Обратиться в суд с заявлением о неплатежеспособности физического лица – это только первый шаг. Гораздо важнее – правильно это заявление подготовить. Иначе результат может оказаться совсем не таким, на какой вы рассчитывали. Именно это и произошло с заёмщиком, чьё дело недавно рассмотрел Верховный Суд.
Мужчина обратился в Хозяйственный суд Харьковской области, чтобы признать свою неплатежеспособность. Долгов накопилось немало – свыше 400 тысяч гривен перед 16 кредиторами, среди которых и микрофинансовые компании, и банки. Казалось бы, основания очевидны. Но суд первой инстанции в открытии производства отказал. Апелляция решение поддержала. И Верховный Суд по делу №922/3866/25 окончательно расставил точки над «i», оставив жалобу должника без удовлетворения.
Почему так вышло? Давайте разбираться – эта история отличное пособие о том, как не надо готовить заявление о неплатежеспособности.
Что пошло не так: хаос в списке кредиторов
Кодекс Украины по процедурам банкротства (далее – КУзПБ) предъявляет к заявлению должника довольно чёткие требования. Одно из ключевых – конкретизированный список кредиторов. То есть не просто перечень компаний, а полная картина: кому, сколько, на каком основании, с какого времени. И главное – с подтверждающими документами.
В нашем деле с этим возник настоящий детектив. Вот несколько примеров той путаницы, которую обнаружили суды.
Должник указал, что должен ТОВ «Финансова компания Кредиплюс» по кредитному договору №849720. Но в материалах дела этого договора не было. Зато приложен совершенно другой договор – №182098. К нему же – и расчёт задолженности. Только вот в списке кредиторов этот договор никто не упоминал.
Похожая история с ТОВ «ФК Биксбит». В списке кредиторов указана общая сумма долга, но забыли указать отдельно основное обязательство. А это – прямое требование ч. 3 ст. 116 КУзПБ.
Дальше – больше. По нескольким кредиторам, в частности перед ТОВ «Финансова компания Европейская агенция по возврату долгов» и ТОВ «Смартивей Юкрейн», договоры в списке фигурировали одни, а к заявлению прилагались совсем другие. Некоторых договоров вообще не оказалось среди документов.
Когда суд смотрит на такой набор пазлов, которые не складываются в целостную картину, – он не может проверить, действительно ли существуют основания для открытия производства о неплатежеспособности физического лица. И это становится фатальной ошибкой для заявителя.
Декларация, которая вызвала вопросы
Кодекс Украины по процедурам банкротства требует от должника подать декларацию об имущественном положении – за три предыдущих года и за текущий год. Это документ, через который должник раскрывает перед судом и кредиторами своё реальное финансовое состояние. Тут принцип простой: полнота и достоверность.
В декларации за 2025 год заявитель указал доход в размере 216 192 грн – социальные выплаты в Германии. Но одновременно в заявлении упомянул, что имеет небольшой доход от удалённой работы. Мелочь? Не совсем.
Суд посмотрел банковскую выписку и увидел, что на карточку должника от третьих лиц поступали средства – 3000 грн, 13380 грн, 4600 грн, 1870 грн. В декларации этих сумм нет. Объяснений, откуда они взялись, должник суду не предоставил.
Верховный Суд в этой части признал: неуказание отдельной информации в декларации на стадии открытия производства ещё не является грубым нарушением принципа добросовестности. Ведь после открытия дела всё равно будет работать арбитражный управляющий и проверять эти данные. Но когда такие «мелочи» накапливаются, суд видит системную проблему.
Документы на иностранном языке: почему без перевода никак
Должник проживает и получает социальные выплаты в Германии. Значительная часть документов о его доходах и расходах была подана суду на немецком языке. Без перевода. Без нотариального заверения.
Можно ли так? Нет. И вот почему.
Статья 10 Конституции Украины определяет украинский язык как государственный. Судопроизводство ведётся на государственном языке. А Хозяйственный процессуальный кодекс Украины прямо говорит: к письменным доказательствам, изложенным на иностранном языке, должны прилагаться переводы, заверенные надлежащим образом. Для документов юридического характера верность перевода заверяет нотариус.
Суд просто не может оценить документ, содержание которого ему непонятно. Это не формальность, а базовое требование процесса. Так что аргумент жалобщика, что отсутствие перевода – не определяющее основание для отказа, Верховный Суд отклонил.
План реструктуризации, который не убедил
Ещё один обязательный документ – проект плана реструктуризации долгов. Это документ, в котором должник показывает, как именно он собирается рассчитываться с кредиторами. И он должен быть реальным.
В проекте должник указал: доходы – 563 евро соцвыплат плюс ожидаемая зарплата 300 евро. Расходы на бытовые нужды – 34 678 грн ежемесячно. Из них 23 664 грн – только аренда жилья и коммунальные услуги.
А теперь внимание: отдельным соглашением с арбитражным управляющим должник обязался выплатить ему 45 420 грн вознаграждения. Но в проекте плана реструктуризации эти расходы не упоминаются вообще. Суды резонно спросили: за счёт чего должник собирается платить арбитражному управляющему, если весь доход уходит на бытовые нужды?
Без ответа на этот вопрос план реструктуризации выглядит скорее как намерение, а не как реальный инструмент восстановления платёжеспособности.
Что сказал Верховный Суд
Судьи Кассационного хозяйственного суда пришли к выводу: суды первой и апелляционной инстанций всё сделали правильно. Никакого чрезмерного формализма. Дело о неплатежеспособности не открывается автоматически только потому, что должник подал заявление. Нужно доказать наличие оснований – и доказать надлежащими доказательствами.
Верховный Суд напомнил ключевой принцип Кодекса Украины по процедурам банкротства: право на освобождение от долгов через судебную процедуру неплатежеспособности получает лишь добросовестный должник. Тот, кто добросовестно выполняет свои обязанности, демонстрирует стремление к компромиссу с кредиторами и делает всё возможное для погашения долгов. А добросовестность начинается с честного, полного и грамотно подготовленного заявления.
Кроме того, коллегия судей подчеркнула: суд на стадии открытия производства не собирает доказательства вместо должника. Это обязанность заявителя – подать всё необходимое вместе с заявлением. И хотя суд первой инстанции давал возможность устранить недостатки, должник ею не воспользовался.
Кстати, полезная деталь напоследок: отказ в открытии производства – это не приговор. Часть 7 статьи 39 КУзПБ позволяет повторно обратиться в суд после устранения всех недостатков. Так что если вы оказались в похожей ситуации – это повод не опускать руки, а тщательно поработать над документами.
Главный урок дела №922/3866/25 прост: когда речь идёт о неплатежеспособности физического лица, аккуратность и полнота – это не просто слова. Это то, что отделяет успешный старт процедуры от закрытых дверей суда.
