Срок обжалования требования об уплате единого взноса – шесть месяцев. Но с какого момента он начинает течь? Представьте: вы открываете «Дію» и вдруг видите, что ваш счёт заблокирован. Выясняется – налоговая выставила требование об уплате долга ещё несколько лет назад, а вы об этом даже не подозревали. Можно ли в такой ситуации оспорить требование в суде? Или срок уже безнадёжно пропущен?
Именно такая история стала предметом рассмотрения Верховного Суда по делу № 420/11772/25. Решение, принятое коллегией судей 28 мая 2026 года, оказалось весьма показательным – оно напоминает, что формальный подход к процессуальным срокам оправдан далеко не всегда.
Что произошло: хронология спора
Женщина обратилась в суд с иском к Главному управлению ГНС в Одесской области. Она просила отменить два требования об уплате долга по единому взносу – одно от 8 февраля 2019 года на сумму 18 276,72 грн, другое от 2 февраля 2021 года на 37 788,74 грн. Кроме того, истица требовала отменить начисления ЕСВ за 2017–2020 годы и обязать налоговую скорректировать данные в интегрированной карточке плательщика.
Иск подали в апреле 2025 года. Прошло больше четырёх лет после выставления первого требования.
Почему так долго? Со слов женщины, о существовании этих требований она узнала лишь в начале 2025 года – через приложение «Дія», после блокировки счёта. До этого момента она просто не знала, что налоговая от неё что-то требует. Когда поняла – сразу обратилась в контролирующий орган с запросом, получила ответ и пошла в суд.
Что решили суды первой и апелляционной инстанций
Одесский окружной административный суд оставил исковое заявление без рассмотрения. Пятый апелляционный административный суд с таким решением согласился.
Логика была следующей. Во-первых, оспариваемые требования направлялись истице заказными письмами. Письма вернулись отправителю с отметками «за истечением срока хранения» и «адресат отсутствует». А по закону – в частности по Инструкции № 449 и Налоговому кодексу Украины – это считается надлежащим вручением.
Во-вторых, в отношении истицы ещё в 2019 и 2021 годах открыли исполнительные производства. На протяжении 2022–2023 годов из её доходов уже взыскивали средства. Суды предположили: если работодатель проводил удержания, то согласно статье 110 КЗоТ Украины он должен был сообщать работнице об этом при каждой выплате зарплаты. Значит, женщина обязана была знать о долге ещё с февраля 2022 года.
В-третьих, в деле имелось платёжное поручение от 9 декабря 2023 года – истица добровольно уплатила часть задолженности, причём за пределами исполнительного производства. Это, по мнению судов, доказывало её осведомлённость о долге задолго до 2025 года.
Общий вывод судов предыдущих инстанций: женщина пропустила шестимесячный срок без уважительных причин. Пассивное поведение и незнание о нарушении из-за безразличия к своим правам – не повод для восстановления срока.
Что сказал Верховный Суд
И вот здесь начинается самое интересное. Верховный Суд в составе коллегии судей Кассационного административного суда под председательством судьи-докладчика Блаживской Н.Е. взглянул на ситуацию иначе.
Первое, на что обратили внимание, – суды предыдущих инстанций признали факт надлежащего вручения требований, но не проверили, была ли истица фактически осведомлена об их вынесении. А это ключевой момент. Ведь срок обжалования требования об уплате единого взноса начинает течь не с даты на бумаге, а со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своих прав. Об этом прямо говорит часть вторая статьи 122 КАС Украины.
Верховный Суд напомнил важную вещь: Закон № 2464-VI «О сборе и учёте единого взноса на общеобязательное государственное социальное страхование» не предусматривает никаких специальных ограничительных сроков для судебного обжалования требования. То есть действует общее правило Кодекса административного судопроизводства Украины – шесть месяцев с момента, когда человек реально узнал.
Но знала ли истица на самом деле? Суды первой и апелляционной инстанций, по сути, построили свой вывод на презумпции: если закон обязывает работодателя сообщать об удержаниях, значит, сообщил. Однако никаких доказательств того, что работодатель действительно это сделал, в материалах дела не было.
То же касается частичной уплаты долга в 2023 году. Суды не установили, понимала ли женщина, что платит именно по оспариваемым требованиям, известны ли ей были их реквизиты и правовая природа. Сам по себе факт платежа – особенно совершённого за пределами исполнительного производства – ещё не означает, что человек осознавал: он выполняет конкретный акт налогового органа.
Почтовое уведомление тоже имеет значение
Отдельно Верховный Суд подчеркнул, что суды должны были проверить соблюдение оператором почтовой связи требований Правил предоставления услуг почтовой связи, утверждённых постановлением Кабинета Министров Украины от 5 марта 2009 года № 270.
Тут важный нюанс: вкладывались ли уведомления в абонентский почтовый ящик? Отправлялись ли смс-сообщения? Были ли соблюдены сроки хранения писем? Всё это напрямую влияет на определение момента, с которого требование можно считать вручённым. А от этого момента, в свою очередь, зависит и начало течения срока обжалования требования об уплате единого взноса.
Коллегия судей сослалась на собственное постановление от 5 марта 2026 года по делу № 120/12990/25, где уже обращалось внимание на важность соблюдения операторами почтовой связи этих правил в контексте оценки пропуска процессуальных сроков.
Право на доступ к суду – не пустой звук
Верховный Суд сослался на практику Европейского суда по правам человека, в частности на решение по делу «Bellet v. France». Позиция такова: ограничения права на доступ к суду допустимы, но они не могут нарушать саму суть этого права. Должен быть разумный баланс между применёнными средствами и целью.
Когда человека лишают возможности судебной защиты лишь на основании предположений – это и есть тот самый чрезмерный формализм, который нарушает статью 55 Конституции Украины и пункт 1 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.
Кроме того, истица в кассационной жалобе ссылалась на обстоятельства военного положения – воздушные тревоги, обстрелы, перебои с электроснабжением, ухудшение психоэмоционального состояния. И хотя Верховный Суд не анализировал эти аргументы отдельно, они тоже могут быть учтены при новом рассмотрении дела. Ведь война – это не просто фон, а реальный фактор, усложняющий людям доступ к правосудию.
Куда движется дело дальше
Верховный Суд отменил определение Одесского окружного административного суда от 22 января 2026 года и постановление Пятого апелляционного административного суда от 23 марта 2026 года. Дело направили на продолжение рассмотрения в суд первой инстанции.
Теперь Одесскому окружному административному суду предстоит детально исследовать все обстоятельства: была ли истица фактически осведомлена о требованиях, соблюдена ли процедура почтового уведомления, действительно ли работодатель информировал её об удержаниях, и если да – когда именно. И уже на основании этих фактов решать, пропущен ли срок обжалования требования об уплате единого взноса и есть ли основания для его восстановления.
Это дело – хорошее напоминание о том, что право на судебную защиту не должно зависеть от того, насколько формально суд подошёл к подсчёту календарных дней. Порой за сухими датами стоят реальные жизненные обстоятельства, которые стоит увидеть. А бремя доказывания осведомлённости лица с решением субъекта властных полномочий не может перекладываться на это лицо через одно лишь предположение, что «оно должно было знать».
