Имеет ли право на возмещение морального вреда человек, которого оправдали после восьми с половиной лет судебных мытарств? Верховный Суд недавно рассмотрел именно такое дело – и его позиция оказалась неожиданной для многих.
Представьте себе: вам 25 марта 2015 года сообщают о подозрении в преступлении. Вы знаете, что не виновны. Но проходят годы, десятки судебных заседаний, нервы, бессонные ночи, разрушенная репутация. И лишь 17 октября 2023 года – через 8 лет, 6 месяцев и 22 дня – суд окончательно признаёт: вы невиновны.
Именно в такой ситуации оказался житель Львовщины (в судебных документах он фигурирует как ОСОБА_1). После оправдания он подал иск к государству и попросил возместить моральный вред в размере 3 миллиона гривен. Но суды первой и апелляционной инстанций сказали «нет». Почему – и что по этому поводу думает Верховный Суд? Давайте разбираться.
Что произошло на самом деле
История началась с несчастного случая на производстве. В январе 2015 года в троллейбусном депо ЛКП «Львивэлектротранс» слесарь получил тяжкие телесные повреждения – работал без защитной каски. Следствие решило: виноват мастер, который не проконтролировал безопасность.
Проблема в том, что ОСОБА_1 не был мастером. Его должность – бригадир. Но по должностной инструкции он действительно исполнял обязанности мастера, когда тот отсутствовал. 12 января 2015 года (день несчастного случая) мастера на рабочем месте не было. Наш герой искренне считал, что тот заболел, и взял на себя его функции – давал указания слесарю, оформлял документы, которые относятся к исключительным полномочиям мастера, а не бригадира.
А дальше – фатальная ошибка. Руководство предприятия после инцидента предложило ему подписать приказ «задним числом». Мол, не волнуйся, это формальность. У директора, дескать, всё схвачено, раньше уже бывали несчастные случаи – и всё решалось. ОСОБА_1, опасаясь увольнения (он был пенсионером), согласился.
И вот тут начинается самое интересное.
Почему суды отказали в выплате
Галицкий районный суд и Львовский апелляционный суд пришли к выводу: истец сам виноват в том, что его привлекли к уголовной ответственности. Он сознательно ввёл следствие в заблуждение – подписал приказ задним числом, не сообщил об этом ни комиссии по расследованию, ни следователю. А значит, имеет место «самооговор».
Тут важный момент. Часть четвёртая статьи 1176 Гражданского кодекса Украины прямо говорит: если человек путём самооговора препятствовал выяснению истины и этим способствовал незаконному привлечению к ответственности – права на возмещение вреда он не имеет. Никаких выплат. Даже если потом его полностью оправдали.
Суды решили, что это именно тот случай. Истец, мол, доподлинно знал, что он не исполняющий обязанности мастера, не получал за это дополнительной зарплаты – однако сознательно создал у следствия ложное впечатление. Так что пусть теперь не жалуется.
Что такое самооговор на самом деле
Но действительно ли это был самооговор? Коллегия судей Третьей судебной палаты Кассационного гражданского суда Верховного Суда посмотрела на ситуацию иначе.
Самооговор – это когда человек сознательно берёт на себя чужое преступление. Или преувеличивает свою роль в нём. То есть врёт намеренно, чтобы убедить следствие: «это сделал я», хотя на самом деле – нет.
Верховный Суд в своих предыдущих решениях (в частности, по делам № 727/3926/16 и № 704/696/16-ц) чётко очертил признаки самооговора, лишающего права на компенсацию. Он должен быть:
– добровольным (никто не давил, не угрожал);
– заведомо ложным (человек точно знает, что говорит неправду);
– совершённым с целью помешать истине;
– зафиксированным в материалах дела.
Ключевое слово – «заведомо». ОСОБА_1 же искренне считал, что исполнял обязанности мастера законно. Он не знал, что мастер на самом деле не болел и не находился в отпуске. Он просто делал свою работу – а когда директор попросил подписать приказ, не стал спорить. Глупость? Возможно. Но не злой умысел.
Почему решение Верховного Суда – это важно
Верховный Суд обратил внимание на то, что в материалах уголовного производства нет никаких выводов о самооговоре ОСОБА_1. И суды при рассмотрении гражданского дела тоже её фактически не установили. Они просто сделали предположение. А предположение – не доказательство.
Кроме того, суд напомнил: оправдательный приговор – это уже основание для возмещения. Закон Украины «О порядке возмещения вреда, причинённого гражданину незаконными действиями органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, органов досудебного расследования, прокуратуры и суда» в статье 2 прямо это предусматривает. Когда человека полностью реабилитировали – государство обязано компенсировать ему то, что он пережил. Это не благотворительность, а долг.
Коллегия также напомнила о статье 3 этого же Закона – она определяет, что моральным вредом признаются страдания вследствие физического или психического воздействия, которые привели к ухудшению возможностей реализации привычек и желаний, ухудшению отношений с окружающими и другим негативным последствиям. А ОСОБА_1 как раз обо всём этом и говорил в своём иске: о разрушенных жизненных связях, о волнении перед каждым заседанием, об испорченной репутации среди односельчан и коллег.
Определяя размер возмещения морального вреда, стоит помнить и о части третьей статьи 13 того же Закона. Она устанавливает минимальную планку – не менее одной минимальной зарплаты за каждый месяц пребывания под следствием или судом. Это гарантированный государством минимум, а не потолок. И этот минимум считается по размеру зарплаты, действующему на момент рассмотрения дела. Так что 3 миллиона за 8,5 лет – сумма, которую ещё предстоит оценить суду первой инстанции.
Что дальше
Верховный Суд отменил решение Галицкого районного суда от 08 января 2025 года и постановление Львовского апелляционного суда от 15 мая 2025 года, а дело направил на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Там уже придётся детально исследовать, действительно ли имел место самооговор, какой была глубина душевных страданий истца и какой размер компенсации будет справедливым.
Коллегия в составе судей Сытник, Игнатенко, Карпенко, Мартева и Фаловской напомнила: Верховный Суд – это суд права, а не факта. То есть он не может сам оценивать доказательства и определять конкретные суммы. Его задача – исправить правовую ошибку. Что и было сделано.
Это дело – хороший пример того, как формальный подход к понятию «самооговор» может привести к отказу в возмещении морального вреда человеку, который на самом деле пострадал от ошибок следствия. И одновременно – напоминание, что даже после двух проигрышей в нижестоящих судах стоит идти до конца. Иногда справедливость – это просто более долгая дорога.
