 года зафиксирована гибель людей, разрушение зданий, уничтожение инфраструктуры вследствие полномасштабного нападения. Эти материалы стали неотъемлемой частью дела.
Почему аргументы защиты не сработали
Адвокат в кассационной жалобе сделал ставку на один аргумент: доказательства собрали с нарушением процедуры. Мол, скриншоты из интернета и видеозаписи – это недопустимые доказательства, поскольку их получили «непроцессуальным путём». Звучало логично, но лишь на первый взгляд.
Верховный Суд напомнил простые вещи. Во-первых, суд кассационной инстанции – это суд права, а не факта. То есть он не переоценивает доказательства, а проверяет, правильно ли их оценили нижестоящие суды с точки зрения закона. Это чётко прописано в статье 433 Уголовного процессуального кодекса Украины.
Во-вторых, и это ключевое: электронные доказательства из открытых источников давно признаны в украинской судебной практике. Верховный Суд сослался на собственные предыдущие решения по делам №569/4319/24 и №766/12766/23. Там ясно сказано: материалы фотосъёмки, видеозаписи, компьютерные данные из интернета, социальных сетей и других открытых ресурсов – это полноценные электронные (цифровые) доказательства. Никакой «непроцессуальности» здесь нет.
Как это работает на практике? Когда следователь осматривает сайт и фиксирует его содержание через скриншоты или запись на носитель – он действует в пределах статьи 237 Уголовного процессуального кодекса Украины. Это обычный осмотр, просто объектом выступает не квартира или автомобиль, а веб-страница. Информация, полученная с неё, затем трансформируется в судебное доказательство – точно так же, как и вещественные доказательства с места преступления.
К слову, суд первой инстанции непосредственно исследовал все эти материалы в ходе рассмотрения дела. Он убедился, что протоколы осмотра соответствуют требованиям статьи 104 УПК Украины, а значит являются надлежащими и допустимыми. Поэтому приговор депутату Госдумы РФ базируется на вполне законных основаниях.
Что с ходатайством о повторном исследовании
Защитник также жаловался, что апелляционный суд проигнорировал его просьбу повторно исследовать доказательства. Но и здесь всё не так однозначно.
Статья 404 Уголовного процессуального кодекса Украины разрешает апелляции повторно изучать обстоятельства дела лишь при двух условиях: если суд первой инстанции исследовал их неполно либо с нарушениями. Простого несогласия с оценкой доказательств недостаточно – иначе апелляция превратилась бы во второй полноценный процесс, а это противоречит самой логике судопроизводства.
Адвокат же, как следует из материалов дела, не привёл ни одного конкретного факта о неполноте или нарушениях. Он лишь не соглашался с тем, как местный суд оценил видеозаписи и скриншоты. А это разные вещи.
Апелляция рассмотрела ходатайство и мотивированно отказала. Своё решение суд изложил в определении согласно требованиям статьи 419 УПК Украины – с надлежащими мотивами. Никаких процессуальных злоупотреблений здесь нет.
Почему это дело показательно
Это не просто очередное дело о военных преступлениях. Оно фиксирует принципиальный подход украинского правосудия: голосование в чужом парламенте не является абстрактным политическим актом, когда оно напрямую ведёт к танкам на границе.
Коллегия судей отдельно подчеркнула важную деталь: обвиняемый достоверно знал о существовании договора между Украиной и РФ о государственной границе от 28 января 2003 года. Россия ратифицировала этот договор ещё в 2004 году – то есть официально признала границы Украины. Стало быть, депутат прекрасно осознавал незаконность собственных действий.
И ещё один нюанс. Сам результат голосования 22 февраля 2022 года стал возможен именно благодаря тому, что каждый из депутатов – в том числе и осуждённый – обеспечил кворум и поддержал решение. Без их коллективного участия ратификация просто не состоялась бы. Так что здесь нет «сторонних наблюдателей» – каждый голос «за» был кирпичом в фундаменте того, что случилось 24 февраля.
Приговор депутату Госдумы РФ, подтверждённый Верховным Судом, вступил в законную силу немедленно после провозглашения 2 апреля 2026 года. Обжаловать его больше негде – это финальная точка в данном деле.
