Президент Владимир Зеленский верит, что процесс переговоров с Россией, затормозивший из-за конфликта на Ближнем Востоке, обязательно возобновится. Он заявил об этом на совместной пресс-конференции с президентом Гондураса Насри Асфурой, сообщает «Европейская правда» со ссылкой на «Интерфакс-Украина».
«Раунды переговоров, я думаю, возобновятся. Вопрос в каком формате», — сказал он. Глава государства намекнул, что к следующим раундам могут активно подключиться европейские партнеры. Для Киева это принципиально: в идеале за столом должны сидеть не только американцы, но и представители ЕС.
Почему именно так? Представьте переговоры о мире как сложный контракт, где каждая сторона хочет получить не просто подпись, а реальные гарантии. Украина рассчитывает на обязательства по безопасности после завершения войны и на полноценное членство в Европейском Союзе. Без прямого участия Брюсселя обсудить эти пункты почти невозможно. «Европейцы видят свой трек. Европейцы за то, чтобы это был общий трек – американцы и европейцы. И все также поддерживают трек, который последним мы предложили», — пояснил президент.
Сам Зеленский склоняется к двусторонним переговорам, но настаивает, чтобы партнеры обязательно были рядом. Прямой диалог с Россией возможен, однако коллективное давление запада никто не отменял. Он даже добавил, что Москве фактически дают возможность выбрать удобный для нее формат. Это тонкий дипломатический ход: показать гибкость, не теряя поддержки союзников.
Когда внимание мира переключилось на иранское направление, дипломатические консультации по Украине не просто приостановились — они почти исчезли из публичной повестки. Аппараты советников по нацбезопасности переориентировались на кризисное реагирование, а телефонные линии между Вашингтоном, Киевом и Москвой остыли. Это типичная история для большой политики: как только где-то вспыхивает новый конфликт, старые переговорные треки отходят на второй план. Но за кулисами тишина была обманчивой.
Тем временем переговорный процесс по завершению войны при посредничестве США остановился еще в феврале. Тогда мир отвлекла совместная американо-израильская операция против Ирана. Вести о взрывах и эскалации на Ближнем Востоке на месяцы вытеснили украинскую тему с первых полос. Дипломатические каналы будто замерли — контакты не прервались, но и прорывов никто не ждал.
Несмотря на это, Киев не оставлял попыток. За кулисами официальных заявлений шла работа. Зеленский рассказал, что предлагал встретиться с Владимиром Путиным прямо на саммите G7 во Франции на этой неделе. Задумка была простой: лидеры «Большой семерки» стали бы свидетелями начала диалога, а медийный эффект подтолкнул бы обе стороны к конкретике. Однако, по словам президента, Россия «не была готова говорить».
Но Киев сделал и письменный шаг. 4 июня украинский президент направил письмо главе Кремля. В нем шла речь о личной двусторонней встрече для завершения войны. Отдельно подчеркивалось, что к переговорам необходимо привлечь и Европу, и США. Такие письменные демарши редко дают мгновенный результат, но они фиксируют позицию и создают формальный повод для следующих контактов. В дипломатии это называют «сохранить мяч на поле». Если через неделю или две появится посредник, у него уже будет официальный документ, на который можно сослаться.
А с посредниками ситуация сдвинулась. В Кремле анонсировали, что спецпредставители президента США Стив Уиткофф и Джаред Кушнер в ближайшее время снова приедут в Москву. Это те самые люди, которых называют неофициальными архитекторами нескольких громких сделок администрации. Их появление в российской столице — это всегда больше, чем протокольный визит. Скорее всего, они везут не просто приветствия, а конкретные предложения по структуре будущих переговоров. Услышит ли их Кремль — вопрос открытый, но сам факт приезда говорит о том, что Вашингтон не хочет оставлять переговорную площадку пустой.
Означает ли это, что переговорный процесс наконец выйдет из тени? Вопрос риторический, однако опыт показывает: когда в Москву едут сразу два высокопоставленных эмиссара, где-то рядом уже лежит проект соглашения — или по крайней мере черновик новой повестки дня.
Украинская сторона внимательно следит за этими сигналами. Все понимают: чем шире круг участников переговоров, тем меньше шансов на кулуарные договоренности в ущерб Киеву. Параллельно европейские дипломаты публично и непублично дают понять, что их голос должен звучать так же громко, как и голос Вашингтона. Ведь речь идет не только о прекращении огня, но и о том, какой будет архитектура безопасности на континенте после войны.
Сам переговорный процесс напоминает сбор гигантского пазла, где каждый кусочек — это чей-то интерес. Киеву нужны гарантии, что история не повторится. Брюссель хочет стабильности на границах. Вашингтон думает о глобальном балансе. А Москва, очевидно, пытается выторговать максимум, пока не села за стол. Если раунды действительно возобновятся, участникам придется не просто обменяться заявлениями, а начать говорить языком конкретных обязательств.
Пока главный вопрос — не когда, а в каком составе соберутся участники. Если Киеву удастся усадить за стол и американцев, и европейцев, это будет означать признание того, что мир в Украине невозможен без учета интересов всего трансатлантического альянса. Если же формат сузится до двустороннего канала между Москвой и Вашингтоном, риски «большой сделки» за спиной Украины возрастут. Поэтому сейчас каждое заявление о переговорном процессе сопровождается десятками непубличных консультаций с союзниками.
Обсудить эту новость в моем телеграм-канале Адвокат Олег Лукьянчиков
