Цифра в 270 миллиардов гривен прозвучала не на пресс-конференции, а на закрытой встрече правительства с парламентскими фракциями. Народный депутат Ярослав Железняк сразу поделился услышанным в своём телеграм-канале: по словам первого вице-премьера Юлии Свириденко, именно столько нужно, чтобы закрыть дыру в армейском бюджете и запустить обещанную реформу заработных плат. Эти деньги не про «хорошо бы», а про то, без чего армия просто не вытянет следующий год.
Откуда взялись 270 млрд.: две цифры, которые нельзя игнорировать
Сумма складывается из двух частей, и ни одна из них не является мелочью. Первые 150 млрд. грн. – это дефицит, который уже есть. То есть армия прямо сейчас недополучает средства на самое необходимое, и это без каких-либо изменений в системе выплат. Вторые 120 млрд. – цена реформы оплаты труда, которую анонсировали не раз и которая должна наконец сделать военную службу финансово привлекательной. Сложите эти две цифры и получите 270 млрд. – сумму, равную примерно трети всех налогов, которые государство собирает за год.
Когда слышишь такие числа, легко растеряться. Но давайте разложим по полочкам, куда именно должны пойти эти деньги.
150 млрд. прямо сейчас – на что их не хватает
Представьте себе воинскую часть, которая работает на пределе. Боеприпасы есть, но не в нужном количестве. Техника ездит, но ремонтировать её становится всё дороже. Топливо, питание, обмундирование, медикаменты – всё это не падает с неба, а покупается за бюджетные деньги. И вот уже сейчас, без всяких экспериментов с зарплатами, армии требуется на 150 млрд. больше, чем заложено в смету.
Это не значит, что солдаты останутся голодными или без оружия. Но это значит, что финансисты вынуждены будут перебрасывать деньги с одной статьи на другую, затягивать платежи, откладывать закупки. В масштабах страны такое латание дыр приводит к накоплению усталости. И эта усталость имеет вполне конкретный ценник – 150 млрд. грн.
Реформа оплаты труда: +120 млрд., которые меняют правила игры
А теперь к текущему дефициту добавьте ещё одно обязательство. Правительство уже не впервые обещает пересмотреть зарплаты военных. Идея проста: вместо того чтобы боец получал десяток разных надбавок – за интенсивность, за секретность, за выслугу, за условия – должна появиться чёткая система. Базовый оклад плюс плата за должность плюс фиксированное боевое вознаграждение. И размеры этих выплат должны быть такими, чтобы человек не думал о подработке, а сосредотачивался на службе.
По оценкам правительства, такая реформа обойдётся дополнительно в 120 млрд. грн. в год. Это не просто индексация на процент-два. Речь идёт о кратном повышении для рядового и сержантского состава. К примеру, стрелок, который сегодня получает 20–25 тыс. грн., мог бы рассчитывать на 50–70 тыс. Для офицеров цифры ещё выше. И это действительно способно переломить ситуацию с кадрами, когда специалисты уходят в гражданскую жизнь, потому что там стабильнее.
Масштаб, который трудно осознать: 54 года «Доступных лекарств»
Когда политики называют миллиарды, глаз «замыливается». Чтобы понять, насколько это огромная сумма, достаточно одного сравнения. Годовой бюджет программы «Доступные лекарства», которой пользуются миллионы украинцев, – около 5 млрд. грн. Получается, что 270 млрд. – это 54 года такой программы. Или почти половина всех денег, которые государство собирает от налога на доходы физических лиц за год.
И это сравнение не для того, чтобы кого-то напугать. Оно нужно, чтобы мы все осознали: война – это не просто новости с фронта. Это колоссальное финансовое бремя, которое ложится на плечи каждого налогоплательщика. И когда говорят «армия – приоритет номер один», за этими словами стоят именно такие цифры.
Почему оборонный бюджет-гигант всё равно трещит
Но постойте, скажете вы, разве на оборону не выделяют и без того бешеные деньги? В 2026 году бюджет сектора безопасности и обороны превысил 2,5 трлн. грн. – это больше четверти всего ВВП страны. Казалось бы, хватит на всё. Однако есть нюанс: бóльшая часть этих средств направляется на оружие, технику, содержание подразделений. А прямое финансирование зарплатного фонда – это почти исключительно внутренний ресурс. Международные партнёры помогают танками, ракетами, обучением, но не дают живых денег в карман украинским солдатам. Эту ношу несём мы сами.
Инфляция, мобилизация и другие молчаливые пожиратели денег
Инфляция – тихий вор, который обесценивает даже самые большие бюджеты. Если ещё два года назад 100 млрд. могли закрыть значительно больше потребностей, то сегодня те же деньги «похудели» почти на треть. Добавьте к этому увеличение численности армии – ведь мобилизация продолжается, количество подразделений растёт, и каждому новому бойцу нужно платить. Плюс постоянный рост цен на топливо, запчасти, медицинское оборудование. Всё это вместе и создаёт тот самый дефицит в 150 млрд., который не зависит от чьей-то халатности, а является прямым следствием войны.
Как на самом деле должна выглядеть новая система зарплат
Чтобы реформа заработала, недостаточно просто добавить денег. Нужно полностью перестроить бухгалтерию воинских частей, изменить законодательство, убрать десятки непонятных коэффициентов. Скажем, сейчас командир может влиять на премию подчинённого, и это создаёт почву для неравенства. Новая система предлагает три уровня: звание, должность, боевые. И всё. Никаких «за сложность», «за напряжённость», «за особые условия». Для бойца это означает прозрачность – он будет знать, сколько получит, независимо от настроения начальника. А для государства – возможность планировать расходы, а не тушить ежемесячные пожары.
Однако даже самая красивая система не заработает без 120 млрд. в год. Именно поэтому эти деньги нельзя назвать дополнительными пожеланиями – это цена самого перехода на новые правила.
Что случится, если 270 млрд. не найдутся вовремя
Честно говоря, катастрофы не произойдёт – сразу. Армия не развалится, потому что она привыкла работать в условиях нехватки. Но начнётся медленное сползание вниз. Части будут реже обновлять технику, меньше закупать средства связи, задерживать выплаты. Бойцы это заметят, хотя редко жалуются вслух. Самое критичное – люди начнут уходить. Не массово, но те, кто держит на себе сложную работу: связисты, операторы дронов, медики. Именно их переманивает гражданский рынок с зарплатами пусть и ниже, зато стабильными.
Поэтому вопрос не в том, выживет ли армия. Выживет. Вопрос в том, сможет ли она воевать так же эффективно через год-два без этих средств. И ответ, прозвучавший на закрытой встрече, звучит довольно прямо: нет, не сможет.
Когда в следующий раз услышите, что армия полностью обеспечена, вспомните про 270 млрд. грн. Эта цифра не про чьи-то амбиции. Она о том, сколько на самом деле стоит безопасность воюющей страны. И пока идёт война, эта цена будет только расти.
