Представьте ситуацию: конфликт на тротуаре, драка, нецензурная брань. А следом – уголовное дело по части 2 статьи 296 Уголовного кодекса Украины. И вот защитник в кассации заявляет: тротуар – это не общественное место, а значит, и состава хулиганства нет. Именно такую позицию 10 марта 2026 года рассмотрел Верховный Суд по делу, которое тянулось аж с 2018 года. Решение, честно говоря, получилось поучительным для всех, кто соприкасается с уголовным правом.
Что случилось тем вечером в Христиновке
8 июня 2018 года, около 21:00. Городской парк имени Шевченко в Христиновке на Черкасщине. Три женщины, как установил суд, распивали алкоголь в общественном месте и припарковали автомобиль прямо в парковой зоне. Мимо проходила семейная пара. Мужчина сделал замечание по поводу нарушения порядка – и сделал это, согласно материалам дела, в форме приветствия с нецензурной лексикой.
Реакция последовала мгновенно. Все трое подошли к супругам, начали нецензурно выражаться, а затем нанесли удары руками по разным частям тела обоим потерпевшим. Итог – лёгкие телесные повреждения, зафиксированные судебно-медицинскими экспертизами.
Конфликт попал на видео. Кто-то из очевидцев снимал всё на мобильный телефон, и эти записи позже стали ключевыми доказательствами. Монастырищенский районный суд Черкасской области 9 апреля 2024 года признал всех трёх женщин виновными по части 2 статьи 296 Уголовного кодекса Украины – хулиганство, совершённое группой лиц. Назначил 2 года 6 месяцев лишения свободы. И тут же освободил от наказания: сроки давности привлечения к уголовной ответственности, предусмотренные пунктом 3 части 1 статьи 49 Уголовного кодекса Украины, истекли.
Защитник с таким решением не согласился. Апелляционный суд оставил приговор без изменений. Тогда адвокат пошёл в кассацию.
Почему защита настаивала: тротуар – не общественное место
Аргументы стороны защиты в кассационной жалобе были, скажем так, неожиданными. Первый и самый громкий: тротуар не является общественным местом. Логика, очевидно, строилась на том, что событие происходило не в самом парке, а на прилегающем тротуаре, который якобы не подпадает под определение общественного места для целей статьи 296 Уголовного кодекса Украины.
Второй аргумент: нет умысла на грубое нарушение общественного порядка. Осуждённые, мол, лишь пытались пресечь агрессивное поведение потерпевшего, который сам начал конфликт нецензурным приветствием. С точки зрения защиты, это был обычный бытовой конфликт, а не хулиганство.
И третий аргумент, сугубо технический: суд назначил одно наказание для всех трёх обвиняемых, а не каждой отдельно, как того требует Уголовный процессуальный кодекс Украины.
Как суд объяснил, что такое общественное место
Вот тут – самое интересное. Верховный Суд в постановлении от 10 марта 2026 года чётко и недвусмысленно сказал: тротуар – общественное место. Без вариантов.
Тротуар, по определению, является элементом дороги, предназначенным для движения пешеходов. Он прилегает к проезжей части или отделён от неё газоном. Это часть улично-дорожной сети, свободная для неограниченного круга лиц. Кто угодно может там находиться в любое время. А значит – перед нами самое что ни на есть общественное место.
Кроме того, суд апелляционной инстанции обратил внимание на важный географический нюанс: тротуар, где произошёл конфликт, разграничивает парковую зону и проезжую часть, прилегая к обеим. Иными словами, даже если смотреть чисто пространственно – это часть публичного пространства, где постоянно ходят люди.
Коллегия судей также напомнила: по устоявшейся судебной практике общественный порядок может быть нарушен даже в безлюдном месте, в любое время суток, в присутствии лишь самого потерпевшего. Так что дискуссия о том, является ли тротуар общественным местом, с точки зрения права вообще не должна была возникать.
Хулиганство или конфликт на личной почве?
