Сотрудники СБУ и ГБР задержали адвоката из Черниговской области за взятку в размере 80 тысяч долларов США. За эту сумму защитник гарантировал жене подозреваемого не просто смягчение меры пресечения, а полное прекращение уголовного дела – того самого, где фигурирует организатор каналов для уклонистов.
Представьте ситуацию. Вашего мужа арестовали по подозрению в организации незаконного выезда военнообязанных за границу. Вы напуганы, не понимаете, к кому обратиться. И вот адвокат, которому вы доверили защиту, говорит: «Я договорюсь с судьями, дело закроют, но это будет стоить 80 тысяч». Именно в такую ловушку попала женщина, пришедшая к члену Совета адвокатов Черниговской области. Вместо законной помощи ей предложили за взятку повлиять на правосудие.
Как всё происходило
Муж клиентки на тот момент находился под стражей. Его подозревали в совершении преступления по статье о воспрепятствовании деятельности Вооружённых сил Украины в особый период. Проще говоря, считали причастным к «уклонистской» схеме – той, что помогает военнообязанным избегать мобилизации. Адвокат пообещал жене, что сначала добьётся изменения меры пресечения. То есть мужчину выпустили бы из СИЗО.
Но и это не всё. Юрист заверил, что способен «закрыть дело» целиком. Прекратить уголовное производство без приговора, без доказательств невиновности – просто благодаря нужным договорённостям. Все эти разговоры легли в основу доказательной базы. Сотрудники СБУ задокументировали получение адвокатом аванса. А во время передачи основной суммы – тех самых 80 тысяч долларов – его задержали с поличным.
Что такое злоупотребление влиянием и почему это не просто взятка
Правозащитнику предъявили подозрение по части 3 статьи 369-2 Уголовного кодекса Украины. Это злоупотребление влиянием, соединённое с вымогательством неправомерной выгоды. Звучит громоздко? Разложу по полочкам.
Вообразите, что ваш знакомый, работник ресторана, обещает за деньги «договориться» с санитарным инспектором, чтобы тот закрыл глаза на нарушения. В этой ситуации знакомый не сам берёт взятку – он говорит, что повлияет на инспектора. Так работает статья 369-2. Она наказывает того, кто за вознаграждение предлагает воздействовать на должностное лицо. А если при этом он ещё и требует деньги – это квалифицирующий признак, сразу поднимающий ответственность до части 3.
В нашем случае адвокат не утверждал, что берёт взятку для себя. Он обещал повлиять на судей. И не просто предлагал, а требовал конкретную сумму – 80 тысяч долларов. Осознанно ставил жену подозреваемого в безвыходное положение: хочешь помочь мужу – плати.
Кстати, можно ли было решить вопрос законно? Разумеется. Изменение меры пресечения – рядовая процессуальная процедура. Адвокат мог подать ходатайство, обосновать, почему содержание под стражей неоправданно, и суд рассмотрел бы его по существу. А закрытие дела допустимо только по реабилитирующим основаниям: отсутствие события или состава преступления, непричастность человека. Ни один судья не прекращает производство «по звонку». Но преступники играют на страхе и неосведомлённости людей.
Что сейчас грозит фигуранту
На момент подготовки материала адвокату уже избрали меру пресечения. Содержание под стражей с альтернативой залога в 3,6 миллиона гривен. Это значит, он находится в СИЗО, но может выйти, если внесёт определённую судом сумму на спецсчёт. Не внесёт – останется под арестом до приговора.
Сама статья предусматривает наказание до восьми лет лишения свободы с конфискацией имущества. Практика по части 3 статьи 369-2 УКУ часто оказывается суровой, особенно когда речь о крупных суммах и об адвокатах – людях, которые обязаны соблюдать закон и профессиональную этику.
И ещё важный нюанс. Подозреваемого задержали совместно сотрудники СБУ и ГБР. Почему именно Государственное бюро расследований? Потому что ГБР расследует преступления, совершённые лицами с особым правовым статусом. У адвоката такой статус есть, и он не освобождает от ответственности, а, наоборот, передаёт расследование в руки специализированного органа.
Кто координирует дело
Процессуальное руководство осуществляет Специализированная прокуратура в сфере обороны Офиса Генерального прокурора. Это не случайно: исходное дело – о воспрепятствовании ВСУ – тоже находится в оборонной плоскости. Поэтому прокуроры надзирают за всеми эпизодами в комплексе.
Расследование продолжается. Правоохранители устанавливают все обстоятельства и проверяют, не причастен ли адвокат к другим похожим эпизодам. Сам факт вымогательства с использованием статуса уже даёт основания для дисциплинарной ответственности перед адвокатским самоуправлением, вплоть до лишения права заниматься адвокатской деятельностью.
Подобные истории каждый раз напоминают: когда вам обещают «договориться» с судьями или следователями за деньги, речь идёт не о защите, а о злоупотреблении. Настоящий юрист предлагает законные варианты – жалобы, ходатайства, доказательства. Всё остальное – повод насторожиться и, вероятно, обратиться к другому специалисту. Случай из Чернигова показывает, что сегодня правоохранительная система умеет фиксировать такие преступления и доводить их до реальных подозрений – даже когда фигурант сам адвокат.
