Смерть судьи после оглашения решения – ситуация трагическая и, к счастью, редкая. Но когда такое случается, перед участниками процесса встаёт непростой вопрос: законно ли решение, полный текст которого не успел подписать каждый член коллегии? Большая Палата Верховного Суда недавно расставила все точки над «i». Её выводы стоят того, чтобы с ними ознакомился каждый, кто имеет дело с судебной системой.
История началась с, казалось бы, рядового дела об алиментах. В мае 2024 года Измаильский горрайонный суд Одесской области выдал судебный приказ о взыскании алиментов с мужчины на содержание двоих детей. Размер – треть заработка, как того требует закон. Обычная практика, сотни таких приказов выносятся ежедневно.
Но через полгода появилась другая женщина. У неё тоже были общие дети с должником, и она утверждала, что судебный приказ нарушает их интересы. Мол, суд не учёл, что у мужчины четверо несовершеннолетних детей, а не двое. И подала заявление об отмене того приказа.
Суд первой инстанции вернул её заявление без рассмотрения. Апелляция это решение поддержала. Логика была проста: Гражданский процессуальный кодекс Украины не позволяет обжаловать судебный приказ об алиментах через процедуру его отмены. Для этого существует другой путь – иск об уменьшении размера алиментов.
И вот тут начинается самое интересное.
Что пошло не так в апелляции
Когда апелляционный суд выносил решение, всё шло по процедуре. Коллегия из трёх судей рассмотрела жалобу, огласила вступительную и резолютивную части – так называемое сокращённое решение. Все трое судей его подписали. Казалось бы, никаких проблем.
Но пока готовился полный текст постановления, один из судей умер. И полный текст подписали только двое из трёх членов коллегии.
Для заявительницы это стало вторым шансом. Она подала кассационную жалобу и сослалась на пункт 3 части первой статьи 411 Гражданского процессуального кодекса Украины. Эта норма говорит: судебное решение подлежит обязательной отмене, если оно «не подписано кем-либо из судей или подписано не теми судьями, которые указаны в судебном решении».
Формально – всё верно. Подписи одного судьи нет. Значит, решение нужно отменять? Или не всё так однозначно?
Когда формальность не решает всё
Коллегия Кассационного гражданского суда, рассматривавшая дело, оказалась перед дилеммой. Дело в том, что Кассационный административный суд уже высказался на этот счёт. Причём дважды. В постановлениях от 24 июля 2025 года и от 1 октября 2025 года он занял однозначную позицию: отсутствие подписи судьи из-за смерти – безусловное основание для отмены. Точка. Даже если причина объективная и непреодолимая.
Но гражданская коллегия с таким подходом не согласилась. И вот почему.
Представьте: суд рассмотрел дело, огласил решение, все судьи его подписали – в сокращённом формате. Стороны услышали результат в зале заседания. Акт правосудия состоялся. Полный текст с мотивировкой – это уже техническое оформление принятого решения, а не новый акт. Смерть судьи после этого – трагедия, но она не ставит под сомнение ни состав суда, ни содержание решения.
Гражданская коллегия решила, что нужно отступить от позиции административного суда. И передала дело на рассмотрение Большой Палаты.
Что сказала Большая Палата
Большая Палата поддержала гражданскую коллегию. И сформулировала позицию, которая теперь станет ориентиром для всех судов.
Главный аргумент таков: пункт 3 части первой статьи 411 ГПК действительно требует отмены неподписанного решения. Но эта норма создана для других ситуаций. Для случаев, когда судья просто не выполнил свою обязанность – не подписал решение без уважительных причин. Или когда состав суда, подписавший решение, не соответствует тому, что указан в документе. Здесь же причина – смерть судьи. Объективная, трагическая, непреодолимая.
Кроме того, в материалах дела есть сокращённое решение, подписанное всем составом суда. Именно оно и является актом правосудия, оглашённым в заседании. Полный текст – лишь его письменное оформление. И отсутствие одной подписи в нём не уничтожает легитимности всего судебного акта.
Большая Палата также подчеркнула: противоположный подход приводил бы к отмене законных решений по сугубо формальным причинам. А это противоречит принципу правовой определённости – одной из ключевых составляющих верховенства права. Только представьте: суды месяцами рассматривают дело, выносят решение, а потом всё приходится начинать заново лишь потому, что судья умер до подписания полного текста. И это при том, что сокращённое решение уже подписано всеми и ни у кого не вызывает сомнений.
А что с остальными доводами заявительницы?
Помимо процессуального вопроса, заявительница приводила и другие аргументы. В частности, она считала, что суд должен был привлечь её к рассмотрению заявления о выдаче судебного приказа как заинтересованное лицо.
Суды обеих инстанций обоснованно отклонили этот довод. Всё дело в том, что статья 170 Гражданского процессуального кодекса Украины прямо запрещает подавать заявление об отмене судебного приказа, выданного по пункту 4 части первой статьи 161 – то есть как раз о взыскании алиментов в доле от дохода. Кодекс чётко разграничивает: такой приказ можно оспорить только через отдельный иск. Например, иск об уменьшении размера алиментов или об их прекращении. Либо через пересмотр по вновь открывшимся обстоятельствам. Обо всём этом должника предупреждают прямо в тексте судебного приказа.
К слову, сама заявительница не лишена права подать отдельный иск о взыскании алиментов с отца на своих детей. Её интересы можно защитить иным способом.
Кассационную жалобу отклонили полностью. И определение первой инстанции, и постановление апелляции остались без изменений.
Отныне правило такое: если сокращённое судебное решение подписано всем составом суда, отсутствие подписи судьи в полном тексте по объективным причинам (таким как смерть судьи) не является безусловным основанием для отмены. Нормы во всех трёх процессуальных кодексах – гражданском, административном и хозяйственном – тождественны, так что логика распространяется на любое судопроизводство. А от противоположных выводов Кассационного административного суда по делам №520/12864/24 и №520/21767/23 Большая Палата отступила прямо и недвусмысленно.