Второй блок аргументов защиты касался квалификации действий. Ключевой вопрос: где грань между хулиганством и преступлением против личности?
Верховный Суд напомнил базовые критерии. Если драка возникла из-за личной неприязни, из-за предыдущего конфликта между знакомыми людьми – это одна история. Если же действия совершаются из мотивов явного неуважения к обществу, сопровождаются особой дерзостью, а поводом становится какая-то мелочь – это хулиганство.
Что увидел суд в этом деле? Во-первых, стороны не были знакомы. Никаких личных неприязненных отношений до конфликта не существовало. Во-вторых, инициаторами стали именно обвиняемые: они подошли к потерпевшим в ответ на замечание, которое хоть и было сделано в грубой форме, но по сути оказалось справедливым – о парковке в парке и употреблении алкоголя в общественном месте. В-третьих, одна из потерпевших вообще не участвовала в словесной перепалке – она просто была рядом с мужем.
Суд первой инстанции установил: действия обвиняемых были активными, дерзкими, демонстративными. Они показали своё превосходство, пренебрежение к правилам поведения в обществе. И это, по мнению всех трёх судебных инстанций, является классическим хуліганством, а не бытовой ссорой.
Кстати, стоит вспомнить правовую позицию Большой Палаты по делу №288/1158/16-к от 3 июля 2019 года. Там чётко сказано: для квалификации по статье 296 Уголовного кодекса Украины обязательным является сочетание объективной стороны – грубое нарушение общественного порядка с особой дерзостью или исключительным цинизмом – и субъективной стороны, то есть мотива явного неуважения к обществу. В этом деле оба компонента присутствовали.
Наказание «одно на всех» – действительно ли нарушение
Что касается третьего аргумента защиты – здесь всё не так однозначно, но и не фатально для приговора.
Да, пункт 2 части 4 статьи 374 Уголовного процессуального кодекса Украины действительно требует указывать в резолютивной части приговора наказание по каждому обвинению отдельно. Суд первой инстанции сформулировал это как «назначить наказание в виде лишения свободы сроком на 2 года 6 месяцев», обращаясь ко всем трём обвиняемым вместе, а не к каждой персонально.
Верховный Суд согласился: формулировка неидеальна. Но это не то существенное нарушение, которое влечёт безусловную отмену судебного решения. Во-первых, размер наказания одинаков для всех – санкция части 2 статьи 296 Уголовного кодекса Украины вполне это позволяет. Во-вторых, и это главное, всех троих одинаково освободили от наказания в связи с истечением сроков давности на основании части 5 статьи 74 Уголовного кодекса Украины.
Другими словами, любое редактирование резолютивной части приговора никоим образом не изменило бы судьбу осуждённых. Поэтому кассационный суд этот довод отклонил.
Несколько дополнительных штрихов к общей картине. Защита пыталась исключить из доказательной базы видеозаписи с мобильных телефонов, однако апелляционный суд признал их надлежащими доказательствами. Они объективно отражают обстоятельства события и вместе с другими материалами дела подтверждают и факт драки, и виновность обвиняемых. Так же допустимыми были признаны выводы судебно-медицинских экспертиз – их проводил квалифицированный эксперт на основании предоставленных материалов. А вот выписку из стенограммы сессии Черкасского областного совета, где заслушивали потерпевших, суд обоснованно признал недопустимым доказательством – из-за нарушения принципа непосредственности восприятия показаний. Это лишний раз подтверждает: суды подошли к оценке каждого доказательства тщательно и без предвзятости.
Верховный Суд оставил приговор и определение апелляционного суда без изменений. Кассационная жалоба защитника не нашла поддержки. Дело, начавшееся летним вечером 2018 года в маленьком черкасском городке, завершилось в марте 2026-го в зале Кассационного уголовного суда. И хотя осуждённые избежали реального наказания из-за истечения сроков давности, правовая позиция, сформулированная Судом, уже стала частью практики: тротуар – это общественное место. Точка.
