Президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган планирует встречу с Владимиром Путиным на полях саммита Шанхайской организации сотрудничества в Киргизии, чтобы снова предложить посредничество Анкары в переговорах по Украине. Данные об этом появились вечером 31 августа со ссылкой на источник в турецком правительстве, хотя сама Турция официальных подтверждений на тот момент так и не дала.
По сообщению российского пропагандистского агентства РИА Новости, во время возможной беседы турецкая сторона заявит о готовности способствовать урегулированию конфликта и выступить площадкой для диалога между сторонами. Цитируемый собеседник издания говорит: «Турецкая сторона заявит о готовности Анкары способствовать урегулированию конфликта на Украине и выступить посредником между сторонами». Саммит ШОС проходит с 31 августа по 1 сентября, и именно там, по версии кремлевских медиа, лидеры обсудят ситуацию вокруг Украины и в Черном море.
Почему именно сейчас и зачем посредничество
Турция пытается взять на себя роль модератора в войне России против Украины далеко не в первый раз. Еще с весны 2022 года Анкара прикладывала усилия, чтобы организовать прямые переговоры между Киевом и Москвой – сначала в Стамбуле, затем в контексте зерновой сделки. Каждая такая попытка позволяла Эрдогану балансировать между Западом и Россией, сохраняя экономические связи с обоими центрами силы.
Нынешний всплеск дипломатической активности совпадает сразу с несколькими факторами. Во-первых, зерновая сделка фактически перестала действовать, и возобновить ее без прямого разговора с Путиным практически невозможно. Во-вторых, Турция последовательно пытается закрепить за собой статус незаменимой переговорной площадки – это повышает ее вес и в НАТО, и на глобальном Юге. И в-третьих, сам формат ШОС дает редкую возможность, когда в одном месте собираются Китай, Россия и государства Центральной Азии, – для Анкары это окно возможностей.
Что известно об источнике информации
Тут важный момент: сообщение о встрече Эрдогана и Путина исходит не от официальной Анкары, а от российского государственного агентства, которое систематически использует подобные «утечки» для создания нужной Кремлю информационной картины. На вечер 31 августа ни администрация президента, ни МИД Турции новость не подтверждали.
Это вовсе не значит, что разговора не будет. В дипломатии такие анонсы часто появляются сначала с одной стороны, а вторая подтверждает их уже постфактум или прямо перед встречей. Но читать подобные новости стоит с поправкой: пока мы имеем лишь версию источника, подхваченную пропагандистским каналом. Реальная встреча Эрдогана и Путина вполне возможна, однако ее точное содержание станет понятным только после официальных заявлений.
О чем могут говорить лидеры: украинский и черноморский треки
Даже если официальная тема – «ситуация на Украине и в Черном море», опыт подсказывает, что повестка будет значительно шире. Для Турции критически важно вернуться к полноценной работе зернового коридора: от него зависит не только продовольственная безопасность десятков стран, но и серьезный поток логистических и страховых контрактов, проходящих через турецких операторов.
Кроме того, Эрдоган, скорее всего, затронет вопросы обмена пленными и гуманитарных коридоров – те темы, где его предыдущее посредничество действительно давало конкретные результаты. Не стоит забывать и о двусторонней экономике. Турция остается одним из немногих каналов, через которые в Россию поступает широкий спектр товаров, и сохранение такого статуса требует постоянного диалога на высшем уровне.
А вот появятся ли в переговорах очертания какого-то нового «мирного плана» – вопрос открытый. Пока никаких деталей о конкретном документе или предложениях, которые турецкая сторона могла бы привезти на саммит, нет. Скорее всего, речь пойдет о проговаривании общих условий возможного переговорного процесса, а не о готовом тексте соглашения.
Контекст ШОС и место Турции
Шанхайская организация сотрудничества – это объединение, где ключевую роль играют Китай и Россия, а также страны Центральной Азии, Индия и Пакистан. Турция имеет там статус партнера по диалогу, то есть полноправным членом не является, однако ее присутствие на саммитах такого уровня стало привычным.
Для Эрдогана такой формат удобен как раз тем, что позволяет провести двустороннюю встречу с Путиным без того напряжения, которым сопровождался бы, например, визит в Москву или прием российского президента в Анкаре. ШОС выступает как нейтральный фон, хотя на деле никакой нейтральности в отношении войны в Украине у этой организации нет: большинство ее членов либо прямо поддерживают Россию, либо стараются избегать осуждения.
Именно поэтому любые заявления Эрдогана о посредничестве, сделанные на полях ШОС, сразу попадают в сложную дипломатическую рамку. Киеву придется оценивать их через призму того, что озвучиваются они фактически на площадке, дружественной Кремлю. А отсутствие официального комментария Турции вечером 31 августа лишь подчеркивает, насколько деликатным остается этот вопрос для самой Анкары.
Почему официального заявления Турции до сих пор нет
Задержка с подтверждением встречи Эрдогана и Путина может объясняться несколькими причинами. Турецкие дипломаты традиционно очень осторожно обращаются с анонсами, касающимися войны в Украине, особенно когда речь идет о прямом контакте с российским диктатором. Во-первых, это позволяет сохранить пространство для маневра, если переговоры сорвутся или изменят формат. Во-вторых, излишняя публичность способна навредить тем самым посредническим функциям, которые Турция пытается выполнять.
К тому же именно сейчас Анкара активно обсуждает с западными партнерами вопросы поставок вооружений и другие темы безопасности, и слишком заметный контакт с Путиным мог бы создать недопонимание. Поэтому отсутствие официального заявления – вполне логичный шаг, который, скорее, свидетельствует о том, что подготовка к встрече действительно идет, а не о том, что ее не будет.
В любом случае по состоянию на утро 1 сентября мы находимся в ситуации, когда все карты – в руках у политиков, а внешним наблюдателям приходится ориентироваться на сообщения, поступающие из российских источников. Возможный разговор двух лидеров способен повлиять на безопасность судоходства в Черном море, гуманитарные вопросы и общий ход попыток найти дипломатический выход из войны. Но без прямого участия Украины никакое посредничество не превратится в реальный мирный процесс – и опыт предыдущих раундов это не раз доказывал.
